Часть 1

«ПОЧЕМУ Я ГОЛЫЙ?!» — первое, что приходит в голову. Так-так-так. Отставить голозадые вопросы. Куда важнее… «ПОЧЕМУ Я ПРИКОВАН К БАТАРЕЕ?!» Вот это уже интереснее. И, с учётом первого факта, намного опаснее. Для жизни, чести и достоинства. И жопы. Я дёргаю рукой. Наручники не ломаются. Плохо. Так, ладно. Нужно хотя бы собраться с мыслями. Нет безвыходных ситуаций — есть решения, которые ты ещё не видишь. — Так, хмм... хм-м-м... — я концентрируюсь, прикрываю глаза. — А ну точно! Я же умер! Так, стоп. Что, блять? Я помню — буквально минуту назад меня сравнял с землёй вражеский снаряд. Прилетел прямо в окоп. Да, я военный, на службе России. Но какая к чёрту разница, если сейчас я нахожусь в каком-то неизвестном месте? Кстати, да. А где я, чёрт возьми? Пытаюсь приглядеться к окружению. И что могу сказать? Я в дерьме. Буквально. Туалет. Причём, судя по отсутствию писсуаров — женский. Обставлен скудненько: три кабинки с обшарпанными дверьми, две раковины с грязными зеркалами. На зеркалах — паутина трещин. На полу рядом со мной лежат джинсы, ключик и какой-то кулончик. Я тянусь к ним. Пытаюсь отстегнуть наручники. О чудо — ключ подходит. Наконец освобождаюсь от оков. Разминаю запястья. Так, а теперь можно одеться. Сидеть на кафельном полу голой жопой — не самое приятное занятие. Тц. Джинсы на голое тело — это какой-то ужас. Всё невероятно трёт. Но лучше так, чем ходить голым. Всё, что мне остаётся — осмотреть кулончик. И можно выдвигаться. Хм… ничего необычного. Обычная серебряная цепочка. Подвеска в виде куба из какого-то зелёного металла. Или мне кажется? Она ведь светится. Ладно. Нужно вставать — а то так можно и всю жизнь просидеть. — Ох, чёрт… как же бошка болит. При попытке встать изображение плывёт. Всё поглощает муть. Меня что, огрели чем-то тяжёлым и ограбили? По крайней мере, это единственное предположение, из-за чего мне может быть так плохо. Тц. Ещё и блевать тянет. Во рту — привкус железа. Я сплюнул на пол. — Блять, у меня ещё и кровотечение… вообще шикарно. В туалет заходит пара дам. Лет девятнадцати. Губы криво подкрашены. По комнате раздаётся запах перегара — ком подступает к горлу. Девушка в леопардовом платье — оно явно ей не по размеру — обращается ко мне: — Слушай, парень, тебе не кажется, что ты дверью ошибся? Или ты нас дожидаешься? — она подмигивает. — Угу, уже ухожу, — цежу я. — А жаль. Ты симпатичный, особенно когда наполовину голый, — снова подмигивает. Я просто прохожу мимо барышень. Открываю дверь. Передо мной предстаёт ещё более удручающее зрелище. Какое-то кафе. Явно не первой свежести. За барной стойкой стоит худощавый прыщавый парень — лет двадцать. А перед ним, уже в отрубе, лежит мужик. По мужику стекает блевотина. Чёрт. Как я посмотрю — это точно не высший свет. И не похоже на военный госпиталь. Вариант остаётся лишь один. Я переродился в другом мире. Как в тех паршивых романах, которые я читал от безысходности на фронте. Если это так… прошлый я был не особенным ценителем аристократичного отдыха. Получал удовольствие более… доступным методом. Алкоголем и дешёвым куревом. Мне аж мерзко становится от мысли о спиртных напитках. Я всю жизнь был ярым трезвенником. В этом вопросе я категоричен: алкоголь — зло! Подхожу к барной стойке. Здороваюсь с пацаном. — Эй, привет. Слушай, а где мы? Память отбило — ничего не помню. — Тц, ещё один. Ты в баре «Мэндис». И я думаю, что в таком виде тебе стоит отправиться домой. А не продолжать бухать. — А я думаю, что это не твоего ума дело, чернь. — Пф, тоже мне — аристократик нашёлся.