24. Окрыление

Арлерт не мог уснуть всю ночь после их свидания с Энни. Парень ворочался в кровати, периодически бросая взгляды на белую футболку, которая лежала на стуле. Её футболку. Он очень бережно носил её весь день, чтобы не запачкать, ведь она пахла… да, чёрт, Армин вообще не разбирается в этих ароматах, но её футболка пахла просто прекрасно. Уютом, её волосами, её постелью. Нежными объятиями, теплом маленькой ладошки, улыбкой с шрамом на нижней губе. Армин плавно присел на кровати, поджимая колени к груди, его взгляд был устремлён в окно. Перед глазами проносились обрывки из прошедшей ночи. Сердце пропускало удар каждый раз, когда он вспоминал, как нежно касался её рук, тела, целовал её. Арлерт повернул голову в сторону стула с футболкой и взял её в руки. Белая плотная хлопковая ткань приятно ощущалась между подушечек пальцев. Армин поднёс её к лицу и вдохнул аромат. «Мы же теперь мы, так ведь?» «Да, мы теперь мы». Вот так пахло это обещание. Армин никогда в жизни не мог подумать, что всего лишь за какой-то месяц всё может перевернуться с ног на голову. Новая работа, новые исследования, новые знакомства, новая… влюблённость? Когда Арлерт подумал об этом, то моментально покраснел, чувствуя, как наливаются жаром щёки и затылок. Он аккуратно провёл пальцами по своим губам, вспоминая, как приятно было ощущать на них её тепло.  Энни. Маленькая, хрупкая, нежная и в то же время суровая девушка, которая привлекла его внимание с самого начала. Сначала внешне, лишь издалека — но даже в тот день Арлерт чувствовал, что его тянуло к ней не просто так. Потом внутренне — когда он… Интересно, а когда? Когда увидел, как она плачет? Когда коснулся её руки? Когда впервые посмотрел в её ярко-голубые глаза?  Что ждёт его и Энни дальше? Знать бы. Армин думал только о том, что он теперь не хочет её отпускать, не хочет потерять. Что, приблизившись, ему хочется стать тем, кто убережёт её от всех невзгод этого мира. Но как это сделать? Как вообще люди строят отношения? Рядом не было ни товарища, который бы подсказал что делать, ни родителей с живым примером…  Глаза Арлерта намокли, но тот сглонтнул подступающие слёзы. «Не время для сожалений». Армин аккуратно повесил футболку на спинку стула и обернулся к прикроватной тумбе, взгляд сам упал на наручные часы — 03:20. В голове пролетели кадры того, как в это же время прошлой ночью он изучал её квартиру, отчего на лице растянулась мягкая улыбка. Парень подумал, что сейчас бы очень хотел вернуться туда, наблюдать за тем, как спит Энни, обнять её и уснуть в обнимку. Он закрыл глаза и откинулся обратно на кровать, стараясь воссоздать перед глазами её лицо вблизи. Нежнейшие глаза, красивые ресницы, маленькую еле видимую родинку под левым глазом, которую и можно заметить только тогда, когда целуешь её. Интересно, а для Энни это первый опыт? Может быть она уже испытывала такие эмоции влюблённости, разделяя это с кем-то? Или нет?  Армину было всё равно на это. Наверное, нормально было бы расстраиваться от таких мыслей, но его вообще не волновал этот вопрос, на удивление даже для себя. Он вспоминал их поцелуи, растворяясь в этом ощущении благости на душе. А за этим ощущением совсем незаметно на парня накатил и сон. *** Мы. Это слово раз за разом крутилось в голове Энни, пока она не открыла глаза. Девушка присела на кровати, оглядывая комнату, которую заливали лучи раннего утреннего солнца. К собственному удивлению, Леонхарт обнаружила, что очень крепко спала всю ночь. На ней зелёная футболка, в которой вчера спал Армин. Когда она вернулась домой с их свидания и готовилась ко сну, она поймала себя на мысли, что очень сильно хочет надеть её за парнем. От этого начинали гореть щёки и уши, в животе появлялось какое-то чувство… стыда? Но желание будто бы ещё раз обнять его в итоге перебороло этот сгусток неприятных эмоций.  Сейчас Энни нежно трогала ткань, которая напоминала ей об Армине. Футболка лишь капельку успела пропахнуть его потом, а в остальном обладала ароматами стирального порошка и кондиционера Энни. И всё равно это всё вместе взятое пробуждало в теле бурю приятных ощущений. Ноги покрывались мурашками, в животе затягивались узелки, а лицо покрывалось жаром — «Я влюбилась?» Взгляд девушки скользнул на прикроватную тумбу, где лежал телефон. С непреодолимой силой ей хотелось написать Армину, но она старательно подавляла это желание. Вдруг она ему надоест и будет сильно докучать? Да и о чём переписываться? Девушка поднялась с постели и лениво побрела на кухню, где принялась за готовку завтрака. В голове роились мысли: об Армине, о Хитч, о рисовании, о командировке, о Кире, о Райнере… Райнер. От одного воспоминания о нём по телу Энни пробежал неприятный холод — она чувствовала вину перед парнем. Всё неприятное внимание сконцентрировалось на её нижней губе, по которой она легонько провела пальцем, наощупь изучая, как начал затягиваться шрам.  Не то, чтобы Райнер сам, конечно, не был прав в своём поведении, но девушка понимала, что сильно вспылила на друга. Кожу покрыло едкое чувство стыда, когда Энни осознала, что больше суток игнорировала его. Леонхарт отпила чёрный кофе из кружки, взялась за телефон и открыла переписку с Брауном. Райнер Браун: Энни, прости меня, я совершенно не прав и наговорил лишнего. Дай мне извиниться перед тобой. Сообщение было получено чуть больше суток назад, Энни уже несколько раз читала его, каждый раз думала, что стоит ответить, но не находила в себе сил. Девушка закрыла глаза, и перед ней всплыл образ Армина, который нежно прижигает её губу фукорцином. Затем сознание воссоздано момент, как часом ранее Энни назвала его своим парнем перед Райнером, отчего на лице растянулась улыбка. «Мысли может, всё-таки, материальны?» Энни выдохнула, открыла глаза и начала печатать. 

