часть 1.

Офис сквозил душнотой. Ханыль уже давно планировала перевестись на удаленку в другой отдел, однако никак времени не находилось. То коллега заболела, и босс сказал выйти за нее, то документационный завал, с которым справиться, видимо, может только она. Девушка облегченно выдохнула, закрывая последний отчетный файл на компьютере. Выключила монитор, смахнула со стола пару крошек от сэндвича, который ела на перерыве. Руки с аккуратным маникюром потянулись к стаканчику какао, что стоял прямо на краю — в прошлый раз она забыла его выбросить, и уборщица отчитала Иглесиас за ее невнимательность и неряшливость. Хан тогда стояла точно нашкодившая девчонка, которую чехвостят дома. А если учитывать, что это видел ее босс — позор двойного масштаба. Как только она вспоминает, с каким выражением лица мужчина на нее тогда смотрел, становилось жутко. И неловко. Поднявшись из-за рабочего места, девушка осмотрела офис торопливым взглядом серых глаз — все ее коллеги уже разошлись по домам, кроме Момоа. Секретарша скучающе глядела в телефон, сидя на рабочем месте в наушниках. Видимо, давно уже закончила со всеми задачами от господина Зодила. Шефа, кстати, так же в отделе не было. Ушел пораньше. Уличная прохлада встретила Хан с распростертыми объятиями. Она вдохнула полной грудью, слабо улыбаясь. Каждый ее день — рутинная серость, толпы людей, которых она боялась, как огня, и постоянное давление на работе. Куча документов, папок, зачастую приходилось усаживаться на горячую линию и выслушивать на том конце провода разгневанных клиентов. И так уже пару лет, почти без отпусков. Такая работа изрядно выматывала, но Шин Ханыль не смела жаловаться. Только если своей лучшей подруге, с которой все реже и реже получается видеться. У Ту Лили тоже работа не из легких — изматывающие гастроли явно тяжелее переносить, чем дни в душном офисе. Когда Хан уже подходила к дому — хвала небесам, офис был совсем рядом, и это одна из тех причин, что держали девушку на этой работе — телефон разразился уведомлением. Ханыль вытащила мобильник из черной сумочки, глядя на экран. На пухлых губах тут же возникла улыбка. — Ту Лили… — девушка покачала головой, облегченно выдыхая. Разблокировала телефон, открыла чат с подругой. Позади послышались шаги, пришлось отступить в сторону, чтобы не перекрывать путь людям, шедшим позади. — Дорогуша, с концом недели тебя! Еще не придумала, чем займешься на выходных? Шин и думать забыла, что сегодня пятница. От осознания этого глаза ее сначала засияли, а затем вновь потухли. Суббота ведь у нее рабочая… А так хотелось передохнуть парочку дней. Понежиться в кровати, забыть об офисе и о шумных коллегах.

— Я в субботу работаю.

Поэтому пока ничего

не планирую. T^T

— Какой кошмар. На работе завал?

— Беспросветный.

— А я уж думала тебя, бедолажку, пригласить в ресторан…

— С каких пор ты меня

в рестораны приглашать

вздумала?

Ханыль на время отвлеклась от телефона, чтобы наконец зайти в тамбур дома. Уличная свежесть сменилась запахом свежеуложенной плитки, сухих цветов и выпивки. Видимо, школьники с верхних этажей снова выпивали в подъезде… С Ту Лили они были достаточно близки. Женщина была одним из самых важных людей в жизни Шин — и едва ли не единственным человеком в целом, с которым она контактировала. Все пошло еще со школы. Травля, издевки — все, через что проходили многие школьники. Особенно стеснительные и забитые девчонки. Поэтому сейчас, в свои 23 года, Ханыль открыться могла только перед Лили. Да и в этом вопросе тоже были свои проблемы — Лили казалась слишком откровенной, раскрепощенной, и Хан на ее фоне меркла, оставаясь просто забитой животинкой. Шин восхищалась своей подружкой, и Лили неустанно старалась помочь младшенькой с социализацией. Часто это выходило за рамки. Особенно когда дело доходило до знакомств с парнями. Сообщение на телефон пришло только когда Ханыль в прихожей стаскивала с ног туфли, которые знатно извели ее за весь день. В квартире было свежо — не зря оставила окно открытым. — С таких, что ты только дома и на работе бываешь.

