***

      В одном из магазинов в преддверии выходных в алкогольном отделе стояли двое подростков.       - Эй, Каминари, а ты уверен, что это хорошая идея? – Мина смотрела на бутылку в руках одноклассника со смесью неуверенности и любопытства – Если Айзава-сенсей нас поймает…       - Да ладно, это всего лишь легкий алкоголь, – хмыкнул парень. – К тому же мы уже не младшеклассники, чтобы ни разу не брать его в рот, – он усмехнулся. – Спорим, Бакуго станет еще более взрывным, если напьется?       Мина фыркнула.       - Он всегда такой. Мне больше интересно, как он подействует на ребят вроде Тодороки. Но как ты намерен вообще купить это? Нам же его не продадут.       Каминари усмехнулся.       - Нам – нет. Но вот одному моему знакомому – да. А вот, кстати, и он, – парень помахал свободной рукой. – Привет, Тинг.       К ним подошел темноволосый парень на несколько лет старше.       - Привет, Пик, – хмыкнул он. – Ну что, выбрал?       Каминари кивнул.       - Ага, – он протянул бутылку. – Думаю, нам этого хватит. Все же мы хотим лишь слегка в шутку подпоить одноклассников, а не спиться. Сенсей нас прибьет, если мы переборщим с градусом. При этом он даже не станет выяснять, кто был инициатором.       Парень хмыкнул и взял бутылку.       - Я встречу вас у выхода. Мне все равно нужно еще кое-чего взять по мелочи.       Каминари кивнул, и парень направился дальше по проходу. Они с Миной тоже пошли за остальными покупками. Все же их отправили в том числе за продуктами, которые уже начали заканчиваться в общежитии.       Девушка глянула на своего одноклассника.       - Слушай, Каминари, а кто это был? И почему ты вдруг Пик?       Парень хмыкнул.       - Это Тинг. Мы с ним познакомились года три назад в одной онлайн-игре. Для него я Пик, потому что мой ник-нейм на том сайте был Пикачу, – объяснил он. – С год назад примерно мы встретились в реале на одном фанатском слете геймеров. С тех пор общаемся и периодически зависаем в игре. Месяц назад где-то он проспорил мне условное желание, после того, как я раскатал его в гоночном симуляторе, и я попросил его, так сказать, в ответ подсобить мне с этой затеей. Его даже уговаривать не пришлось. Он был двумя руками за.       Мина, хмыкнув, слегка закатила глаза и направила тележку в сторону стойки с различными видами масла. У них как раз заканчивалась последняя бутылка в общежитии и требовалась новая порция. А после нужно было еще взять средства для чистки посуды. ***       Пронести алкоголь в Юэй было отдельной задачей. Причем со звездочкой. Все же в академии на всех углах стояли камеры, да и учителя бдели, пусть и не конкретно по этой причине. Каминари и Мина спрятали бутылку под прочими продуктами, но все равно непроизвольно нервничали. Ведь, если бы их поймали, у них, наверняка, были бы неприятности. И, зная характер Айзавы-сенсея, довольно сильные.       К счастью, все обошлось и даже в общежитии было сейчас меньше народу. По крайней мере в совместных помещениях. Кто-то тренировался, кто-то был у себя в комнате, кто-то, как и они, покидал кампус (например, Бакуго и Тодороки были на дополнительных занятиях, которые готовили их к пересдаче экзамена на лицензию).       Заняв пустую кухню, заговорщики приступили к следующему этапу своего плана. А именно подготовке той почвы, в условиях которой их одноклассники смогут напиться и не заметить этого.       В последние дни на улице было прохладно. По этой причине с подачи кого-то (кажется, это был Аояма) было решено сделать на всех глинтвейн. Вот только в общежитии не нашлось половины ингредиентов, а потому предложение было перенесено на сутки, а Каминари и Мина получили в список продуктов несколько дополнительных пунктов вроде апельсинов и вишневого сока.       И именно среди последнего они решили спрятать настоящее вино. В конце концов, кто их различит на вид? Повозившись, заговорщики перелили алкоголь из бутылки в одну из купленных пачек с соком (сам напиток пришлось оперативно утилизировать, что-то выпив, что-то вылив). Через полчаса все было готово и в холодильнике остались дожидаться своего часа три упаковки, только в двух из которых осталось изначальное содержимое. ***       Приготовление глинтвейна доверили Сато, как главному знатоку специй и повару в их классе, а также Аояме, поскольку это была его идея. Оба подростка, не задумываясь, слили в одну большую кастрюлю все упаковки с соком, чем вызвали мимолетный обмен улыбками у Каминари и Мины. Теперь было невозможно избежать сценария, при котором они все не напьются хотя бы немного. Идеальный расклад, который абсолютно устраивал заговорщиков.       