Не русский, но россиянин

А нет, для меня этот день ещё не закончился. Я зашёл в свой уютный домик и, словно драгоценность, аккуратно положил "зубную" нить на стол. В некотором роде она таковой и являлась — первый настоящий подарок от читателя, первый шаг к тому, чтобы перестать быть беспомощным апельсином в этом безумном мире. Я сладко потянулся, разминая затёкшие мышцы, и бросил взгляд на настенные часы. Стрелки показывали 16:30. До собеседования Асхаба оставалось около получаса. Я сжал кулаки, мысленно посылая ему лучи поддержки и удачи. Я сжал кулаки и мысленно пожелал ему удачи — пожелал то, чтобы тот я, который пишет эту историю, написал, что он всё же смог устроиться на работу. "Бля, не будь тупым, я." — подумал я про себя, обращаясь к себе же — к тому, кто сейчас стучит по телефону. В этот самый миг мой левый карман штанов вспыхнул ярким, тёплым оранжевым светом. Я удивлённо расширил глаза, а затем на лице расплылась широкая улыбка. Я потянулся в карман и достал небольшую конфету в шуршащей обёртке. Покопавшись глубже, я нашёл там ещё и сложенный листок бумаги. Развернув его, я прочитал крупными буквами: "АПЕЛЬСИНЧИК, НЕ СМЕЙ ПОМИРАТЬ ОПЯТЬ!" Сердце ёкнуло от тепла. Кто бы ни был, его забота была искренней. — Не волнуйся, друг, не помру. — вслух сказал я, аккуратно складывая записку обратно в карман. — Не в моих планах гибнуть молодым. Я развернул конфету и закинул её в рот. Яркий вкус апельсина взорвался на языке, напоминая о моей сути. — Ммм, вкусно. — проговорил я, облизывая губы и чувствуя, как силы возвращаются. Снова взглянув на время, я с усмешкой понял, что моё экранное время вышло, пора действовать. — Ладно, пойду по*****... — буркнул я себе под нос, направляясь в комнату. (Хз, на что именно он это будет делать, но давайте представим, что это что-то нормальное и приличное, хорошо?) Ну, как и обещал наш апельсиновый герой, перемещаемся к Асхабу, который вовсю готовился к важной встрече. Понимая, что собеседование с директрисой — мероприятие официальное, он решил подойти к делу серьёзно. Свои любимые народные одежды с вышивкой и тюбетейку он пока отложил в сторону. Вместо них он надел строгий, идеально выглаженный костюм, который превращал его в настоящего "серьёзного дядю". Впрочем, он меня он узнал, что в этой школе нет чёткого дресс-кода, так что после успешного трудоустройства он сможет снова носить то, в чём чувствует себя собой. Асхаб глубоко вздохнул, наполняясь приятным предвкушением, и вышел из дома, направляясь к школе. Ну как направлялся... Если быть точным, он полетел. И это не метафора. Он реально оттолкнулся от земли, стал невидимым, чтобы не пугать случайных прохожих, и на небольшой скорости взмыл в небо. Паря над городом, он обдумывал стратегию поведения на собеседовании. Прилетев к месту назначения, он плавно опустился у главного входа. Рядом с ним как раз проходили три женщины. Судя по их манере и одежде, это были учителя. Но то, что бросилось Асхабу в глаза, заставило его внутренне содрогнуться, хотя внешне он остался невозмутим. У двух из них вместо обычных рук были грозные протезы: у одной (Циркуль) это был огромный циркуль, у другой (Блуми) — острый канцелярский нож. А у третьей (Тавель), руки заканчивались длинными, опасными когтями. "Хәзер мин ситрусның нәрсә турында сөйләгәнен аңлыйм (Теперь я понимаю, о чём мне говорил Ситрус)" — пронеслось у него в голове. Он внимательно осмотрел будущих коллег: две гигантши и одна миниатюрная, но не менее опасная дама. Он развернулся, чувствуя странное чувство. Предчувствие подсказывало ему, что он сможет найти с ними общий язык, если не сегодня, то завтра, когда начнётся его первый рабочий день. Выключив невидимость, Асхаб шагнул внутрь школы. Проходя по коридорам, он с интересом оглядывался по сторонам, замечая множество отличий от той школы, в которой учился сам. Он усмехнулся про себя, вспоминая свои собственные школьные денёки, и уверенно двинулся к кабинету директрисы. Он подошёл к двери ровно за минуту до назначенного времени. Глубоко вдохнув, он постучал. — Можно войти? — спросил он на английском, чуть приоткрывая дверь. — Входите. — ответил спокойный, уставший голос изнутри. Асхаб вошёл и замер на пороге, рассматривая хозяйку кабинета. Грейс сидела за массивным столом, заваленным бумагами. Она подняла на него взгляд сквозь свой монокль, и её пронзительные глаза мгновенно оценили посетителя. Она сразу поняла, что он явно не местный, скорее всего, приезжий. Асхаб