Стальные яйца йоу

Я зашёл в класс мисс Циркуль и сразу же окинул взглядом помещение. Пока что оно было пустым, лишь ряды бумажных парт молчаливо ожидали своих хозяев. Тишина стояла звенящая, нарушаемая только моими шагами. Не долго думая, я прошёл к самой первой парте и буквально рухнул на стул. С облегчением выдохнув, я достал учебники, больше для вида, и сразу же нырнул в телефон. Сердце колотилось от волнения. "Пожалуйста, ну пожалуйста, молю тебя, вселенная." — думал я, лихорадочно вбивая название в поисковую строку. — "Только не подведи меня сейчас." Я ввёл название своей самой любимой игры, крепко зажмурил глаза и нажал "Поиск". Секунда тишины показалась вечностью. Затем я открыл один глаз, потом второй. Оно было там. Иконка сияла на экране, как маяк надежды в этом безумном мире. — Да! Есть же! — вырвался у меня громкий возглас радости. Мой крик эхом разнёсся по тихому коридору за дверью и явно напугал кого-то проходящего мимо. Дверь приоткрылась, и в класс заглянул Кевин. Он вздрогнул от неожиданности, его глаза за толстыми стёклами очков расширились. Он медленно поднял взгляд снизу вверх, оценивающе смотря на меня, и тяжело вздохнул, поправляя сползшие очки. — В школе запрещено кричать. — сухо произнёс он своим обычным монотонным голосом. Не дожидаясь ответа, он развернулся и прошёл к соседней парте, садясь слева от меня. Я лишь усмехнулся этой реакции и тут же нажал кнопку загрузки. Клеш Рояль. Моя спасительная соломинка. "Боже, как же мне повезло." — пронеслось в голове с облегчением. Теперь я знал, чем скоротать время между уроками, пока учителя не начали охоту на двоечников. Загрузка шла стремительно. Буквально за две минуты игра уже установилась. Видимо, в этом бумажном мире Канады интернет работал просто великолепно, без лагов и зависаний. С предвкушением я нажал на ярлык, запуская любимую игру. Экран озарился знакомой заставкой, и я с ностальгией принялся проходить обучение. Однако тут же накатила лёгкая грусть. "Жаль, мой основной аккаунт с 13 тысячами кубков и максимальными уровнями карт остался в прошлом мире... Придётся начинать всё с нуля." — вздохнул я мысленно, глядя на стартовую колоду. Поглощённый битвами на арене, я совершенно не заметил, как пролетело время. Резкий, пронзительный звонок вырвал меня из игры. Первый звонок. До начала урока оставалось ровно пять минут. Я быстро свернул игру, выключил экран телефона и убрал его в карман. Подняв взгляд, я осмотрел класс. За это короткое время он заполнился учениками. Шум гам стоял невообразимый. Мой взгляд скользнул по рядам и остановился на задней парте. Там сидела троица хулиганов: Оливер, Эдвард и Зип. Эдвард и Зип выглядели вполне обычно: они о чём-то тихо переговаривались и посмеивались, казалось, находясь в хорошем настроении. А вот Оливер... От него исходила аура чистой злобы. Он сидел, сгорбившись, сжав кулак, и его лицо было искажено гримасой неприкрытого гнева. В этот момент он резко поднял голову и встретился со мной взглядом. Его глаза сузились, и он посмотрел на меня с такой ненавистью, будто хотел убить одним взглядом. Я едва успел отвернуться, чтобы скрыть рвущийся наружу смех. "Кажется, я понял, кто мой сосед." — подумал я, судорожно зажимая рот рукой, чтобы не рассмеяться в голос. Вчерашний инцидент с коробкой навоза, которую я перекинул через забор, явно дал свои плоды. Судя по ярости Оливера, "подарок" приземлился именно на него. Прозвенел второй, более требовательный звонок. Ровно через четыре секунды в класс вошла мисс Циркуль. Её шаги были чёткими и тяжёлыми. Она медленно обвела взглядом притихший класс, а затем её острые глаза остановились прямо на мне. — Новенький. — произнесла