Паутина лжи

Вивьен.

Нью-Йорк сегодня был серым, вязким, словно город погрузили в густой растворитель, размывающий контуры реальности. Мелкий, противный дождь барабанил по стеклам небоскребов, оставляя на них грязные потеки, похожие на слезы. Погода идеально соответствовала тому липкому, холодному чувству, которое поселилось у меня в желудке еще с утра. Хотя нет, оно появилось не утром. Оно появилось ровно в тот момент, когда я переступила порог его кабинета. Я пришла сюда под благовидным предлогом: забыла вчера свой внешний жесткий диск с расчетами для нового резонатора. Дейн уехал на встречу с советом директоров еще на рассвете, оставив мне ключ-карту высшего уровня доступа. «Делай что нужно, Ви. Ты здесь дома», — сказал он вчера вечером, целуя меня в макушку с такой нежностью, что мне сейчас хотелось выть от боли. Кабинет встречал меня привычным запахом сандала, дорогой кожи и озона. Тишина была абсолютной, нарушаемой лишь гулом серверов где-то за стеной. Я прошла к столу, взяла свой диск, лежавший на виду, и уже хотела уйти, как мой взгляд зацепился за странную деталь. На нижней полке книжного шкафа, среди тяжелых фолиантов по квантовой механике, стояла простая черная рамка для фотографий. Она была развернута лицом к стене. Это было ненормально. Дейн педант. У него всё стоит под линейку, всё направлено так, как должно быть. Развернутая лицом к стене рамка — это попытка спрятать. Или забыть. Мои пальцы сами потянулись к ней. Сердце начало биться чаще, отбивая тревожный ритм где-то в горле. «Просто фото, Ви. Не накручивай. Может, там неудачный снимок с конференции», — шептал внутренний голос, но я ему не верила. Интуиция, та самая, что спасала меня в темных переулках и в жизни, визжала сиреной. Я перевернула рамку. Время остановилось. Воздух вышел из легких, будто кто-то ударил меня под дых. На фотографии, зернистой, сделанной лет пять назад, стояли двое молодых людей у входа в лабораторию. Один — Дейн. Моложе, без той глубокой усталости в глазах, но узнаваемый до боли. Второй… У меня подкосились ноги. Я схватилась за край стола, чтобы не упасть. Второй был Джейс. Мой брат. Мой пропавший Джейс. Они стояли, обняв друг друга за плечи, смеясь чему-то, что осталось за кадром. Они выглядели как лучшие друзья. Как братья, которые не виделись годами и наконец встретились. На обороте фотографии, знакомым размашистым почерком Джейса, было написано: «Дейну. «Химера» войдет в историю. Помни: мы делаем это ради будущего. Д.» «Химера». Это слово повисло в воздухе, тяжелое и зловещее. Что за «Химера»? Почему Джейс никогда, ни единым словом не обмолвился о Дейне Воссе? Они же были знакомы! Они работали вместе! Руки дрожали так сильно, что я едва удержала рамку. Я поставила её на место, точно так же, лицом к стене, но внутри меня уже начал разгораться пожар. Это не просто знакомство. Это связь. Глубокая, тайная связь, которую они от меня скрывали. Я огляделась. Планшет Дейна лежал на столе, экран погас, но система была в спящем режиме. Он доверял мне. Он оставил меня одну в своем святилище, даже не заблокировав устройство. «Доверие», — горько усмехнулась я про себя. — Или уверенность в том, что я ничего не найду?» Я села в его кресло. Кожа еще хранила тепло его тела. Экран загорелся, запрашивая пароль. Я знала его пароли. Мы использовали похожие комбинации дат в рабочих проектах. День рождения матери? Нет. Год основания компании? Нет. Я вбила дату исчезновения Джейса. Система приняла код. Сердце колотилось так сильно, что отдавалось в висках. Я открыла облачное хранилище. Папки с названиями проектов мелькали перед глазами: «Квантовый скачок», «Реактор», «Нейросеть». И в самом низу, скрытая в архиве с пометкой «DELETE/NEVER OPEN», папка «ПРОЕКТ ХИМЕРА». Я кликнула. Там было всего несколько