почувствовал тяжесть этого взгляда, ему стало немного не по себе, но он мастерски скрыл смущение, лишь выпрямив спину и став ещё увереннее. Грейс вздохнула, откладывая ручку, и указала на стул напротив: — Садитесь. Асхаб послушно присел, сохраняя достойную осанку. Как только он устроился, Грейс протянула руку: — Документы, пожалуйста. Он передал папку. Директриса быстро пробежалась глазами по основным пунктам и вдруг замерла. Её взгляд зацепился за графу "Место жительства": Россия. Она едва не поперхнулась воздухом. В её воображении мгновенно всплыли стереотипные образы суровых русских мужчин в ушанках, постоянно пьющих водку и ходящих в обнимку с медведями. Она медленно подняла взгляд на Асхаба, ожидая увидеть нечто подобное. Но перед ней сидел статный, вежливый мужчина в аккуратном костюме, который склонил голову набок с вопросом в глазах. — В-вы... русский? — спросила она дрожащим голосом, готовясь ко всему. Асхаб мягко улыбнулся и отрицательно покачал головой. Грейс поморгала, снова посмотрела в документы, где чёрным по белому было написано место рождения, и растерянно произнесла: — Но вы... — Не русский я, но россиянин. — спокойно перебил её Асхаб, цитируя известного башкирского поэта. Грейс снова заморгала, пытаясь уловить смысл этой тонкой разницы. Тогда Асхаб сказал прямо, с тёплой улыбкой: — Я татарин. — Он сделал паузу, давая словам осесть. — Россия — многонациональная страна. В ней живёт множество народов. Татары — один из них. Грейс медленно, почти недоверчиво кивнула, но напряжение в её плечах чуть спало. Теперь она хотя бы понимала, о ком идёт речь. Она отложила документы в сторону и задала следующий вопрос, стараясь, чтобы голос звучал ровно и профессионально: — На какую зарплату вы рассчитываете? Асхаб задумался. Он понятия не имел, сколько получают учителя в Канаде. — А сколько в среднем получают учителя здесь? — осторожно спросил он. Грейс на секунду задумалась, вспоминая бюджет, и ответила: — Шестьдесят тысяч долларов в год. Глаза Асхаба едва не вылезли из орбит. Внутри он был шокирован такой щедростью, но внешне сохранил каменное лицо, лишь серьёзно кивнув. — Понятно. А на какую должность я могу рассчитывать? — спросил он далее. Грейс оценивающе окинула его взглядом, задержавшись на его мощном телосложении. Она слегка смутилась своим следующим предположением, но продолжила: — Рассматривая ваше... э-э-м... внушительное телосложение, я могу предложить вам должность учителя физической культуры. Вас это устроит? Асхаб задумался ровно на секунду. Физрук? Почему бы и нет? — Да, меня это полностью устраивает. — ответил он с искренней улыбкой. На губах Грейс дрогнула лёгкая, незаметная улыбка, но она тут же заменила её привычной маской профессионального безразличия. — Тогда можете приступать к работе с завтрашнего дня. — сказала она, протягивая ему подписанные документы обратно. — Жду вас в семь утра. Форма необязательна, поэтому приходите в том, в чём вам удобно. Улыбка Асхаба стала шире и сияющее ярче. — Благодарю вас, мисс Грейс. — сказал он, вставая со стула. — Увидимся завтра. Он дружески помахал рукой и покинул кабинет, чувствуя себя на вершине мира. Грейс проводила его долгим взглядом. Когда дверь закрылась, она подошла к комоду, открыла ящик и посмотрела на упаковку антидепрессантов, которые стали её постоянными спутниками. В её душе теплилась робкая надежда: может быть, с приходом этого доброго и сильного человека всё изменится? Может, ей больше не придётся пить таблетки? А тем временем Асхаб уже выходил из школы, окрылённый успехом. На его лице сияла улыбка, а в голове крутились мысли о новой директрисе. "Какая чудесная женщина." — подумал он. Но тут он вспомнил её взгляд в начале разговора. Тот взгляд был наполнен такой глубокой, чёрной бездной отчаяния, будто человек потерял абсолютно всё, что имеет значение в жизни. Это насторожило его. Асхаб помотал головой, списывая всё на своё богатое воображение. Затем его мысли переключились на семью, и он с грустью вспомнил свою умершую мать. "Интересно, мама бы сильно удивилась, если бы узнала, что я привёл в дом директрису канадской школы?" — подумал он, тяжело вздыхая. Он отбросил эти печальные мысли, продолжая путь домой. Может быть... Есть хоть маленькая вероятность того, что он сможет не только спасти эту безумную школу от хаоса, но и найти здесь свою любовь? Заполнить ту пустоту, что он видел в глазах Грейс, и свою собственную? Ну, посмотрим, что из этого выйдет.