Часть 9: Правда, песня и выбор

Глава 9. Правда, песня и выбор После разоблачения Лайла стояла в стороне, теребя край платья. Она выглядела растерянной и смущённой. Наконец, набравшись смелости, она подошла к Маринетт и Алье: — Я… я не хотела никому врать, — тихо сказала Лайла. — Просто… мне так хотелось, чтобы обо мне говорили, чтобы меня заметили. Я придумала эту историю с Котом Нуаром, потому что чувствовала себя… невидимой. Простите. Маринетт мягко улыбнулась и положила руку ей на плечо: — Лайла, если тебе одиноко или что‑то беспокоит, ты всегда можешь поговорить с нами. Не нужно выдумывать истории, чтобы привлечь внимание. Мы же друзья. — Да, — поддержала Алья. — И потом, у тебя столько талантов! Ты отлично рисуешь, умеешь подбирать образы… Давай лучше сделаем совместный проект? Фотосессию в стиле супергероев! Лайла подняла глаза, и в них блеснула искорка надежды: — Правда? Вы хотите сделать это со мной? — Конечно! — Маринетт обняла её. — Вместе будет веселее. В этот момент двери распахнулись, и в зал вошёл Лука с гитарой за спиной. Все сразу обратили на него внимание — он выглядел серьёзным и сосредоточенным. — Маринетт, — он подошёл прямо к ней, — я знаю, что у нас с тобой всё закончилось. Но я написал песню — для тебя. Можно я её сыграю? Маринетт замялась. Она чувствовала на себе взгляды Адриана, Альи, Нино и остальных. — Лука, я… — Пожалуйста, — он мягко улыбнулся. — Это просто песня. Ничего больше. Она кивнула: — Хорошо. Лука сел на край сцены, взял гитару и начал играть. Мелодия была нежной, немного грустной, но в ней чувствовалась искренность. Он запел — тихо, но проникновенно: «Ты как рассвет над Парижем, Как первый луч, что дарит свет. Я не смог тебя удержать, Но в сердце ты — на много лет…» Когда он закончил, в зале повисла тишина, а потом раздались аплодисменты. Маринетт почувствовала, как к глазам подступают слёзы. — Спасибо, Лука, — она подошла к нему. — Песня красивая. Но… я хочу забыть о том, что между нами было. Я двигаюсь дальше. И ты тоже должен. Лука опустил глаза, потом кивнул: — Понимаю. Я просто хотел, чтобы ты знала — я не жалею о том времени. Но если ты счастлива с кем‑то другим… я рад за тебя. Он хотел добавить что‑то ещё, но тут вмешался Адриан, который всё это время стоял неподалёку: — Достаточно драм, — его голос прозвучал твёрдо. — Маринетт сказала своё слово. Давай уважать её выбор. Лука резко обернулся: — А ты вообще молчи, Агрест! — его голос зазвучал жёстче. — Ты только и делаешь, что играешь на её чувствах. Используешь её боль, её доброту, чтобы выглядеть благородным! Адриан сжал кулаки, но ответил спокойно: — Если бы я хотел играть на её чувствах, я бы не был здесь. Я здесь потому, что она мне дорога. А ты, Лука… ты просто трус. Боишься взять ответственность за свои поступки, за свои слова. Сначала даришь надежды, потом исчезаешь, а теперь пытаешься выставить меня злодеем. — Адриан, хватит! — Маринетт встала между ними. — Никто здесь не злодей. Лука, спасибо за песню, она правда красивая. Но это прошлое. А моё настоящее — здесь и сейчас. Она взяла Адриана за руку. Тот слегка расслабился и кивнул. Лука посмотрел на них, потом на гитару в своих руках. Глубоко вздохнул и сказал: — Вы правы. Извини, Адриан. Я погорячился. И ты, Маринетт… прости, что устроил этот спектакль. — Всё в порядке, — Маринетт улыбнулась. — Давай просто будем друзьями. — Договорились, — Лука протянул руку Адриану. — Мир? — Мир, — Адриан пожал её. Нино, который всё это время молча наблюдал за ситуацией, хлопнул в ладоши: — Ну что, раз все помирились, может, продолжим вечеринку? У меня как раз есть новый трек, который идеально подойдёт для танца! Музыка заиграла снова, гости вернулись к танцам, а Алья тут же подбежала к Луке: — О, ты пел? Почему я пропустила? Давай сыграй ещё раз, я сниму для блога! Лука рассмеялся: — Только если ты пообещаешь не выкладывать это в сеть с заголовком «Лука разрывает сердце Маринетт во второй раз». — Обещаю! — Алья подняла руки. — Только «Лука дарит Парижу новую балладу!» Маринетт и Адриан отошли к окну. — Спасибо, что вступился, — тихо сказала Маринетт. — Я просто сказал правду, — Адриан улыбнулся. — И потом, я не мог позволить кому‑то говорить о тебе плохо. Особенно когда это неправда. — Ты лучший, — она поцеловала его в щёку. — Пойдём танцевать? — С удовольствием, — он обнял её за талию. — И знаешь что? — Что? — Твоя улыбка — лучшая