— Не вижу в этом ничего плохого.

Мне и дома хорошо. (^ω^’)

Ханыль стянула с плеч черный пиджак, бросая его на тумбочку в прихожей. Мимолетно поглядела на себя в зеркало — под глазами чуть смазалась тушь. Помада на губах полностью стерлась. — Что, совсем ничего не планируешь на выходных?

— Совсем. Только спать.

— Ты как всегда. Теплая вода из-под крана окатила лицо девушки, придавая чутка свежести. Пшеничного цвета волосы растрепались за день, а ведь только утром Хан аккуратно укладывала их в сносную прическу. — Еще не надумала? Шин вопросительно выгнула светлую бровь, глядя в экран. Открыла банку газировки, тут же ее осушая. Свет на ее маленькой кухне усыплял, но девушка и не думала расслабляться — нужно еще поужинать.

— Ты о чем?

— Помнишь, что я говорила?

— Ты много что мне говорила.

Больше конкретики, у меня голова

сейчас вообще не варит…

— Я про свидания, глупая. Ты обещала.＾＾ Ханыль приложила почти все возможные усилия, чтобы не расплыться по столешнице, протяжно взвыв. — Опять за свое… — тихо протянула девушка, смотря на сообщение подруги, что так яро резало глаз в сравнении с другими ее сообщениями. Свидания. От одного этого слова у Шин по коже мурашки бегут толпой. Как только она хоть на секунду начинает представлять, что идет на встречу с каким-то парнем, как держится с кем-то за ручку… Становится тошно. Отношений у нее не было уже долгое время. Лет пять, может, шесть. С тех самых подростковых времен первой любви, которая делает больнее всего. Поэтому Ханыль совсем не могла представить себя в отношениях.

— Давай не будем

снова об этом.

Лили уже который раз заводит тему свиданий, отношений, иногда даже интрижек. И каждый раз у Ханыль один ответ. Ни за что. — Не будь занудой. Тебе полезно будет пообщаться с кем-то.

— Легко тебе говорить.

— Ты даже не пробовала.

— И не буду.

— Хан, милая, пожалуйста. Я уже устала видеть твою одинокую моську. Девушка сжала мобильник в руке чуть крепче. Эта песня стара как мир. Но даже такая замухрышка как Ханыль понимала, что одиночество не может длиться вечно. Просто хотелось чтобы оно продлилось еще чуть-чуть. Открыв йогурт и погрузив в него ложку, Ханыль снова задумалась на эту глупую тему. И чем дольше она думала, тем менее глупой она ей казалась. Ту Лили всегда ей помогала. Вытаскивала из разных периодов ее жизни, была рядом тогда, когда, казалось, Ханыль была совсем одна. И вот этим девушка отплачивает подруге? Отказом на действенный способ помочь самой себе? Вина больно стрельнула в грудь, заставляя ослабить хватку на телефоне.

— Я постараюсь. Но не

могу ничего обещать.

Мобильник со стуком опустился на поверхность столешницы, и Хан с голодной жадностью доедала остатки йогурта из упаковки, пытаясь заглушить шумные мысли в голове едой. Она не могла уснуть уже два часа. На экране телефона, с обоев которого на девушку смотрела ее старенькая мейн-кун Токи, уехавшая к отцу на каникулы, толстым шрифтом было написано «00:10». Шин вздохнула. Слишком много информации было свалено на нее в этот день. И эта тревога о завтрашней рабочей смене, на которой придется пахать как не в себя… Все это скатывалось в один густой комок, встающий поперек горла и не дающий сделать глоток воздуха. Пальцы сами собой, от скуки, от безысходности, напечатали в поисковике «приложение для знакомств». Ханыль листала ленту дрожащими руками, сощурившись от приглушенного света экрана, который в темноте комнаты все равно горел, как гриб ядерного взрыва. Она пропускала почти каждое приложение — самые популярные и используемые были вне ее выбора. Не хотелось особо нигде светиться. Она ведь просто пробует, верно? Просто общение. Просто опыт. Вряд ли дойдет до чего-то серьезного. Взгляд зацепился за серую иконку, так яро выделяющуюся на фоне остальных.

