Глава 5. Реальность

      Пятнадцать минут истекли. Человеческое тело имеет предел прочности, и он был достигнут. Судорога, до этого лишь стягивавшая икру правой ноги, внезапно скрутила мышцу тугим, невыносимым узлом. Боль оказалась настолько острой, что пробилась даже сквозь пелену паники.       Мужчина дернулся. Его движение было рефлекторным, неконтролируемым — он просто попытался вытянуть сведенную судорогой ногу. Каблук кроссовка с сухим, царапающим звуком шаркнул по бетону, подняв маленькое облачко пыли. Плечо дернулось в сторону.       Для тигра этот крошечный сдвиг в пространстве стал спусковым крючком.       Никакого предупреждающего рева из фильмов не прозвучало. В дикой природе хищник не тратил дыхание на звуки перед броском. Человек увидел только смазанную оранжево-черную вспышку.       Триста килограммов литых мышц, костей и сухожилий взвились в воздух с невероятной, физически невозможной для такой массы скоростью. Пружина, сжимавшаяся все эти пятнадцать минут, распрямилась.       Мужчина даже не успел поднять руки и закричать. В его широко распахнутых глазах отразилась лишь надвигающаяся с ужасающей быстротой полосатая маска и разинутая пасть.       Удар был сродни столкновению с мчащимся легковым автомобилем. Кинетическая энергия сбила человека на спину, впечатав затылком в бетон так сильно, что в глазах мгновенно вспыхнула и тут же погасла сверхновая. Зверь приземлился прямо на него, выдавив из легких остатки воздуха вместе с глухим, коротким хрипом.       Толпа наверху взорвалась единым, нечеловеческим воплем.       Челюсти хищника сомкнулись на шее и плече жертвы с неотвратимостью гидравлического пресса. Клыки пробили ткань, кожу и мышцы, дробя шейные позвонки. В этот последний, ускользающий миг угасающего сознания мужчина не чувствовал боли. Лишь невыносимую тяжесть, запах сырой земли от звериной шерсти и абсолютное, ледяное понимание того, как нелепо он обманул сам себя.       Природа не вела переговоров. Она не знала жалости, сочувствия или компромиссов. Договора не было с самого начала. Человек получил лишь время, которое зверь соизволил потратить на изучение своей добычи.       Где-то наверху, пробиваясь сквозь истеричные крики посетителей, наконец раздался сухой, хлесткий треск выстрела из крупнокалиберной винтовки. Пуля высекла сноп искр из бетона в метре от тигра.       Петрович опоздал. Зверь глухо зарычал, раздраженный резким звуком. Он не собирался отдавать свой трофей. Глубоко вонзив клыки, тигр легко, словно тряпичную куклу, приподнял обмякшее тело человека. Кровь толстыми, темными жгутами брызнула на светлый песок.       Хищник развернулся и, не обращая внимания на суету, тяжелым, грациозным шагом поволок свою добычу в глубокую тень искусственной пещеры. Туда, где было тихо и прохладно.       Пятнадцать минут иллюзий закончились. Реальность взяла свое.