***

Вид окровавленного трупа генерала. Его расквашенная голова. Вытекающие на самодельные носилки мозги. В горле Веры выступает ком. — Он говорил, что никто не приплывет. Это конец. Прикрыв рот рукой, Клейторн покидает холл. Стук её каблуков отдаётся по мраморному полу коридора постепенно утихая, пока не обрывается совсем. Со своим замешательством Вера и не слышала как за ней зашагал кто-то ещё. Она спускается по каменистым валунам, хватаясь за шершавые выступы и чуть не выворачивает себе ноги из-за шпилек. Вскоре Вера преодолевает склон и наступает на гладкий песок. Избавившись от обуви, Клейторн снимает и вязаный кардиган, оставляя их возле камней. Она обнимает себя за плечи и её белоснежный бант развевается поверх блузки. Перед глазами возникает образ золотистого пляжа и бега Веры, теряющую по пути соломенную панаму. До океана остаётся не больше пары метров. Между пальцев ног застревают крупицы песка, пока её лодыжки не скрываются в солёной воде. Клейторн бросается навстречу беспорядочным волнам и несмотря на приближающийся шторм, пытается бороться с течением, выталкивающим её обратно на сушу. Они в ловушке. Среди расставленных капканов. На этом чёртовом солдатском острове. Было десять... осталось семь. Семь солдатиков. Тщетно гадать какой она будет по счёту. Исход не измениться. Очередная волна накрывает Веру с головой, но этого недостаточно, чтобы поколебать её стремление держать  контроль над происходящим. — Мисс Клейторн — перекрикивает шум судья, опираясь на больное колено рукой. — Я просто хочу уйти! — громко заявляет Вера, повернувшись полу боком. — Вы утонете! Клейторн игнорирует его беспокойство и будто собирается с новыми силами для того, чтобы переплыть недостижимое расстояние до ближайшего порта. Только не остаться на этом отдаленном от цивилизации острове. По сути с незнакомыми людьми. Звон раздается её в ушах. Она с трудом держит слезящиеся глаза открытыми из-за ветра бьющего ей в лицо и от морской соли, выжигающие их. — Пожалуйста. — хромая на одну ногу, Уоргрейв заходит в воду и тянется к Вере. — Пойдёмте внутрь. Она оборачивается от замешательства и удивления чужой помощи. Клейторн делает шаг навстречу, позволяя судье укрыть её собой. Левой рукой обхватив запястье, а правой приобнимая за плечо. Уоргрейв ведёт секретаршу к суше и шепчет на ухо: — Я держу вас. Держу... На берегу он накидывает на Веру свой пиджак, однако застуженное колено пронзает боль, что вынуждает его прижать её к скале, не давая им обоим упасть на землю. — Судья. — Клейторн хлопает ресницами и смотрит скорбно на нахмуренные брови Уоргрейва. — Ваша нога... — Всё в порядке, мисс Клейторн. Судорога. — уверяет судья, держась за глыбу рядом с её головой. — Моя очередь держать вас. — секретарша обнимает его за плечи и позволяет опереться на свою женскую фигуру. Уоргрейв издает неожиданный вздох и выражение его лица моментально меняется. — Вы отрицаете случайности. Однако нельзя не признавать, что фигуры напрямую связаны со всеми гостями. Убийца ведь среди нас? Почему вы не выдвигаете теорию, а молчите, когда я пытаюсь найти связь?  — спрашивает Вера и её грудь вздымается. — Домыслы без доказательств порождают лишь всеобщую панику. Какой смысл искать виновного, если каждый будет сам за себя? Начнется хаос. Из-за своей паники люди способны на отчаянные меры. Убийство будет считаться самообороной. — заявляет судья и устойчиво встаёт на обе ноги. — Нам пора. Вы простынете. Клейторн повторяет за Уоргрейвом, пока не обращает внимание, что  повреждённое колено не выглядело нездоровым и притягивает его за воротник рубашки. — Вы скрываете правду о ноге — утверждает секретарша, наблюдая