награда. Даже лучше, чем победа над акумой. Они вышли на танцпол, смеясь и перебрасываясь шутками. Вокруг веселились друзья, играла музыка, а где‑то в глубине зала Лайла впервые за вечер искренне улыбалась, общаясь с Кагами. Вечер продолжался, наполняясь новыми моментами, смехом и теплом — тем самым, что делает дружбу и любовь по‑настоящему крепкими. *** На следующий день Маринетт и Адриан шли в школу рядом, весело обсуждая вчерашнюю вечеринку. Маринетт рассказывала, как Алья чуть не уронила камеру, пытаясь снять Лука во время его песни, а Адриан смеялся и добавлял детали — как Нино пытался подпевать, не зная слов. Кагами, которая шла чуть впереди с Хлоей, обернулась и бросила на них короткий взгляд. В её глазах мелькнуло что‑то, похожее на ревность. Она резко отвернулась и что‑то сказала Хлое, та кивнула и тоже посмотрела на Маринетт с Адрианом — с лёгким прищуром. — Ты заметила, как они смотрят? — тихо спросила Маринетт у Адриана. — Да, — он слегка нахмурился. — Но это их дело. Главное, что нам хорошо вместе. Маринетт улыбнулась и кивнула. После уроков Адриан предложил: — Пойдём в кино? Сегодня как раз выходит тот фильм про путешественников во времени, который ты хотела посмотреть. — С удовольствием! — обрадовалась Маринетт. Они купили билеты на последний ряд, взяли попкорн и удобно устроились. Во время фильма они то смеялись над шутками героев, то замирали в напряжённых моментах. После сеанса, выйдя на улицу, продолжили обсуждать сюжет: — Мне понравилось, как он понял, что прошлое менять нельзя, — задумчиво сказала Маринетт. — Это как в жизни: иногда нужно просто принять то, что было, и идти дальше. — Точно, — Адриан кивнул. — И ценить то, что есть сейчас. Он слегка сжал её руку, и Маринетт почувствовала, как теплеет на душе. Тем временем неподалёку, за углом кинотеатра, Кагами наблюдала за ними. Она стояла, скрестив руки, и кусала губу. — Они так… близки, — тихо сказала она себе. — Слишком близки. Хлоя, стоявшая рядом, хмыкнула: — Ну и что? Пусть будут вместе. Нам‑то что? — Просто… — Кагами вздохнула. — Я думала, может, у меня есть шанс с Адрианом. Но теперь вижу — он смотрит только на неё. — Значит, найди кого‑то другого, — Хлоя пожала плечами. — В конце концов, Париж большой. Кагами ещё раз посмотрела на удаляющиеся фигуры Маринетт и Адриана и решительно развернулась: — Ты права. Пора двигаться дальше. Тем временем у Маринетт дома… Маринетт вернулась домой, бросила рюкзак у двери и пошла на кухню за стаканом воды. Вдруг она услышала тихий стук в окно. Удивившись, подошла и увидела… Кота Нуара, который ловко зацепился за карниз и улыбался ей сквозь маску. — Кот Нуар? — Маринетт распахнула окно. — Что ты здесь делаешь? И как ты вообще сюда забрался? — О, это же я, — он легко запрыгнул внутрь. — Просто проходил мимо, увидел свет в твоём окне и решил заглянуть. Надеюсь, не помешал? — Нет, — она улыбнулась. — Но ты мог бы просто позвонить. — Где же тогда романтика? — он подмигнул. — К тому же, я хотел поговорить с тобой кое о чём важном. Он сел на стул, а Маринетт устроилась напротив. — О чём? — она слегка наклонила голову. — Вчерашний вечер… — Кот Нуар стал серьёзнее. — Ты поступила очень смело, когда сказала Луке правду. И как ты успокоила Лайлу — это было по‑настоящему по‑доброму. Ты всегда такая — видишь в людях хорошее, даже когда они сами в себе его не видят. — Спасибо, — Маринетт почувствовала, как краснеют щёки. — Но я просто… я не могу по‑другому. Если я знаю, что кто‑то страдает из‑за лжи или недопонимания, я должна помочь. — И именно поэтому ты — лучшая, — он встал и слегка поклонился. — Леди Баг, ты вдохновляешь меня каждый день. Она рассмеялась: — Ой, ну перестань! Ты тоже не промах — вчера отлично разрядил обстановку с Лукой. — Просто хотел защитить тебя, — он снова подмигнул. — Ну что, напарница, есть идеи, чем займёмся сегодня вечером? Может, патрулирование? Или просто прогуляемся по крышам? — Давай просто прогуляемся, — предложила Маринетт. — Без битв, без злодеев. Просто ты и я. — Лучший план из всех, — Кот Нуар протянул ей руку. — Пошли? Она вложила свою ладонь в его, и они вышли на балкон. Кот Нуар ловко подхватил её на руки, оттолкнулся от перил — и вот они уже летели над крышами Парижа, смеясь и наслаждаясь моментом, пока внизу город жил своей обычной жизнью, а где‑то далеко Кагами, наконец, приняла решение отпустить свои чувства и сосредоточиться на дружбе.