«Анонимное приложение для знакомств.»

Ханыль приблизила экран к лицу — открыла страницу приложения. Судя по картинкам, там все действительно анонимно. Никаких фотографий лица, никаких полных имен. Создаешь аккаунт, вместо имени и фамилии — один инициал. А вместо огромных описаний — пара строчек. Идеальный вариант, чтобы попробовать и не потерять почти ничего. Шин начала установку приложения, и убедившись, что иконка появилась на вкладке, суетливо сунула телефон под подушку. — Чем я вообще занимаюсь… — обреченно протянула девушка, уткнувшись носом в сладко пахнущую наволочку. Завтра вставать рано, а она приложения для знакомств скачивает. Сюр. Почему она вообще тревожится на эту тему? — Обещай, что попробуешь пообщаться хотя бы с кем-то. Не обязательно с парнем.

— Злюка.

— Ханыль, я не шучу.

— Хорошо, обещаю.

Ах да. Точно. Глаза слипались, а вот голова спать совсем не хотела. Мозги кипели, перед глазами безмятежно плавали отрывки текста из отчетов. Вот бы в отпуск… В надежде увидеть, что приложение не скачалось, телефон заблокировался и вообще разрядился, девушка достала мобильник из-под подушки. Ни одна из ее надежд не оправдалась. Ханыль нажала на иконку. Перекинуло в главное меню — оно было простым, интуитивным. Не желая терять время и быстрее разобраться со всей этой заваренной ею самой кашей, Шин принялась за создание маленькой анкеты. Х., 23. Первый этап пройден. В качестве аватарки Ханыль решила поставить… Банально, но фото своей кошки. В галерее больше не было ничего, чем можно было заменить милую мордашку Токи. Описание. Система предлагала несколько тем, которые можно было упомянуть. Хан прочитала каждую, и не знала, какую выбрать. Не хотелось писать слишком много, но с другой стороны, написав мало, с иного ракурса можешь показаться неинтересным собеседником. Но ведь она планирует просто попробовать? Совсем не обязательно кому-то нравиться, особенно в интернете. И все-таки, Шин решила с умом подойти к описанию в своей анкете. Если и браться за что-то, что касается твоей персоны, то делать это нужно старательно. Из нескольких вопросов для описания она выбрала тройку самых, по ее мнению, интересных. Главное, без банальщины и глупостей.

«Ваша любимая песня?»

— He’s my man, Luvcat.

«Животное, с которым вы

себя ассоциируете?»

— Пума.

«В свободное время…»

— Пишу поэмы. Забудьте. Ханыль безнадежно посмотрела на свою анкету. Это был просто стыд. Какая пума? Какие поэмы? Кому это вообще будет интересно? С тихим, ноющим вздохом девушка сохранила свою анкету. Будь что будет — подобные вещи вообще не заслуживают ее тревоги. Или заслуживают. — Может, все не так уж плохо… — Хан отправилась во вкладку с анкетами других пользователей в попытке подбодрить саму себя. А вдруг у кого-то анкета куда плачевней? Может, никто внимания не обратит на ее анкету, и так будет даже лучше. Девушка поставила галочку в пункте «ищу мужчин», после чего сделала глубокий вдох. Первая попавшаяся страничка на главной вкладке.

«Э., 28. Люблю выпивку, стрит-бары. Ищу компанию на время.»

И что может заинтересовать в такой анкете? Ладно, как будто у Ханыль было лучше. Девушка махнула влево, на экране загорелся красный крестик.