за его реакцией. — Вы не калека. — Очень интересно слушать ваши обвинения. К чему клоните? Подозреваете, что я связан с прекращением чужих жизней. — судья приподнимает бровь и поправляет оттянутый воротник. Она толкает его в грудь, отчего от внезапности он падает спиной на песок. Вера прижимает Уоргрейва к земле своим телом, показывая, что не позволить вешать ей лапшу на уши. — Я никого не обвиняла. — Клейторн давит на ребра судьи и в недоумении чувствует учащённое сердцебиение. — Падение стало причиной или вы... — Восхищаюсь вами? Несомненно. Стойко выдерживать внимание стольких мужчин будучи одной женщиной. Миссис Брент не в счёт. В особенности от Филиппа Ломбарда. Его нескрываемую похоть к вам. — Я приехала на летнюю подработку, а не крутить летний роман. Даже если он может стать последним. — с тревогой шепчет секретарша и поджимает губы. — Вы боитесь. Непомерно боитесь. Однако если вы уверены в собственной невиновности нечего бояться. Только злоумышленников карают. Палач или высший суд. — невозмутимо напоминает Уоргрейв. — Почему вы встаёте на мою защиту?  — спрашивает Вера и движет руки к его шее. — Из-за моего возраста? Внешности? — Разве я защищал? — уточняет судья и перехватывает её за запястья. — Как джентльмен я соблюдаю правила этикета. — Вы провоцируете меня на совершение ошибки. Если вы и представляете для меня угрозу. Соблюдение приличий ничего не изменит. — Клейторн наклоняется и их носы соприкасаются. — Не хочу умереть порядочной. В конце концов мне уже не стать женой. — Филипп вызывает омерзение? Не ваш типаж или задевает вашу гордость? Что представляет из себя старик по сравнению с ним? — Уоргрейв усмехается и пронзает своим взглядом. — Будем считать, что вы первый, кто подвернулся под руку. К тому же это правда. Вы меня спасли, а не он. Судья запускает пальцы в волосы секретарши, склоняя её голову, и целует в губы. — Стойкая значит? — Вера расстёгивает свою промокшую насквозь юбку и стягивает с ног. — Хотите, чтобы я усомнился в моей оценки ваших достоинств? Подозрения не делают из меня мерзавца и не влияют на способности осознавать ваши изящные качества. — Уоргрейв заправляет прядь за её ухо. — Речи о морали подошли к логическому завершению. Сейчас вы мужчина, а я женщина. Нечего ходить вокруг до около. — требует Клейторн и расстёгивает пуговицу, затем молнию на его брюках. — Отвечаю на вопрос ранее. Да, я боюсь. У меня впервые такой страх за свою участь. Вера запускает руку под его ширинку и ощупывает судью через нижнее белье. — Судя по всему вы ещё не отошли от "дел". — она нетерпеливо вздрагивает, а волосы бывшей укладки небрежно колышутся. — У вас начинается лихорадка. — заявляет Уоргрейв, но не делает попытки остановить секретаршу. — На острове есть врач. Мистер Армстронг. Не сомневайтесь в его компетенции и не перекладывает обязательства на себя. — Вы больны. Не соображаете, что  вытекающее привлечет ненужное внимания к вашей персоне и косвенно к моей. Наживать врагов в такой час безрассудно. — он опускает свою поверх руки Клейторн, лежавшей на его груди. — Это единственное, что волнует, когда девушка оседлала ваш таз? Вы должны как минимум испытывать гордость за харизму, притягиваюшую разгадать, что за ней кроется. Мы в одной лодке. Хотя скорее всего я на лодке, а вы выполняете её функцию. Вера освобождает член судьи и подержав его на холоде, медленно опускается, давая почувствовать разницу между прохладой и её горячего нутра. — Ваш якорь закрепляет меня на месте. — Клейторн принимает Уоргрейва полностью и чуть раздвигает губы. — И не говорите, что якорь не способен сковывать на палубе. Лодка всё равно стоит на волнах и существует