В темной подворотне

— Ты же... ты же... — пыталась Лиззи связать три слова, судорожно глотая воздух, но все напрасно, внутренняя боль была слишком велика, сдавливая горло — ты... — Да, я. Ты... — сказал Уильям с неизменной улыбкой, от чего Лиззи скривилась в откровенном отвращении к нему, на что в его гениальнейшей голове тут же пролетела мысль: "Первая стадия принятия — отрицание." — думал он, внимательно видя исказившую злобу на её лице. Лиззи до скрипа сжала зубы и пронзительно прокричала, от чего у Уильяма на секунду заложило уши, но ему было как-то барабану, ведь в Пустоте вообще не было звуков, поэтому он давно привык: — УЙДИ ОТ МЕНЯ! ТЫ НЕОТЁСАННЫЙ ПРОСТОЛЮДИН! НЕ СМЕЙ СТОЯТЬ РЯДОМ СО МНОЙ! НЕ СМЕЙ СМОТРЕТЬ НА МЕНЯ! НЕ СМЕЙ... — кричала она, не замолкая ни на секунду, а Уильям лишь невозмутимо улыбался, ритмично кивая в такт её словам с мыслями: "Вторая стадия принятия — злость." — терпеливо сносил он её выходки, спокойно ожидая принятия его помощи. Прошло где-то 10 минут её громких, надрывных криков, которые делали больно его душе, ведь он любил её... ну, не по-настоящему, но это пока, скоро он искренне полюбит её: "Так, мне начинает это надоедать." — думал Уильям, по-прежнему держа на лице добрую улыбку, хоть он и всю жизнь проходил с улыбкой, ведь он был скелетом, но все равно держать эту маску, особенно когда на тебя так яростно кричат, было не самым увлекательным занятием. И вот, спустя еще 5 минут Лиззи наконец то перестала плакать в голос и теперь плакала лишь моментами, судорожно глотая воздух и тихо говоря: — Пожалуйста... уйди, я тебе заплачу... — отчаянно торговалась она с ним, протягивая дрожащую руку, но Уильям не отвечал, храня гробовое молчание, и просто улыбался дальше. — Можешь... делать со мной... все что хочешь... только уйди... Уильям на секунду ошалел от такого неожиданного и абсурдного предложения, его глаза на мгновение расширились, но он быстро совладал с собой, вернув контроль над аналитическим аппаратом и мысленно подумав: "Третья стадия принятия — торг" — думал он, всерьёз желая что то с ней сделать, оценив её уязвимость. Ну а чё нет? Она же дала добро, а значит, он мог беспрепятственно воплотить в реальность все свои гениальные эксперименты с новой, такой податливой переменной, и эти эксперименты будут ой какими не научными: "Но делать этого я не буду." — мысленно ответил Уильям на мои описания, своим гениальным разумом просчитав то, что я напишу про него в таком провокационном формате. Ну а пока Уильям напряженно боролся с мимолетным желанием что либо сделать с Лиззи, сама Лиззи же в свою очередь совершенно перестала что либо говорить, опустила голову и просто плакала и плакала, беззвучно заливаясь горькими слезами от безысходности и осознания своей слабости перед судьбой. "Почему я родилась в богатой семье?!" — с горечью думала она, устало желая простой, спокойной жизни, ну... может, чуточку популярной, но все же нормальной, человеческой жизни. — "И почему этот... как его вообще зовут? Он вроде бы новенький в нашем классе?" — растерянно размышляля она, медленно поднимая покрасневшую голову и поднимая на него взгляд, на что Уильям только мягче улыбнулся. И тут что то звонко разбилось внутри Лиззи на мельчайшие осколки самобичевания, а вместо этого в груди пришёлся гулкий стук сердца, подобный ударам индейцев Майя. Уильям, наконец выбравшись из своей напряженной внутренней борьбы в мысленном реслинге, где он в итоге благополучно проиграл своим темным порывам, увидел, что затуманенный взгляд Лиззи стал более спокойным и осмысленным, и он подумал с легкой досадой и горечью: "Я что пропустил четвёртую стадия принятия? Тск." — мысленно фыркнул он, но ни один мускул на его лице не дрогнул, по-прежнему показывая, насколько сильно он желает ей помочь. — Ты ведь Уильям? — предельно робко, почти шепотом спросила Лиззи, пока остатки слез все еще катились с её лица. Уильям медленно кивнул, и его улыбка стала ещё шире и теплее, а он сам, насколько это было возможно для него, пролепетал нежным голосом, стараясь смотреть только на неё и не отвлекаться: — Да, я тот самый Уильям. — мягко сказал он, протягивая к ней руку, и продолжил с искренней заботой — Могу я тебя помочь? Лиззи на секунду замерла от этого, её дыхание сбилось, но робко улыбнувшись, она кивнула и ответила на его протянутую руку своей дрожащей ладонью. Уильям помог ей встать, и вот когда они оба были на ногах, Уильям плавно приблизился к ней настолько близко, насколько считал приемлемым, нарушая её личное пространство ровно на столько, чтобы она почувствовала его присутствие, с мыслями: "Нужно начать флиртовать." — думал он, анализируя её реакцию, и решил начать с банального, но всегда работающего комплимента: — Ты красивая. — сказал он с улыбкой, скользя взглядом по её платью и тому, как