«Т., 23. Адвокат. Разбираюсь в психологии. Люблю азиатскую кухню.»

Уже что-то интересное. Хан колебалась. Свайпнуть вправо? А может, не стоит? В сравнении с ее собственной анкетой, это кажется странным и неравноценным. И все-таки ее палец провел влево. Это изначально было глупой затеей. Ханыль чувствовала себя загнанной в угол — сама ведь пообещала, а теперь не может даже попытаться. Рука сама по себе тянется к ящику прикроватной тумбочки — девушка выуживает оттуда одноразку, тут же включая ее и затягиваясь. Ханыль предпочитала не курить слишком часто — очевидно, это обретало необходимость только в самые критичные моменты. Такие, как этот. Густой пар молочной патокой растекся по воздуху, уплывая в потолок. Настроение и без того было дерьмом, а сейчас только хуже стало. Хан вздохнула. Волосы беспорядочно рассыпались по подушке, глаза смотрели в потолок — туда, где растворялся пар. Нет уж, милая. Если и браться за дело, то доводить его до конца. Без позора, желательно. Снова взяла телефон в руку. Анкеты то и дело отправлялись влево — то пустое описание, то слишком большой возраст. То гей, то мимолетные связи. Как назло, все сносные варианты пропали. — Я уже не выдерживаю. — голос Шин приобрел неизвестную ей самой до этого твердость. Хотелось бросить телефон об стенку и больше не вспоминать об этой тупой затее. Надо было свайпать вправо того парня адвоката… Ханыль полистала еще пару вариантов — со временем анкеты, почему-то, начали повторяться. Вот он, шанс наткнуться на первые анкеты, которые теперь казались просто изумрудами.

«З., 26. Чтение, искусствоведение. Интересуют серьезные отношения.»

Почему-то Хан задержалась на этой анкете чуть дольше, чем планировала. Первые два пункта в описании привлекли ее внимание. Последний слегка ошеломил. Если брать во внимание то, сколько людей здесь сидят в поисках интрижек и мимолетных сексуальных связей, этот некто был рыцарем на белом коне. Слишком идеально, чтобы быть правдой. — В чем подвох… Девушка прищурилась, вглядываясь в экран. Аватарка не говорила ни о чем — была пуста. Ладно, есть ведь, с чем работать? Ханыль даже удивилась своей целеустремленности. Могла бы гордиться, если бы это длилось чуть дольше, чем пару минут. Ведь дальше в голову полезли навязчивые сомнения — а стоит ли? Может, удалить это приложение к чертям, сказать Лили, что она пыталась, но все пошло коту под хвост и продолжить жить свою серую жизнь, ни превознеся в нее ничего нового? Что-то в груди щелкнуло. Потом еще раз. Была ни была. Девушка свайпнула вправо. Ее лицо окрасилось в зеленый свет, отсвечивающий от экрана телефона, и Ханыль даже зажмурилась. Она чувствовала себя выжатой, как лимон. А ведь она даже не пообщалась ни с кем. Что будет, когда дело дойдет до общения? А если и до свидания? Хан оборвала себя на этой мысли. Нет, это уже явно ни в какие рамки. Не стоит думать наперед и давать себе ложные надежды, иначе потом горечь разочарования будет слишком гадкой. Время на экране уже перешло за час ночи. Вдох. Выдох. Осталось дождаться мэтча. Хотя Иглесиас склонялась к тому, что незнакомец без аватарки просто пропустит ее скучную, сырую и банальную анкету мимо. Тем более, Ханыль и про отношения толком ничего не писала. — Дура, — выругавшись себе под нос, девушка повернулась набок, сунув телефон под подушку. Зажмурилась, насильно заставляя себя уснуть. Скоро на работу. В субботу. Рано утром. Как знала, что все эти приложения для знакомств и прочие штучки до добра не доведут. Нужно перестать думать об этом — так будет лучше. Завтра она проснется, и даже не вспомнит, что вообще затеяла эту глупую идею.

У вас мэтч.