Энни: Привет, Райнер. Прости за долгий ответ. Может встретимся сегодня на кофе?

Энни: Умоляю, приди трезвым.

Как только девушка отправила последнее сообщение, то сверху экрана появилось новое уведомление. Армин: Доброе утро! Как спалось? Энни резко бросило в жар от смущения.

Энни: Доброе. Крепче обычного. А тебе?

Армин: Честно? Всю ночь вспоминал вчерашний день и не мог уснуть. Энни пару минут назад думала, что она вся горит, но сейчас уровень температуры в теле поднялся ещё сильнее. Приятные волны перекатывались по всему телу, наполняя её жаром изнутри. Армин: Ты очень красивая, Энни. Перед глазами девушки всплывает момент, когда Армин сфотографировал её на ступеньках университета, тогда он так буднично сказал ей о том, что считает её красивой. Сейчас это ощущалось совершенно иначе — очень лично, интимно, сокровенно.

Энни: Спасибо… Мне непривычно такое слышать.

Армин: Значит, будем исправлять! Только Энни потянулась, чтобы отложить телефон в сторону, как смартфон в очередной раз издал звук. Райнер Браун: Привет! О, да, конечно! Скажи где и во сколько, я буду.

Энни: В Paul у кадетки? В 16 сегодня сможешь?

