18. Мы ни мертвы, ни живы, мы – в пути

Женщина на корабле – к беде. Женщина за бортом – к катастрофе. В этих морях русалки не были редкостью. Они частенько топили одинокие корабли, соблазняя дивным пением в сторону прибрежных скал, чтобы потом тихо обглодать тела на глубине. Позже Рей много раз проклял себя за беспечность. Как самый опытный, как капитан, он должен был предвидеть, предупредить. Он их чуть не погубил. Туманным утром за штурвалом находился Кога. Отчаянно борясь с зевотой, он крепче сжал рукоятку, когда до его ушей долетели сладостные звуки. Они ядом просочились в сознание, в самый мозг, разнеслись с кровью и направили руки. Корабль отклонился от курса. Первым, что увидел Рей, поднявшись на палубу, был затуманенный взгляд Коги. И Адонис, собравшийся прыгнуть в воду. – Но мы все живы. Благодаря вам, капитан. – мягко произнёс Каору. После инцидента он рискнул войти в каюту Рея, вовремя обнаружив того в состоянии самобичевания. – Хотя девушка была..... признаю, соблазнительна. – Если кому-то не хватает женского внимания, то стоит навестить девочек в доме удовольствий. Они будут счастливы. – усмехнулся Рей. Отчего-то он не стал выгонять нарушившего субординацию члена экипажа. Странно было позволять кому-то видеть себя таким – не всезнающим уверенным капитаном, а просто... Реем. Но это не могло спасти того от фирменных поддёвок Сакумы. Щёки Каору предательски заалели. Он стушевался, и, что-то бормоча под нос, отошёл к двери. Но на пороге обернулся, и уверенно закончил: – Вы прекрасный капитан, правда. Рискнув отправиться с вами, я и не думал, что мне так повезёт. Рей молча уставился на закрывшуюся с тихим щелчком дверь.