она приказным тоном, не терпящим возражений. — Встань. Представься и запиши своё имя на доске. Не дожидаясь реакции, она прошла к своему столу у доски. Все взгляды мгновенно устремились ко мне. Рядом со мной, кстати, оказалась Райли. Она даже не повернулась, продолжая сверлить глазами кого-то в глубине класса. Я тяжело вздохнул, поднялся и повернулся к классу. На лице я изобразил максимально дружелюбную улыбку, хотя внутренне понимал: я не золотце, и подружиться со всеми здесь вряд ли получится, особенно с теми, кто смотрит на меня как на еду или мишень. — Меня зовут Ситрус Пи. — начал я уверенно, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Надеюсь, мы подружимся. Я направился к доске, чувствуя спиной чей-то пристальный, горящий ненавистью взгляд. Это был Оливер. Его глаза расширились от узнавания, и он буквально прожигал дыру в моей спине. Эдвард, заметив эту реакцию друга, наклонился к нему и тихо спросил: — Чё случилось, бро? — Он проследил за взглядом Оливера, который был прикован к моей фигуре у доски. — Новенький тебе уже насолить успел, что ли? Оливер злобно сжал челюсть так, что мышцы на лице напряглись. — Помнишь, я вчера орал о том, что мой новый сосед кинул в меня навозом? — прошипел он раздражённым шёпотом. — И... Он не успел закончить фразу, как Эдвард, соединив факты, перебил его: — ...И это он? Новенький? — уточнил он свою догадку, глядя на мою спину. Оливер молча кивнул, вспоминая тот самый голос, который услышал вчера перед тем, как содержимое коробки приземлилось ему на голову. — Он, сука, за это поплатится. — процедил Оливер и, не сдерживаясь, сломал карандаш, лежавший рядом с ним. — Эй! — недовольно воскликнула Зип, выхватывая обломки у него из рук. — Это мой карандаш! Давно по лицу не получал? — спросила она, сверля его убийственным взглядом. — Чё я? Это ты свои вещи у меня на парте оставляешь! — огрызнулся Оливер, метнув в неё такой же злобный взгляд. Для тех, кто не в курсе: в этой школе парты трёхместные. Поэтому вся троица хулиганов сидела в полном составе: Оливер слева, Эдвард посередине, а Зип справа. Между Оливером и Зип завязалась ожесточённая словесная перепалка, на которую мисс Циркуль абсолютно никак не реагировала, делая вид, что ничего не происходит. Пока я выводил мелом своё имя на доске, я краем глаза наблюдал за этой сценой и сделал несколько важных выводов: "Так, что мы имеем. Циркуль лояльно относится к хулиганам. Это может быть вызвано разными причинами, допустим, тем, что она мать Оливера или что-то в этом роде. Второе: Оливер, кажется, догадался, что это я запульнул в него навоз. Мда..." — подумал я, осознавая, что после урока меня, скорее всего, ждёт избиение. Закончив писать, я стряхнул мел с рук, вернулся на своё место и бросил взгляд на Райли, сидящую рядом. Она не сводила глаз с Оливера — предмета своего нездорового обожания. В её руках я заметил небольшой нож, которым она нервно играла, царапая поверхность парты. "О, Райли, помешанная на Оливере. Хм, вроде это первый из моих фанфиков, где она так ярко выделяется своей одержимостью." — отметил я про себя. В этот момент перед моим лицом резко возник лист бумаги. — На, решай. — бросила Циркуль, даже не посмотрев на меня, и развернулась, направляясь к своему месту. Её мысли в этот момент были далеки от педагогики: "Этот Ситрус выглядит так аппетитно." — думала она, незаметно облизывая свои острые губы. — "Контраст яркого апельсина и человеческой плоти... Боже, это будет так вкусно. Надеюсь, он тупой и завалит тест, тогда у меня будет законное право отведать его." — С этой мрачной надеждой она опустилась на стул. Я принялся решать тест, чувствуя на себе десятки