Смерть Ситруса

— Здравствуйте... — робко произнёс я, чувствуя на себе тяжёлый, оценивающий взгляд мисс Блуми. Её глаза, сверлили меня с таким интересом, словно она рассматривала не нового ученика, а экзотическое блюдо в меню. — Здрасте... — протянула она медленно, обходя моб парту по кругу. Её движения были плавными, напоминающими движения акулы, почуявшей кровь. Когда она поравнялась со мной, её взгляд скользнул по моему апельсиновому торсу, и на её губах расцвела широкая, недобрая улыбка: — Как звать-то тебя? — спросила она небрежно, но в её голосе сквозил подтекст, который мог понять только тот, кто знал её истинную природу: "Можно ли тебя съесть?" — Ситрус Пи. — назвал я себя, стараясь говорить ровно и не показывать, что её интерес мне совершенно не льстит. Блуми ехидно усмехнулась моему имени. Она развернулась и, не спеша, направилась к своему столу, бросив через плечо: — Сегодня можете отдыхать. Будем проверять вашего новенького. Она достала из стопки чистый лист бумаги —тест по биологии — и с театральным жестом положила его прямо перед моим лицом. — Делай. У тебя 45 минут. Отсчёт пошёл. — произнесла она, и в её голосе звучало такое предвкушение, будто она уже чувствовала вкус моей плоти. Она явно надеялась, что я провалюсь, и тогда... тогда у неё будет повод "наказать" меня. Я лишь фыркнул ей в ответ, садясь поудобнее. Спешить я не стал. Биология никогда не была моим коньком. Поэтому я решил использовать время с умом. Глубоко вздохнув, я закрыл глаза на секунду, вспоминая каждое тело, каждое царство, каждую мелкую деталь, которую когда-то читал в учебниках. Прошло 40 минут напряжённой тишины, нарушаемой лишь скрипом моего карандаша. Я исписал последний лист, перечитал ответы и с облегчением выдохнул: — Можно сдать? — спросил я, поднимая руку с заполненным тестом. Блуми, которая всё это время сидела, гипнотизируя меня взглядом, медленно поднялась. Она шла ко мне неторопливо, наслаждаясь наступившей тишиной, смакуя момент, когда сможет наконец забрать эту бумагу и, возможно, найти в ней ошибку, чтобы сорвать злость. С видом королевы, принимающей дань, она небрежно выхватила листок из моих пальцев. Она развернулась и побрела обратно к своему столу, даже не взглянув на работу. Я инстинктивно сжал кулак, готовый показать ей фигу вслед. Но вовремя остановился. Удача не всегда была на моей стороне, и лишнее провокационное действие могло стоить мне жизни. И именно в этот момент, когда напряжение достигло пика, раздался громкий грохот. Оливер, сидевший за соседней партой, вместе со стулом рухнул на пол. Рядом стояла Зип, которая, видимо, решила "помочь" ему сесть, но не рассчитала силу толчка. — Ой! — пискнула она, делая вид, что это случайность. Блуми моментально обернулась, её лицо исказила гримаса ярости. Она уже открыла рот, чтобы обрушить на нарушителей порядка свой гнев, как вдруг её взгляд упал на Эдварда. Тот сидел рядом, спокойно наблюдая за происходящим. Эдвард был её любимчиком, чьи успехи тешили её самолюбие. Увидев его невозмутимость и поняв, что инцидент произошёл в его зоне влияния, Блуми резко сменила гнев на милость. — В следующий раз будьте аккуратнее. — буркнула она, отворачиваясь. Оливер, потирая ушибленную спину, благодарно посмотрел на Эдварда, а я тихо выдохнул. Похоже, сегодня мне повезло дважды. "И вот угораздило же меня попасть в эту клишированную школу." — пронеслось у меня в голове с горькой иронией. — "Эбби — хороший, Оливер — злой... Тск. Кто вообще придумал этот бред? Не думаю, что эта история сыщет популярности. Хотя... если так оно и будет, то я просто забью на писанину, сюжет заглохнет, и я смогу нормально отдохнуть!" — весело подумал я, зная себя как облупленного. В этот самый момент Блуми разорвала мой листок с тестом и уже открыла рот, чтобы крикнуть что-то вроде "беги!", но я не теряя ни секунды, схватил ближайший стул и с размаху запустил его в неё. Стул с глухим стуком врезался в учительницу, выигрывая мне драгоценное время. Не мешкая, я схватил ещё один на про запас. — ТЫ! — злобно взвизгнула Блуми, игнорируя боль, и бросилась за мной следом. Её движения были неестественно быстрыми для человека, а глаза горели безумным голодом. Мои кенты в классе испуганно замерли, боясь пошевелиться. Враги же, наоборот, радостно заулыбались, предвкушая кровавое шоу. А я был на взводе. "Сука, ёбаный пиздец, какого хуя, блять, сюжет такая хуйня?" — думал я, скрываясь за дверью. Адреналин зашкаливал. И тут меня осенило: "Стоп... Блуми же маленькая... а значит..." Я прижался спиной к стене рядом с дверным проёмом, крепко сжимая ножки второго стула как дубину: "Господи, пусть сработает, пусть сработает." — молился я всем известным и неизвестным богам этого мира. Шаги Блуми приближались. Она была совсем рядом. Я затаил дыхание. Её тень показалась в щели приоткрытой двери. И когда она перешагнула порог, я со всей дури обрушил стул ей на голову. Звук был глухим и удовлетворяющим. Блуми даже не успела вскрикнуть. Её маленькое тело подбросило в воздухе, словно куклу, и она отлетела в противоположный конец, с размаху врезавшись в Эдварда. "Получай, мерзкая шлюха." — с торжеством подумал я, чувствуя прилив гордости за свою работу. Но эйфория длилась лишь мгновение. Холодная волна ужаса накатила снизу вверх, сковывая движения. "Бля... зная себя, мне сейчас пизда." — вспомнил я себя. Я медленно опустил взгляд вниз. Мою грудь пробил циркуль. Циркуль Циркуль. "Вот это тавтология." — успел подумать я, не чувствуя боли от шока и неожиданности. Только странное, ледяное онемение, расползающееся по телу. "Вот и мой конец..." — подумал я, чувствуя, как силы покидают меня. — "Я мог столько сделать. Стольким помочь. Мог изменить этот бредовый сюжет..." Но затем, сквозь туман угасания, пробилась другая мысль. Более моя: "А хотя нет... Пусть идут они все пропадом. Зачем мне спасать тех, кто сам лезет в мясорубку? Я лучше умру здесь и сейчас, буду кайфовать в небытии, чем страдать, пытаясь их спасти, получая взамен лишь пинки под зад." Уголки моих губ дрогнули в последней, едва заметной усмешке. Я закрыл глаза, позволяя темноте поглотить себя. Сознание угасало, оставляя после себя лишь тишину и странное чувство облегчения. Моё тело медленно осело на пол. Дальнейшая судьба Ситруса в ваших руках.