Дом

Желтый домишка с сероватой крышей и гаражом, слитым со стеной в единое целое и прекрасный сад с яблонями и лозами, только вот..от чего они? На этот вопрос пока не было ответа, но он точно огорожен забором от посторонних глаз. Дом выглядел так, словно был построен по законам американской "моды", словно сам стоит рядом с десятками других, точно таких же домиков, но разного цвета. Он был деревянным, желтым и с белым обрамлением, глаз на него прям таки не хватало. Дарил он радость и душевное спокойствие, которого в шумном городе не хватало многим, а стены его слышали на деле множество секретов, схем и самокопания. В нём жили люди, едва отличавшиеся от обычных своим стремлением к совершенству и умением изобретать, и рады в Доме были каждому. Кто же там жил и что в нём творилось? Всё просто: небольшое "семейство" из четырёх человек, которые стали так близки, что считали друг друга братьями и сёстрами, а объединяли их изобретательность, остроумие и, разумеется, время, которым они были проверены. Были между ними разногласия и недомолвки, но кто жалуется? Наоборот, это сделало их дружбу крепче, эти изъяны были не лишними, ведь без них было бы совсем скучно. Когда же ребята собирались вместе, они собирали новое сооружение и каждому была отведена своя задача. Одна рисовала схему и примерный образ творения, второй мастерил, третья доставляла новые детали и помогала изготавливать изобретение, внедряя своё творческое чутье. Четвертый же.. был вовлечен лишь советами и рекомендациями, делал правки, проверял всё на прочность и уж очень любил критиковать, тогда как остальные внимали его требованиям, стараясь всё соблюсти. И знаете, в совокупности их талантов и совместных усилий получалось очень даже неплохо. Из раза в раз они радовались результату, ведь делали это вместе и не смотря на горячие споры во время процесса.

***

Ранним утром, пока петухи ещё не начали надрывно кричать о приближении рассвета, Дом уже кипел своей жизнью, не обращая малейшего внимания на то, что по делу нужно спать и видеть сны, которые им подают на блюдечке с серебряной ложкой. Действие происходило на кухне, в которой уже присутствовали все, за исключением последнего. В декоре присутствовали два холодильника, один из которых был напичкан разнообразной пищей и химией, тогда как второй был милосердно избавлен от лишних полок в целях подстраивания техники, как личной колыбели. В остальном не было чего-то примечательного: большой прямоугольный стол для трапез с видом на пейзаж за окном, мини бар с напитками на любой вкус и цвет, и навесные полки. Говоря о полках: они были лишь декорацией, аксессуаром для хранения настольных игр или чертежей, пока специи или сухие продукты хранились в холодильнике, не имея права на испорченность. Продолжим с того момента, когда все собрались за ранним завтраком. Стефания - девушка приятной внешности, с любовью к рисованию и музыке, сейчас потягивает свежий какао, любезно сделанный на всех трёх человек Камышинским со всей заботой, что у него была при себе. Ликки занялась бормотанием, параллельно отвечая на будничные вопросы соседей о погоде. Действительно, звезды всё ещё оставались яркими, не загрязненными светом уличных ламп, а если они таковыми были, значит бережливый хозяин мирно спал в своём холодильнике, решая различные задачи на своей "работе". Стеша на данный момент увлечённо рассказывала о своём новом пейзаже, написанном ещё вчера вечером, пока Камышинский и Ликки её слушали, иногда делая вставки и комментарии, каждый на свой лад: — ты так потрясающе играешь с цветами, — заявила Ликк с ноткой энтузиазма. — полностью поддерживаю, у тебя определённо есть потенциал, — поддакнул Камышинский, как делал едва ли не всегда. По правде сказать, все портреты и рисунки Стефы были однотипными из-за одного и того же вида из окна, так как девушка являлась домоседом и редко выбиралась куда-то дальше, чем забор с лозами. Однако друзья не отчаивались и отправлялись в поход, обязательно пытаясь вытащить из дома всех, ведь что может быть лучше, чем посиделка всей семьёй, не правда ли? Так или иначе, завтрак уже подходил к концу, а солнце уже наровило выглянуть из-за горизонта: звёзды меркли, а небо постепенно светлело, заменяясь мелкими дождевыми тучами. За уборкой в тишине после бурного обсуждения за завтраком послышался уже знакомый скрежет холодильника, а после и его открытие. В нём показалась чёрная макушка с такими же чёрными, как ночное небо, глазами. —мда уж, ну и денёк, не правда ли? — с этой фразой юноша вынырнул из своего скромного гнезда и подошёл к окну, постучав в него костяшкой среднего пальца, как бы проверяя на прочность стекло, а затем повторял вопрос, будто за ним следовал логичный ответ, — Кто там? Кто там? — Еды пока что нет дома, — начал Камышинский, чувствуя какую-то ...вину, которая гнетёт? — Мы ещё не ели, но если захочешь - ты только скажи, Аифал! Глупо извиняться за то, в чём нет твоей вины, а особенно за то, что ты ещё даже не сделал. Камышинский всегда был покладистым и учтивым, что просто не могло не вызывать некую жалость конкретно к этому человеку. Как огненно-рыжий котёнок на улице, которого хочется покормить и желательно помыть. Брюнет не чувствовал к этому факту горечи, но часто говорил об этом как прямо в лицо, так и с остальными. Всё таки, они здесь чтобы помогать друг другу, быть рядом. Наверное поэтому они и.. Остальные же одарили черноглазку улыбкой и предполагали что будет дальше. А дальше следовал допрос о том, хорошо ли ребятам спалось и всё ли их устроило, хотя не столь был важен ответ на деле, удостовериться, что всё пошло как надо.

***