глаз. Кто-то в классе перешёптывался, кто-то смотрел с открытым интересом, разглядывая моё апельсиновое тело, которое слегка просвечивало через ткань футболки. Среди общего шума я уловил тихий разговор за одной из задних парт. Там сидели Эбби и Лана. — Эбби, смотри. — тихо прошептала Лана, указывая пальцем в мою сторону. Её глаза светились искренним удивлением и радостью. — Он такой же, как и ты! Фрукт! Недолго думая, она протянула руку и аккуратно коснулась маленького зелёного ростка, пробивавшегося сквозь волосы на макушке Эбби. От этого неожиданного прикосновения Эбби резко дёрнулся. Его лицо мгновенно залила густая краска смущения, и он нервно заёрзал на стуле, не зная, что делать. — Эй, Эбби, с тобой всё в порядке? — спросила Лана ещё тише, склонив голову к нему и с тревогой заглядывая в его покрасневшее лицо. Она не убирала руки, продолжая слегка перебирать листик ростка, что приводило парня в ещё большее замешательство. Эбби уже открыл рот, чтобы хоть что-то ответить, но тут прогремел голос мисс Циркуль: — А ну вы там, двое! Молчать! Или вы тоже хотите тест делать? — крикнула она, вставая. Эбби и Лана испуганно замерли. Лана быстро отдёрнула руку, а Эбби судорожно замотал головой, боясь лишний раз привлечь внимание хищного учителя. Циркуль удовлетворённо оскалилась, продемонстрировав ряд острых, как бритва, зубов, и села обратно, довольная тем, что восстановила тишину. Клэр, сидевшая рядом с Ланой, тревожно посмотрела на подругу, которая мелко тряслась от страха. Затем перевела взгляд на Эбби. Потом посмотрела на Энгеля, сидевшего на соседней парте, он тоже выглядел встревоженным. Когда они случайно посмотрели на учительницу, Циркуль перехватила их взгляды и улыбнулась ещё шире, обнажая свои хищные клыки. По телу Клэр и Энгеля пробежали ледяные мурашки. Даже несмотря на то, что они отлично знали математику, сама мысль о смерти от руки учителя вызывала первобытный ужас. Тем временем я спокойно дописывал решение очередной задачи, игнорируя происходящее вокруг. "Ммм, как же легко." — думал я с облегчением, ставя последнюю цифру. — "Слава богу, здесь нет тригонометрии. Ненавижу её всем сердцем." Я поднял руку, нарушая тишину класса, и спокойно произнёс: — Я закончил. Мой голос прозвучал уверенно, хотя внутри всё сжалось от напряжения. Когда я опустил руку, то поймал на себе удивлённый взгляд мисс Циркуль. Она смотрела на меня так, будто я только что признался в преступлении. Остальные ученики тоже обернулись, их глаза были полны недоверия: никто ещё не сдавал тест так быстро. Единственной, кого это, казалось, совершенно не волновало, была Райли. Она сидела, уткнувшись взглядом в Оливера, и мир для неё существовал только в пределах его головы. В моей прошлой школе мне просто не было равных в математике. Я решал примеры молниеносно. Правда, из-за этой спешки я иногда допускал глупые ошибки, но в девяносте процентах случаев мои решения были безупречны. Здесь же, в мире, где ошибка стоила жизни, моя скорость могла стать как спасением, так и приговором. Циркуль медленно поднялась со своего места и направилась ко мне. Её шаги отдавались тяжёлым стуком по полу. Она взяла мой листок своими холодными пальцами и быстро пробежалась глазами по заданиям, лихорадочно выискивая хоть одну ошибку, хоть один повод для наказания. Но её лицо постепенно искажалось от растерянности, переходящей в раздражение. Решений не было. Вообще. Никаких формул, никаких вычислений. Только чёткие, правильные ответы, написанные ровным почерком. Она резко подняла голову и уставила на меня свой хищный взгляд. — Где решения? — спросила она, надеясь, что я начну запинаться и бояться. — Ты что, списал? Но