файлов. Текстовые отчеты, графики генетической совместимости и одно видео. Дата создания файла: три дня до того, как Джейс исчез навсегда. Я нажала «Воспроизвести». Экран заполнился изображением конференц-зала. Качество было высоким, звук четким. За столом сидели они. Дейн выглядел взвинченным, он нервно теребил ручку. Джейс… Боже, какой же он был живой на этом видео. Его глаза горели тем самым лихорадочным блеском, который я помнила с детства, когда он увлекался очередной идеей. Но в этом блеске было что-то пугающее. Безумие. — Мы можем сделать это, Дейн, — голос Джейса звучал резко, настойчиво, без тени сомнений. — Протокол «Химера» готов к первому полевому испытанию. Нам нужен носитель. Реципиент с идеальной генетической совместимостью и высокой устойчивостью психики. Дейн резко поднял голову. Его лицо исказила гримаса отвращения. — Нет, — отрезал он. Голос был низким, вибрирующим от сдерживаемой ярости. — Я уже сказал тебе: нет. Эта тема закрыта. — Но почему?! — Джейс вскочил, оперевшись руками о стол. — Ви идеально подходит! Её код стабилен, она молода, она сильная. Если мы запустим протокол сейчас, мы сможем переписать её нейронные связи. Стереть травму. Или… — он сделал паузу, и его голос стал тише, страшнее, — …использовать её как мост. Как проводник для возврата сознания. Я замерла, прикрыв рот ладонью. Слезы жгли глаза, но я не могла оторваться от экрана. Они говорили обо мне. Как о вещи. Как о наборе клеток и нейронов. — Ты предлагаешь провести эксперимент на своей родной сестре?! — крикнул Дейн, и его голос прогремел так, что динамики планшета захрипели. — Ты вообще думаешь своей головой, Джейс? Это твоя кровь! Твоя плоть и кровь! Ты хочешь превратить её в подопытную крысу ради своей идеи фикс? Ради призраков? — Ради науки! Ради будущего! — парировал Джейс, и в его глазах плеснулась та самая бездна, которую я видела в последние дни перед его исчезновением. — Она поймет. Она сильная. Она выживет. А мы получим данные, которые изменят мир! — Она ребенок! — рявкнул Дейн, вскакивая со стула. Его фигура на экране нависала над братом, словно грозовая туча. — Ей пятнадцать лет, Джейс! И если ты хоть пальцем тронешь её без её полного, осознанного согласия, если ты хоть подумаешь о том, чтобы использовать её как расходный материал… я уничтожу весь проект. Лично. Я сожгу эти лаборатории дотла. Я закопаю «Химеру» так глубоко, что никто никогда её не найдет. Я не позволю тебе использовать её. Никогда. Слышишь? Никогда. Видео оборвалось на полуслове. Экран погас, отражая мое искаженное, бледное лицо. В комнате повисла мертвая тишина. Только дождь продолжал барабанить по стеклу, равнодушный к моему миру, рухнувшему за какие-то десять минут. Я сидела, не двигаясь, чувствуя, как внутри все переворачивается. Они знали друг друга. Джейс не просто исчез — он работал с Дейном. И он… он хотел использовать меня. Сделать объектом эксперимента. Стереть мою личность, мою боль, мою жизнь ради «науки». А Дейн… Дейн защитил меня тогда. От своего лучшего друга. От моего собственного брата. Но почему он молчал? Почему все эти годы делал вид, что мы незнакомы? Почему позволил мне думать, что Джейс просто пропал, а не был частью какого-то безумного плана? «Вся наша встреча… неужели это тоже часть какого-то долгосрочного плана? — мысли роились в голове, острые и ядовитые. — Может, он наблюдает за мной все эти годы? Может, я для него просто "удачный эксперимент", который наконец созрел?» Дверь кабинета внезапно открылась. Я вздрогнула, но мгновенно взяла себя в руки. Маска упала на лицо, холодная и непроницаемая, скрывая бурю внутри. Вошел Дейн. Он выглядел уставшим, галстук ослаблен, в руках папка с документами. Увидев меня, он замер, а затем на его лице расплылась теплая, искренняя улыбка. Та самая улыбка, которая