только для удержания в ней пассажира. — Не буду спорить. — судья обхватывает секретаршу за талию и сохраняет в сидячем положении. — Я держу вас. — Не дайте мне уплыть. — она убирает ладони, позволив ему стать её единственной опорой и начинает двигаться. Вера закрывает глаза и представляет себя восседающей на Хьюго. Груди Клейторн взлетают и опускаются. Очертания её твердых сосков виднеются под лёгкой рубашкой. Мужчина лежит спиной на скромном покрывале на траве. Рядом с ним стоит сплетённая корзинка для пикника. Руки Хьюго покоились на бедрах Веры и ласкали кости таза пальцами. Они двигались синхронно. Целовались. Почему мужчина не делал ей предложение? Жена его старшего брата поделилась, что Хьюго предпочитает состоятельных женщин. У него могло быть наследство. Клейторн докажет свою любовь. Она достанет деньги. Чем чаще Вера встречалась взглядом с мужчиной, тем сильнее убеждалась в своей правоте. На пути стоял Сирил. Маленький мальчик. Она избавилась от преграды своим путём, но Хьюго возненавидел её несмотря на старания. Они были бы счастливы, если не смерть первого наследника... Паршивый мальчишка. Закрыл будущее Клейторн, но её совесть так и не проснулась. Приходит в себя Вера, когда чужие пальцы впиваются её ягодицы. Она задыхается и запрокидывает голову. — Вы хотите объединиться... Убедиться, что я лгу о своей отстранённости. — Уоргрейв держится равнодушно, что противоречит его действиям. — Следующей жертвой могу стать я, а не вы. В этом случае какие найдутся аргументы? Подозрение перейдет на вас и у меня не будет возможности "помочь" — Для человека ушедшего с должности вы чересчур откровенно показываете свою профдеформацию. Мы не в суде. Вы не восседаете над остальными. Судья заостряет взгляд на секретарше и насаживает грубее, оставляя от своего нажима синяки, которые непременно проявятся позднее. Она стонет и двигается с ним в такт. Это не было противостоянием. Не было и утверждением доминации. Они знали, что победителя не будет в этой игре. Однако Уоргрейв меняет угол наклона и Клейторн обрушивается на его грудь. Он осознает, что делает. Она осознает, что ей не хватало мужского покровительства. Судья утыкается носом в шею секретарши и вдыхает запах духов смешанный с океаном. Чайки кружатся над их головами. Как предзнаменование беды и забивание гвоздей в крышку гроба общей могилы. Их крики раздаются со скал побережья. Охота продолжается. Вера хнычет и ее волосы спадают на Уоргрейва, закрывая лица от продолжающегося хаоса. Клейторн целует судью в губы. Он намерено сбавляет темп, отчего она ёрзает как позволяло её положение и прислоняется своим к его лбу. — Пожалуйста... — секретарша шмыгает носом и высовывает часть языка — Пожалуйста... — От жадности к проникновению ваш язык развязывается. К слову использовать его лучше, когда есть причина. Иначе выглядите уязвимой. Уоргрейв выходит практически полностью, оставляя одну головку внутри и выдержав паузу, устремляется вверх по самые яички. В груди Веры что-то сжимается и она подносит палец к его губам. Судья приоткрывает рот и обхватывает подушечку фаланги пальца, задевая зубами нервные окончания. Он чувствует её приближение и заглушает звуки поцелуем. Она сжимает его член стенками и отпускает себя в блаженстве долгожданного оргазма. Уоргрейв начинает медленно выходить, но Клейторн не позволяет. Секретарша продлевает свое наслаждение, тем самым доводя судью до края. Уоргрейв изливается во влагалище Веры, что выводит его из привычной невозмутимости. Они прожигают друг друга взглядами, но атмосферу нарушает её чихание. — Вам срочно надо устроиться в кресле перед камином. Не хочу, чтобы вашу шею стеснила простуда.