я не собирался давать ей этот шанс. — Так вы же наблюдали за мной всё это время. — парировал я с логичной усмешкой. — Как бы я мог списать, не отводя глаз от листа и находясь под вашим пристальным вниманием? Циркуль прищурилась. Моя логика была безупречна, но ей очень хотелось найти причину для агрессии. — Тогда где решения? — прорычала она, сверля меня взглядом, от которого у любого нормального человека кровь застыла бы в жилах. От этого взгляда мне стало действительно не по себе. Инстинкты кричали: "Беги! Присядь! Извинись!" — Но я понимал: если я сейчас струшу, она почувствует кровь и атакует. Поэтому, собрав всю волю в кулак, я уверенно поднял руку и постучал себя пальцем по голове. — Вот тут. — спокойно ответил я, глядя ей прямо в глаза. — Всё посчитал в уме. Циркуль замерла. Ей больше нечего было сказать. Либо она признаёт мой талант, либо выставит себя дурой, не способной понять простой факт. Недовольно фыркнув и издав звук, похожий на шипение разъярённой змеи, она развернулась и пошла обратно к своему столу. И вот тут мой внутренний бунтарь взял верх над инстинктом самосохранения. Пока она шла спиной ко мне, я быстро поднял руку и показал ей средний палец. Кто-то из учеников на задней парте тихо хихикнул, услышав смешок, Циркуль резко остановилась и развернулась. Но я уже сидел в позе идеального, прилежного ученика: руки сложены на парте, взгляд невинно устремлён на неё, на лице ни тени вины. Циркуль подозрительно осмотрела класс, но не увидела ничего подозрительного. Махнув рукой с досадой, она снова развернулась и села за своё место, смотря в учебник. — Эй, Оливер. — начал Эдвард, тыкая друга локтем и глядя мне в спину с искренним восхищением. — А у новенького-то яйца есть. Он был слегка поражён моей дерзостью. То, что я позволил себе, обычно сходило с рук только им, хулиганам школы. На деле же мои колени мелко дрожали под партой, а по спине тек холодный пот. "Ахренеть, мне повезло..." — с огромным облегчением выдохнул я про себя и осторожно опустился на стол, стараясь не показать, как меня трясёт. — Ага, есть. — буркнул Оливер, скрещивая руки на груди. Он слегка улыбнулся. — Но не такие, как у меня. Зип, услышав это, ехидно усмехнулась и решила вставить свои пять копеек: — Это те самые яйца, про которые Алиса говорила, что они... — начала она, явно собираясь рассказать что-то личное. — Заткнись! — рявкнул на неё Оливер так громко, что весь класс вздрогнул. Все головы повернулись к ним. Даже мисс Циркуль оторвалась от учебника и бросила на троицу тяжёлый, предупреждающий взгляд. Однако, увидев, что это просто очередная разборка хулиганов, она лишь презрительно фыркнула и снова уткнулась в книгу, решив не тратить энергию на мелочи. Зип мгновенно заткнулась. Недовольно фыркнув и надув щёки, она отвернулась к окну и принялась яростно что-то вырисовывать в блокноте обломком карандаша. Эдвард переводил взгляд то на обиженную Зип, то на злобного Оливера, и мысленно усмехался: "Новенький только пришёл, а уже успел рассорить моих друзей. Класс..." Тем временем Лана, Эбби, Клэр и Энгель смотрели мне в спину с неподдельным удивлением. Они были поражены тем, что какой-то странный новичок спокойно отвечал самой страшной учительнице, но и позволил себе такую дерость, как показать ей фигу (пусть и украдкой). Но у каждой медали есть обратная сторона. Своим поступком я не только завоевал уважение, но и привлёк к себе лишнее, опасное внимание. И это внимание могло сыграть со мной злую шутку, которая закончится не двойкой в дневнике, а отсутствием головы на плечах. Что именно произойдёт дальше, и какую цену мне придётся заплатить за эту минуту славы, мы узнаем совсем скоро.