еще вчера заставляла мое сердце таять. Сейчас она казалась мне маской хищника. — Ви? — он удивленно поднял брови, проходя внутрь. — Ты здесь? Я думал, ты уже ушла домой. Встреча затянулась, прости, что заставил ждать. Он подошел ко мне, склонился, чтобы обнять, но я чуть отстранилась, якобы поправляя волосы. Его рука замерла в воздухе на долю секунды, но он не подал вида. — Я забыла диск, — мой голос прозвучал ровно, без единой дрожи. Удивительно, как легко лгать, когда внутри все горит. — Решила забрать и уйти. — А, понятно, — он кивнул, кладя папку на стол. Тот самый стол, на котором лежал планшет с уликой. Он даже не взглянул на него. Не заметил сбоя в системе? Или притворялся? — Слушай, насчет вчерашнего разговора… Насчет Джейса. Мне жаль, что я так резко оборвал тему. Просто… это больно. Для нас обоих. Я хотел сказать, что мы обязательно найдем его. Вместе. Он смотрел на меня с такой надеждой, с такой искренней болью, что мне стало физически тошно. «Лжец», — шипел внутренний голос. — «Ты знал его. Ты спорил с ним обо мне. Ты знал, куда он мог исчезнуть после этого разговора». — Ничего страшного, — ответила я, поднимаясь со стула. Ноги казались ватными, но я заставила их держать меня прямо. — Я пока не готова обсуждать это дальше. Слишком много эмоций вчера. Мне нужно время. Дейн кивнул, в его глазах мелькнуло облегчение. Он поверил. Он купил эту ложь, потому что сам жил во лжи. — Конечно, Ви. Сколько угодно времени. Я отвезу тебя домой? — Нет, — быстро сказала я. — Мне нужно пройтись. Голова болит. Свежий воздух поможет. — Но дождь… — Я люблю дождь, — сухо бросила я и направилась к выходу, не оборачиваясь. — Увидимся завтра на работе. *** Квартира встретила меня тишиной. Кейт еще не было. Я заперла дверь на все замки, сняла мокрое пальто и прошла в свою комнату. Здесь, в четырех стенах, маска наконец треснула. Я тяжело дышала, прислонившись спиной к двери. Внутри кипела ярость, смешанная с леденящим ужасом. Они играли со мной. Оба. Мой брат и мой.. мой кто? Любовник? «Нет, — решила я, и в глазах вспыхнул холодный огонь решимости. — Я не буду жертвой. Я не буду ждать, пока они решат, что делать со мной дальше. Я сама найду правду». Я достала из сумки свой ноутбук и блокнот. Выдвинула ящик стола, где хранила старые записи. Начало положено. Я взяла маркер и прикрепила распечатанную фотографию (я успела отправить её себе на почту с планшета Дейна) на стену над рабочим столом. Рядом — распечатку схемы проекта «Химера», которую успела скачать. Красной нитью я соединила лицо Джейса и лицо Дейна. Потом взяла второй маркер и написала крупными буквами по центру: «ЧТО ТАКОЕ ХИМЕРА НА САМОМ ДЕЛЕ?» «ГДЕ ДЖЕЙС СЕЙЧАС?» И внизу, самым мелким почерком, вопрос, который жег душу сильнее всего: «БЫЛА ЛИ Я ВСЕГДА ЧАСТЬЮ ПЛАНА?» Я отошла назад, глядя на свою импровизированную доску расследования. Фотографии, заметки, красные линии, пересекающие стену, словно паутина. Это выглядело как комната сумасшедшего. Но я чувствовала себя яснее, чем когда-либо. За окном гремел гром, освещая комнату вспышками молний. В этом свете мои платиновые волосы отбрасывали длинные тени на стену, сливаясь с тенями от фотографий. — Ладно, — прошептала я в пустоту, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони. — Вы хотели играть в тайны? Давайте играть. Только правила теперь устанавливаю я. Я посмотрела на улыбающееся лицо Дейна на фотографии. — Я найду всё, Дейн. Каждую грязную тайну. Каждую ложь. И тогда мы посмотрим, кто кого сможет защитить. Дождь усилился, барабаня по стеклу, словно пытаясь предупредить об опасности. Но я уже не слышала предупреждений. Я слышала только стук собственного сердца и тихий щелчок затвора моей собственной ловушки, которую я начала строить для них обоих. Расследование началось.