Райнер Браун: Договор. Райнер Браун: Я трезвый и не планирую пить. Леонхарт легонько улыбнулась, узнавая своего Райнера. Кафе Paul было излюбленным местом всех, кто учился в Военном училище Троста, так как было единственным заведением, куда можно было успеть забежать во время коротких перерывов. Кофейня была оазисом нормальности в мире приказов, отчётности и вечных тренировок.  За воспоминаниями о былых годах прошла почти половина дня, и вот, Энни уже направлялась на трамвае к месту их встречи. Армин сегодня был занят делами перед поездкой, они периодически перекидывались сообщениями, тот присылал фотографии разных костюмов, которые мерил, а Энни делилась переживаниями по поводу встречи с Райнером. Арлерт, как показалось девушке, резко отреагировал на новость о том, что Леонхарт планирует сегодня увидеться с Брауном, но в то же время учтиво предложил свою помощь. Энни убедила Армина в том, что всё будет хорошо, и напомнила, что всё же может постоять за себя. Когда колокольчики на входной двери бряцнули, девушка будто бы переместилась на машине времени в свои подростковые годы. Кофейня выглядела, ощущалась и даже пахла точно также, как и 5 лет назад. Энни сделала заказ и ожидала свой фильтр с круассаном у стойки выдачи заказов, как рядом появилась высокая фигура.  Ну, конечно, это был Райнер. Он молча встал справа от девушки, и когда та обернулась на него, робко пожал плечами. Энни читала в его взгляде колоссальный стыд. Стыд таких масштабов, каких ни разу в жизни не видела в его глазах, хотя она Райнера видела в совершенно разных ситуациях. Что-то сорвалось внутри её сердца, когда Браун начал разглядывать её и в удивлении поднял брови, обнаруживая шрам на её губе. Энни шагнула ближе к Райнеру и упёрлась щекой в его грудь, руками обнимая его тело. Когда она коснулась Брауна, то почувствовала, как тот вздрогнул от удивления. — Энни! — Райнер явно был удивлён, Леонхарт понимала почему. Обниматься — это было не в её стиле. Но что она может поделать, если после сближения с Арлертом, что-то внутри неё начало нагреваться и таять, превращая её в более живого человека. Браун неловко приобнял её в ответ, — Ты в порядке? — Да, вполне, — Энни отпрянула от парня, а затем обернулась к стойке выдачи заказов. Там уже стояли её кофе и выпечка. Энни кивком показала на них, — Может присядем? Ребята разместились за столиком у окна. Ещё пару минут после того, как Райнер забрал свой кофе, они молчали, разделяя комфортную тишину. Райнер сделал глубокий вдох. — Энни, прости меня, пожалуйста. Я виноват, что полез в твою личную жизнь и начал критиковать тебя и твои выборы. Я был не прав, — Браун говорил быстро, нервно, будто бы боялся ошибиться в заученной наспех фразе. Леонхарт следила за ним, считывая страх в его теле и голосе. — Да, ты был не прав, — ответила Энни спокойно, но в то же время, ей казалось, что она режет воздух между ними, — Извинения приняты, — девушка отпила кофе и отвернулась от собеседника в сторону окна. Райнер почувствовал холод от подруги, что застало его врасплох. — И по поводу… — Извинения приняты, — Леонхарт обрезала его на полуслове. Она не знала, что хотел дальше сказать Райнер. Что-то про отца или что-то про Берта? Ей было всё равно, так как она пришла сюда говорить про них вдвоём, а не про всё остальное. — Спасибо, — робко ответил Браун после недолгой паузы, — И прости за губу, — на этих словах Райнер поймал взгляд Энни и кивком указал на нижнюю губу девушки, — Я рад, что заживает быстро. Энни подушечками пальцев слегка коснулась губы, но в сознании воссоздался не тот момент их ссоры, а лицо Армина перед их первым поцелуем. По телу снова прокатилась волна приятных эмоций, которую девушка постаралась отбросить в сторону — сейчас точно не время и место для размышлений об этом. «А может я со стороны так глупо выгляжу, когда думаю о нём?» — Ерунда, я же сказала, что извинения приняты. А как твоя голова? Как потом до дома добрался, без приключений? — Да, порядок, — Райнер невольно улыбнулся, когда почувствовал заинтересованность от Энни, — Только у тебя лифт как всегда перестал работать, пришлось пешком идти, это на нетрезвую и побитую голову было неприятно. Энни и Райнер тихонько посмеялись, тот продолжил. — Мне кажется, я даже сбил какого-то твоего соседа, но драк не затеивал… Хотя он удивился сломанному лифту, наверное, не живёт в вашем доме. Райнер отпил кофе, а по телу Энни пробежала тревога — «Может быть он пересёкся с Армином?». Девушка