После ужина глинтвейн был выставлен на общий стол в гостиной, и все подошли к нему со своими кружками, чтобы налить себе первую порцию. Хватить должно было на всех. Да и не по разу. Все же они заранее решили взять всего с запасом.       - Запах удивительный, ребята, – Яойорозу улыбнулась, вдохнув пряный аромат горячего напитка.       Аояма одарил ее яркой улыбкой и первым отпил глоток глинтвейна. Постепенно все остальные также отдали должное экзотическому напитку. Общая гостиная наполнилась запахом пряностей и разговорами.       Опьянение наступило не сразу, все же концентрация вина была всего один к двум по сравнению с обычным соком, однако постепенно признаки стали проявляться в чуть более блестящих глазах, раскрасневшихся щеках и более открытом поведении.       Руки-репликанты Шоджи рандомно превращались в глаза, рты и уши, комментируя происходящее. Мина и Киришима танцевали какой-то безумный танец, подтянув к себе также и Урараку с Аоямой. Иида чуть заплетающимся языком спорил с Тодороки, который убежденно и почти эмоционально пытался доказать, что Шинсо – внебрачный сын Айзавы-сенсея, под смех Серо и Каминари, а также взрывные комментарии Бакуго.       Даже Мидория казался менее нервным, хотя так же краснел, слушая становящиеся все более экспрессивными слова Тодороки. Минета же был связан остальными уже через десять минут, поскольку принялся пытаться облапать Яойорозу (еще более непристойно, чем обычно).       Настоящие странности начались, когда до этого флегматично пивший чуть в стороне глинтвейн Токоями внезапно кардинально изменил свое поведение. Стакан выскользнул из его руки, упав на ковровое покрытие, а его движения стали резче, но как-то импульсивнее. Он закрутился вокруг своей оси.       - Фуми? Фуми, где ты? – вопрос, прозвучавший с его стороны, был мягко говоря странным, он подскочил к оказавшейся рядом Джиро – Ты не видела моего Фуми?       Девушка непроизвольно отступила.       - Токоями, ты в порядке? – спросила она, в то время как остальные смотрели на происходящее озадаченно и непонимающе.       Каминари не сдержал пьяное хихиканье, чем привлек к себе аналогичное внимание. Но задать вопрос никто не успел – Токоями снова начал хаотичное движение. Как будто искал кого-то, продолжая звать какого-то Фуми. Никто не понимал, что происходит с их товарищем, но многие начали нервничать из-за этого.       Неожиданно вспыхнула вспышка и Токоями, приблизившийся в своих поисках к дивану, на котором сидел Мидория, резко отшатнулся. Словно испугался света фонарика от телефона в его руке. Губы зеленоволосого подростка тронула усмешка – холодная, расчетливая и так непохожая на его яркие улыбки. Такая, от которой интуитивно становилось не смешно.       - Браво, – произнес Мидория с непривычным холодком в голосе. – И кто же тот умник, который додумался напоить всех в этой комнате?       Подростки переглянулись. Их мысли отказывались выстраиваться в строгую цепочку, однако даже в нетрезвом (о чем знали наверняка только двое из двадцати человек в классе) состоянии все чувствовали, что что-то не так. С Токоями, который резко начал искать неизвестно кого (не себя же, в самом-то деле?) и отпрянул от направленного на него света, с Мидорией, который резко стал серьезен и холоден почти до остроты.       - Че за х* ты вякнул, ботаник? – Бакуго, покачнувшись, шагнул в сторону подростка, глаза которого сузились – И прекрати уже сходить с ума, чертов придурок! – рявкнул он в сторону Токоями, который шарахнулся от вспышки взрыва в его руке так, как никогда не делал.       Казалось, что эти двое поменялись личностями в этом отношении. Мидория хранил полное спокойствие, а Фумикаге стал дерганным и шугался причуды Бакуго, как было с зеленоволосым подростком в самом начале года.       - Нет ответа, – констатировал зеленоволосый подросток и отпил еще один глоток глинтвейна, не сводя взгляда с Бакуго. – Не то, чтобы он мне был действительно нужен, однако эта возможность слишком хороша, чтобы ею не воспользоваться. Давно нужно было отвадить одну взрывную псину от Девятого. И раз уж кто-то позаботился о том, чтобы дать нам этот шанс…       - Че за дела, Деку? Забыл, где твое место? – самоконтроль и здравомыслие Бакуго определенно отключил алкоголь, когда тот бросился на Мидорию несмотря на некоторые характерные нарушения координации.       Схватка длилась недолго, хотя и навела много суеты и шума. Особенно остро отреагировал Токоями, которого взрывы и вызываемые ими вспышки заставляли метаться по комнате.       Иида пытался навести порядок, но путался в собственных словах, остальные реагировали тоже куда менее адекватно и спокойно по сравнению с трезвым состоянием. Взять себя в руки удалось немногим, но к этому моменту Мидория уже сидел сверху на поверженном Бакуго, уперев того лицом в ковер.       - Слабак, – припечатал зеленоволосый почти равнодушно. – Только попробуй еще раз сунуться к Девятому, и я найду способ это повторить. А учитывая наличие в этой группировке умников, готовых опоить остальных, это будет лишь вопрос времени, – он надавил сильнее, глубже впечатывая Бакуго в ковер и блокируя тому возможность поливать его бранью. – Так что лучше не провоцируй меня.       В комнате повисла тишина. Никто не рисковал шевельнуться, пытаясь освободить взрывного одноклассника. Даже Токоями настороженно замер, глядя на эту картину. По этой причине все заметили момент, в который зеленоволосый подросток изменился вновь.       Лицо Мидории неуловимо преобразилось, становясь менее похожим на сосредоточенную маску. На его губах растянулась ухмылка. Однако та была так же не похожа на его обычную реакцию, как и холодная усмешка до этого.       - Ну, что, ребятишки, колитесь. Кто приволок в общагу алкоголь? – хмыкнул он – Затея зачетная, ничего не скажешь, вот только побочка у нее есть. И я сейчас не про похмелье и головомойку от учителей.       - В Ю-юэй нет алкоголя, – Иида покачнулся при попытке рубануть воздух по привычке и запнулся.       Ребята переглянулись. Происходящие с их одноклассниками подозрительные и ненормальные странности все же заставили критическое мышление пробиться наружу вопреки приятному пьяному дурману, который расслабил их до этого.       Взгляд Мидории остановился на настороженно замершем Токоями, в позе которого, однако, не чувствовалось и половины привычной невозмутимости и хладнокровия, которые были для него характерны. Подросток хмыкнул.       - Нда, похоже, что пацан не единственный, кто нарвался на алкогольную побочку. Что ж, значит минус один подозреваемый, – он окинул взглядом остальных. – Ну так что, кто тот умник, который шутки ради решил подлить остальным алкоголь?       - Мы не пьяны, – заявил Киришима. – Это было бы не мужественно.       - И никто бы из нас не стал так подставлять остальных, – убежденно поддержала его Урарака.       Бровь Мидории чуть приподнялась.       - Звучит, конечно, красиво. Но факты штука упрямая, ребятишки, – хмыкнул он. – Сомневаюсь, что для того пацана является нормой меняться местами со своей причудой. Да и Девятый по меньшей мере не дорос до этого.       Бакуго что-то неразборчиво промычал и Мидория бросил на него странный взгляд, словно только сейчас осознав, что все еще сидит на нем. Ухмыльнувшись, он поднялся на ноги.       - Извиняй, пацан, я не заметил тебя, – произнес он. – Но для твоего же блага лучше оставь Девятого в покое. А то знаешь ли… У Второго рука тяжелая. Может и прибить. Да и тебе еще учиться и учиться, прежде чем ты сможешь хоть сколько-то сопротивляться. Сейчас тебя разве что Первый не нагнет за минуту-две и то только потому, что он гражданский до мозга костей. Так что лучше не провоцируй нас. А то нам много чего есть, что тебе припомнить, если дашь повод.       Бакуго бросил на Мидорию жесткий взгляд, поднимаясь на ноги, но сказать ничего не успел. На пороге гостиной появился Сотриголова и его горящий от причуды взгляд начал обходить комнату. Зеленоволосый подросток юркнул за диван, а вот ведший себя до этого не менее странно Токоями упал, как подкошенный, заставив стоящих рядом с ним одноклассников вскрикнуть в тревоге.       - Токоями, Токоями, ты в порядке? – Мина, уже начавшая жалеть о затеянной ранее шутке, попыталась привести товарища в чувство, рядом с ней тут же оказался учитель – Сенсей, что с ним? Он… Он странно вел себя, а теперь не приходит в себя.       Мужчина также склонился над учеником, пытаясь понять причины его состояния, когда откуда-то позади послышался голос Мидории, в котором присутствовали непривычные нотки, резанувшие слух.       - Браво, стиратель. У тебя, похоже, одно решение для любых ситуаций, – заметил подросток из-за спинки дивана. – Вот только то, что способно решить проблему в ста случаях, на сто первый может ее создать. Сомневаюсь, что тот пацан очнется после того, как ты подавил его причуду. По крайней мере пока не протрезвеет.       Мина не сдержала вздрагивания, когда увидела, как последние слова Мидории подействовали на Айзаву-сенсея. Его глаза, на мгновение чуть расширившиеся, проследили лежащего на полу Токоями, а затем сузились, когда он посмотрел на все еще стоящую на столе кастрюлю с глинтвейном.       Поднявшись на ноги, мужчина подошел к ней и зачерпнул немного половником (внутри оставалась уже от силы четверть исходного объема). Отпив глоток, он несколько мгновений анализировал его вкус, а затем его взгляд потяжелел. Студенты невольно поежились, когда учитель окинул их им.       - Я сию секунду хочу видеть перед собой того, кто добавил сюда алкоголь, – произнес он так тихо, что у всех по спине побежали ручейки пота. – В противном случае, когда я найду его сам, он будет моментально исключен. Я считаю до трех. Один… Два…       Мина отчаянно зажмурилась.       - Эт-то… Это были мы, – ее голос с трудом пробился наружу и напоминал писк.       - Д-да, – не стал молчать и Каминари. – Мы… Я подумал, что будет весело.       Тяжелый взгляд Айзавы-сенсея припечатал их обоих к тем местам, в которых они находились в комнате. Учитель не активировал свою причуду, но от этого ощущения того, что он крайне недоволен, разочарован и зол не становились менее острыми.       - Кто еще участвовал? – спросил он опасно тихим голосом – Из класса? Из Юэй?       Мина помотала головой.       - Никто. Никто не знал.       - Мой знакомый помог нам добыть вино, – поддержал ее Каминари. – Никто здесь не знал об этом.       - Это… Это должно было быть шуткой, – на глазах Мины показались слезы, когда она посмотрела на бесчувственного Токоями. – Просто шуткой, но… Но с Токоями и Мидорией что-то случилось. Но мы… Мы не добавляли ничего, кроме легкого вина.       - Это правда! – воскликнул Каминари, в его глазах также плескалось непонимание и тревога – Мы не добавляли ничего другого! Оно… Оно не должно было быть так. Я… Мы не хотели вредить.       На мгновение в общей комнате общежития повисла тишина. Каждый пытался переосмыслить открывшуюся правду, пока Айзава-сенсей обдумывал, что делать с данным признанием и всей этой ситуацией в целом. А также с ее зачинщиками.       - В былую эру это могло бы быть просто шуткой, – голос Мидории раздался из-за дивана, за которым он все еще сидел. – Вот только причуды внесли коррективы в то, как люди реагируют на алкоголь. Этого вы не учли.       - О чем ты, Деку? – спросила оказавшаяся рядом Урарака – Почему это так повлияло на тебя и Токоями? Почему вы так резко изменились?       - Потому что причуды, обладающие собственным сознанием, могут взять верх над разумом носителя, если тот пьян или одурманен наркотиками, – ответил подросток. – А учитывая ваш возраст вам не так много и нужно, чтобы захмелеть и дойти до, так сказать, кондиции, проводящей к потере контроля.       - Именно так, – голос Айзавы-сенсея прозвучал в комнате, когда он посмотрел на инициаторов попойки. – Ваше поведение не только аморально, поскольку вы опоили своих одноклассников без их ведома и согласия, но вы также подвергли их и себя серьезной опасности. Вам фантастически повезло, что ваша затея не закончилась хаотичными проявлениями насилия со стороны силы, которую никто не контролирует.       Ребята неуверенно переглянулись, бросив взгляд на Бакуго, который после инцидента с Мидорией источал молчаливую агрессию, прожигая глазами всех окружающих в обещании подорвать любого, кто приблизиться к нему или посмеет обсуждать его унижение.       - Все по комнатам, – велел тем временем Айзава-сенсей. – Завтра мы обсудим произошедшее. Что же до вас двоих, – он посмотрел на сжавшихся под его взглядом Каминари и Мину. – Вашу выходку вы будете завтра объяснять директору Незу. Токоями я доставлю в медицинское крыло. Мидория… – он бросил взгляд на диван, за которым скрывался проблемный ребенок, чья причуда, по-видимому, внезапно оказалась отчасти разумной.       - Ты вполне можешь оставить меня здесь, стиратель, – прервал его подросток. – Я совершенно адекватен. Если ко мне не будут лезть, я сам ни к кому не полезу. Это не в моих интересах. Мое поведение и реакции также вполне соответствуют человеческим, в отличие от той теневой сущности, которой в обычное время управляет тот парень-птица.       Айзава чуть нахмурился. Возможно, причуда Мидории все же не была разумна, а тот просто тоже очень сильно изменил свое поведение под воздействием алкоголя. В конце концов, он, в силу возраста своих учеников, не мог знать, как на них повлияют подобные обстоятельства.       - Почему ты сидишь за диваном? – спросил он вместо этого.       Мидория усмехнулся.       - Потому что я не могу допустить, чтобы ты использовал на пацане свою причуду. Подобный риск в данных обстоятельствах я считаю неприемлемым. И ты тоже должен думать так же.       - Я не буду использовать Стирание, – произнес Айзава. – Учитывая обнаруженный риск, это нерационально и глупо. Однако я не намерен верить тебе на слово о том, что ты адекватен, Мидория.       Из-за дивана раздался смешок, но подросток все же поднялся на ноги и Айзава столкнулся взглядом с незнакомцем. Было очевидно, что нетипичное поведение проблемного ребенка все же не было простым следствием непривычного для него опьянения. Хотя, по-видимому, оно действительно было адекватнее того, как ранее вел себя Токоями (все же его ученики в первую очередь упомянули о странностях у теневого подростка). Однако это не отменяло того факта, что Мидория при этом умудрился сохранить приличную осведомленность о происходящем.       - Если ты его причуда, откуда тебе столько известно о побочном эффекте алкоголя и уж тем более наркотиков? – спросил он тихо.       Подросток ухмыльнулся.       - Ты всерьез веришь, что такой причудливый задрот, как Девятый, не в курсе такого уникального по своей природе явления? Плохо же ты знаешь своего ученика, стиратель.       Айзава нахмурился.       - По-видимому, я вообще его не знаю, учитывая данное явление, – он указал на собеседника. – С каких пор то, что выглядит увеличителем силы, обладает собственным разумом? Да еще и приближенным к человеческому по твоим собственным словам.       Мидория хмыкнул.       - Ну, об этом, полагаю, пацан и сам не в курсе, – заметил он, разведя руки в стороны. – Рано ему еще. Силенок не хватает, – он усмехнулся и сложил руки на груди. – Так что, стиратель, как видишь, я вполне способен к адекватной реакции. Можешь спокойно оставить меня в общежитии. А вот тому пацану, пожалуй, стоит все же показаться вашей местной целительнице. Мало ли, как твое стирание на него повлияло.       Айзава вздохнул и усталым жестом потер переносицу. Он всего-то получил сигнал о драке в общежитии, а в итоге выяснил намного больше, чем ожидал. Как оказалось, проблемные дети вполне способны выйти за свои пределы в том числе по части создания этих самых проблем. Встретив непривычно уверенный и даже отчасти дерзкий взгляд своего ученика, он опустил руку.       - Хорошо. Можешь остаться тут. Но я предупрежу Незу, чтобы он устроил тотальное наблюдение за общежитием. И если что-то пойдет не так… - он отвел взгляд и на мгновение активировал свою причуду.       Мидория хмыкнул и поднял руки вверх.       - Лады-лады, я понял. Ни к чему эти угрозы. Я буду тихо сидеть в комнате пацана. Никаких инцидентов не будет, если ко мне не сунется подрывник. Хотя я не думаю, что тот попытается сделать это так скоро после той взбучки, которую ему ранее устроил Второй. Так что все будет о’кей, – он вскинул бровь. – Теперь я могу идти?       Айзава устало кивнул, внимательно следя за тем, как Мидория покинул гостиную и направился наверх. После его взгляд вернулся к лежащему на диване Токоями и он вздохнул. Эти проблемные дети и их проблемные розыгрыши…