Зельевар

​Над ингредиентами угрожающе нависали тени полок и стеклянных шкафчиков, а звенящую тишину нарушало лишь тихое бульканье из котла в неуютном и мрачном кабинете. Одна из теней была самой высокой и самой одинокой, от неё больше всего веяло острой угрозой. Сальные чёрные волосы спадали водопадом на плечи, скрывая лицо зельевара. Учительская роба подчеркивала его болезненную худобу, а руки, которыми он помешивал содержимое котла против часовой стрелки, были бледно-землистыми, выдавая то, что он не любитель бывать на солнечном свете. Он резко выдохнул, и на мгновение показались его жёлтые зубы. Человек далеко не из приятных — что уж тут говорить о красоте? ​Зелье было готово. Болотный цвет переливался оттенками бирюзового. Идеально, как и всегда. Достав флакон и наполнив его, Снейп подошёл к одной из множества полок с зельями и поставил его на своё законное место. Множество флаконов стояли в идеальном порядке. Ему не нужно было подписывать их — он всегда помнил, какое зелье налито в той или иной ёмкости, и всегда знал, где лежит тот или иной ингредиент. Всё должно быть на своих местах с точностью до миллиметра — перфекционизм был вторым именем Снейпа. ​Наконец он сел за свой деревянный стол, на котором высились огромные стопки пергаментов. Взяв в свои длинные пальцы перо и макнув его в чернильницу, он начал писать. Проверка работ учеников была его ежедневной задачей и бесполезной рутиной. Снова работа Лонгботтома, который всё напутал, и пергамент которого за полминуты стал исписан язвительными замечаниями и указаниями на ошибки. Снова работа Уизли, у которого вместо чего-то внятного был хаотичный набор названий ингредиентов, — и теперь она тоже исписана ядом Снейпа. ​И почему он — великий зельевар, гений и человек, у которого есть мозги, — должен каждый день вдалбливать знания в головы этим идиотам, которые не могут отличить мандрагору от шоколадной лягушки? Судьба смеялась над ним и возвращала к Хогвартсу раз за разом. ​Пришла очередь работы Малфоя — и она была как глоток свежего воздуха. Но изменять себе Снейп не стал и так же, как и всем, вывел пером несколько язвительных замечаний. Когда он добрался до работы Гойла, его рука с пером дрогнула, оставляя неприятный след от чернил на пергаменте ученика. Запястье начало жечь и печь. Метка давала о себе знать. Метка рабства, подчинения, клятвы. Тёмный Лорд звал его.