отчаянно хотела это узнать, но понимала, что это может показаться подозрительным в глазах сослуживца. «Спрошу у Армина». По началу разговор потёк медленно и осторожно, больше говорил Браун, рассказывал про работу. Затем ребята вспомнили пару историй из кадетки, что заставило Энни повеселеть. Где-то через полчаса внутри Леонхарт зажглась смелость. — Райнер, ты хороший друг для Бертольда, и это круто. Я просто… Ничего к нему не чувствую, — девушка нервно сглотнула, разглядывая проезжающие машины за окном, — И тот вечер… Не знаю, что он тебе сказал, но я была пьяна. И не раз пожалела о случившемся. — Да, я понимаю… — После недолгой паузы Райнер продолжил, — Я рад, что у тебя появился кто-то, к кому ты… ну, испытываешь чувства. Правда. Голову Энни будто бы ошпарили кипятком — она была готова обсуждать Армина пока только с Хитч, а тут стечением странных обстоятельств, Райнер с ней общается на эту тему. — Надеюсь, тебя это делает счастливой, — Браун улыбнулся и впервые за эту тему осмелился посмотреть девушке в глаза. Они пересеклись взглядами, отчего по телу Энни пробежало невероятной силы смущение, которое та не смогла подавить. На щеках появился румянец, Райнер заметил это и посмеялся, — Да, уж! Никогда не видел тебя такой! — Какой? — Что? — Какой ты меня не видел? — Энни говорила немного напористо, будто бы защищалась, — Со мной что-то не так? — Окрылённой, Энни. Я ещё тогда это заметил. Леонхарт вопросительно подняла бровь, Райнер усмехнулся и продолжил. — Когда я спросил про подсолнухи. Я подумал, может я выпил, поэтому мне кажется, но сейчас я уверен, что это не так. Ты более… человечная? Когда говоришь о нём.  «Что?!» Сердце Энни стало биться в три раза быстрее, а тело покрываться каким-то необычным чувством — стыд вперемешку с трепетом. Девушка не знала, куда ей можно деться от этого, но постаралась взять контроль над нарастающей тревогой в груди. — Надеюсь… И спасибо.  После этого диалога ребята ещё минут 10 общались на отвлечённые темы, а затем пошли на улицу. Райнер проводил до дома Энни, и разошлись они на хорошей и доброй ноте, договорившись, что больше не обсуждают Бертольда в контексте его влюблённости, а Браун сохраняет в секрете новый этап в жизни Леонхарт. Когда Энни занималась обычной домашней рутиной, то прокручивала их встречу в голове, смакуя приятное ощущение близости с другом. Не такой, как с Армином, а именно от чего-то сугубо платонического, где также есть место доверию. В этом девушке виделась какая-то особенная магия — что-то необычное. Интересно, почему люди дружат и строят отношения не для создания семьи? Леонхарт казалось, что она начинает понимать ценность дружбы и товарищества. Не того, которому их учили в кадетском училище, а настоящего. Настолько настоящего, где есть место не просто смолтокам на разные темы, но и смелости извиниться за некрасивый поступок. И есть место порадоваться за друга. Невольно девушка вспомнила Хитч и написала той, что будет завтра ждать её весь день в гости. Подруги договорились на обеденное время, что обрадовало Леонхарт. Она очень сильно хотела, чтобы Дрейс приехала тогда, когда Армин будет на работе. Это поможет ей показать их друг другу… На безопасном расстоянии. Из размышлений её вытянуло новое сообщение. Армин: Извини, что пропал, было много дел. Как встреча с Райнером? Чертовски идеальный Арлерт. Даже до сих пор от каждого его сообщения её сердце уходило в пятки.

Энни: Ой, всё отлично. Кажется, я ему рассказала про то, что я с тобой.

Армин: Кажется?

Энни: Честно, для меня всё это так странно. Я даже не знаю, как об этом говорят. Но он сказал, что рад за меня.

Армин: Вау. Неплохо. Армин: Во вторник после работы идём в парк? В среду с утра у меня уже самолёт.

Энни: Да, конечно!

Она улыбалась, смотря в экран. Улыбалась и думала о том, как же ей невероятно повезло вырвать настоящий джекпот в виде этого мальчишки. «Жаль только, что ему досталась я». _____ все-е-ем привет! да, я обещала закончить историю в апреле, но на тот момент в моих планах было написать ещё две главы и расстаться с этой работой... после долгих размышлений я осознала, что хочу чуть больше её развить, закрыть все начатые арки, поэтому... вот май, и мы здесь! приношу свои извинения за обман и задержку! 🥹😭🙏🏻 наконец, договорившись с самой собой, как я вижу историю Энни и Армина дальше, возвращаюсь в рабочий темп! зарекаться о датах теперь не буду, но скажу, что буду изо всех сил стараться закончить следующие главы в мае!