оно целомудренно скрывает всё её достоинства: "Да ещё и скромная." — подумал, но не сказал Уильям, тут же записав это в своём уме как один из жирных плюсов отношений с ней. Лиззи просто опустила взгляд, даже не покраснев от такого, уж слишком много раз ей подобное говорили светские львы и подхалимы, чтобы она краснела от такого, но на душе и в районе сердца стало неожиданно приятно от этих простых слов, сказанных в грязной подворотне. "Так... значит придётся думать." — подумал Уильям, начиная шевелить своими гениальными извилинами в поисках нестандартного решения — "О! Придумал." — с хищной улыбкой подумал он и сказал, меняя тактику: — Могу я узнать твоё имя? — спросил Уильям ровным тоном, не грубя ей, а то все могло пойти по накатанному сценарию и она бы снова закрылась. — У такой красивой девушки должно быть просто прекрасное имя. — не забывал он делать ей комплименты, чтобы железобетонно придерживать образ идеального джентльмена. Лиззи подумала пару секунд, отвечать ему или нет, сжимая губы, но всё же решила ответить, тихо сказав: — Лиззи. — прошептала она, глядя вниз, на что Уильям вдруг резко развернулся и стал уходить, демонстративно оставляя её одну в темноте. — Я домой, уже довольно поздно. — сказал он, смотря на руку с часами, где не было часов. — Приятной дороги домой. Лиззи от такого встала в абсолютный ступор, её мысли забегали в голове, не в силах осознать его действия: "Почему он... почему... зачем... он же помог мне... или я просто недостойна... он слишком хорош для меня..." — паниковала она, судорожно хватая себя за одну из рук, сжимая ткань платья, как типичные аниме девушки в такие моменты. "Пока рано идти обратно." — холодно думал Уильям, размеренно шагая и уже почти доходя до поворота. — "Нужно е..." — Могу я пойти с тобой?! — отчаянно, на грани срыва крикнула Лиззи ему вслед. Уильям замер, и на секунду его лицо тронула победная улыбка, но быстро заменив её на мягкую и заботливую, он развернулся и сказал: — Нет. — твёрдо сказал он, снова начиная разворачиваться, но Лиззи, преодолев страх, начала бежать в его сторону, спотыкаясь на неровном асфальте. "Пора." — подумал Уильям, уже придумывая, что ей ответить, но тут вдруг Лиззи поскользнулась на мокром асфальте и начала падать. — "Серьёзно?" — устало подумал Уильям, закатывая глаза и ощущая себя главным героем типичного романтического аниме. Уильям сделал пару быстрых шагов в её сторону, ловя её на руки прямо над землёй, и когда та оказалась в его полной власти, прижатая к его груди, он усмехнулся и прошептал ей на ухо: — Что же мне сделать с тобой, Лиззи? — спросил он, улыбаясь. — Если оставлю тебя одну, то ты снова упадёшь, а мне будет грустно, если ты упадёшь. "Ему будет грустно, если я упаду?" — с искренним неверием подумала Лиззи, переваривая такие слова Уильяма. Любой другой в её жизни, из числа её "друзей", просто оставил бы её падать дальше, вдобавок сняв всё это на камеру, чтобы выложить этот позор в общие чаты. Но Уильям не был таким... "Почему мне так приятно от его слов... и что это за странное ощущение в животе?" — думала она, чувствуя бабочек в животе, но я бы просто сказал, что у неё заболел живот от нервов и холодного ветра. Уильям, видя, что его слова пошатнули её защиту, продолжал, вбивая последние гвозди в её сердце: — Но если заберу домой, то не знаю, поможешь ли ты... — Помогу! — громко воскликнула Лиззи, перебивая его слова, её глаза горели решимостью — Со всем, всем помогу! Уильям снова замер на секунду, а его сердце, предательски для него самого, забилось быстро, нарушая его идеальный расчёт: "Такая милая и невинная..." — подумал он, смотря на её лицо, в котором читалось как глубокое отчаяние, так и искреннее желание отплатить за доброту. Уильям театрально выдохнул и вздохнул, сказав: — Хорошо. — сказал он, аккуратно помогая ей встать на ноги и поддерживая за талию — Пошли ко мне домой. Лиззи искренне улыбнулась, и от этого света у Уильяма внутри всё перевернулось вверх дном, заставив его покачнуться и потерять равновесие. Заметив это, Лиззи тут же забеспокоилась, шагнув к нему, но Уильям только поднял руку, останавливая её панику, говоря: — Всё нормально, просто нелегко держать такую красавицу на своих руках. — сказал он, игриво подмигнув ей, и густой румянец залил её щёки, делая её ещё божественней в его сознании. "Этой пассией я вполне доволен." — подумал Уильям, протягивая ей руку и переплетая с ней пальчики, чувствую тепло её ладони. — "Спасибо, Апельсинчик." — с искренней благодарностью подумал он и уверенно шагая вперёд с Лиззи. Хоть они и не были парой, но их руки переплелись, и это вызвало у обоих желание большего, и что-то мне подсказывает, что дома у Уильяма всё закончится с... се... семейным просмотром фильма, да-да, именно им, а не чем-то пошлым. Продолжение следует.