Глава 267

— Почему в твоих глазах всё ещё теплится жизнь?! — прорычал Катакури, с размаху впечатав израненного Луффи в стену тяжелым ударом ноги из моти. Вязкая масса тут же отделилась от его тела, намертво пригвоздив пирата к каменной кладке. Конфетный генерал уже предвкушал, как этот настырный мальчишка испустит последний вздох, но вдруг липкая ловушка яростно задергалась. Луффи рванул вперед, обрушив на преграду шквал ударов. В ход пошел Гатлинг, и плотная масса разлетелась в клочья. Тяжело дыша, парень вновь вырос перед своим противником. — Уму непостижимо, — сухо бросил Катакури, одним ударом кулака отшвырнув Мугивару на добрый десяток метров. Чаша его терпения переполнилась, уступив место глухой, клокочущей ярости. А ведь совсем недавно казалось, что бой окончен. Оставив поверженного врага, он уединился в святилище, чтобы спокойно насладиться пончиками и восстановить силы. Кто же знал, что этот идиот буквально прожрет себе путь на свободу сквозь гору липкого риса, а затем вломится внутрь, разнеся стены в щепки! И хотя Катакури почти мгновенно спрятал свой разорванный рот, сомнений не оставалось: этот паршивец успел разглядеть его истинное лицо. Едва Луффи попытался подняться после очередного броска, как на него градом обрушились тяжелые кулаки из моти, покрытые Волей Вооружения. Парень вскинул почерневшие от Хаки руки, пытаясь заблокировать град ударов, но его защита явно уступала в плотности. Выдержав лишь пару мгновений этого чудовищного напора, он снова отлетел назад, словно тряпичная кукла. Во взгляде генерала читалось абсолютное презрение. — Какое жалкое зрелище. Ты уже втоптан в грязь, так зачем продолжаешь цепляться за землю? Лежи и не рыпайся. Луффи тоже был на пределе. Злость кипела в венах, ведь как бы он ни старался, противник всегда оказывался на шаг впереди. Катакури не просто играючи уклонялся от любых выпадов — он с пугающей точностью впечатывал свои кулаки и ботинки прямо в лицо капитана. — Язык проглотил? — усмехнулся мужчина, плавно перехватывая свой трезубец. — И это всё, на что способен капитан? Какое разочарование. Матушка, должно быть, уже нагнала Учиху Итачи. При мысли об этом человеке брови Катакури сурово сошлись на переносице. То, что произошло на чаепитии, до сих пор не укладывалось в голове. Ладно еще заставить его самого барахтаться в реалистичной иллюзии, но этот выскочка умудрился пустить кровь самой Биг Мам! От этих мыслей внутри неприятно заскребло. Да, его мать была абсолютным монстром во плоти, но способности этого шиноби оказались слишком уж непредсказуемыми. Если он сумеет втянуть её в затяжной бой, последствия могут быть самыми катастрофическими. Пока генерал витал в мыслях, тишину разорвал яростный рев. Луффи, чье лицо превратилось в сплошное кровавое месиво, вдруг замер и закрыл глаза. Для Катакури это выглядело как наглая, ничем не прикрытая насмешка. — Нарываешься?! — рыкнул он, мгновенно срываясь с места. Тяжелый кулак со свистом рассек воздух, но Луффи, даже не поднимая век, плавно качнулся в сторону, пропуская удар в миллиметре от себя. Катакури опешил. Не успел он отдернуть руку, как парень скользнул вдоль нее, стремительно сокращая дистанцию. В ответ генерал молниеносно выбросил ногу — скорость была такой, что обычный человек даже не заметил бы движения. Но Мугивара просто подпрыгнул, играючи избежав подсечки, и тут же занес кулак для ответного удара. Зрачки мужчины сузились. Резко вывернувшись, он ударил второй рукой, напитав моти Волей Вооружения, и всё-таки отбросил наглеца прочь. Но несмотря на успешное попадание, в глазах Катакури застыл шок. До него наконец дошло: эта чертова мартышка начала улавливать проблески будущего. Точно так же, как и он сам! Тем временем на борту Таузенд Санни царила настоящая паника. Чоппер трясущимися копытцами приподнял руку Итачи. Процесс одревеснения, начавшийся с конечностей, стремительно расползался по телу, уже добравшись до локтей и коленей. Олененок поспешно задрал край рубашки шиноби и в ужасе ахнул: прямо в области сердца кожа тоже начала покрываться жесткой древесной корой! — Чоппер, что с показателями?! — Педро нервно ткнул пальцем в медицинский монитор. Хаотично скачущие графики на экране начали стремительно падать, стремясь к нулевой отметке. — А-а-а! Быть того не может! — взвизгнул врач, окончательно впадая в ступор. Буквально пару минут назад он влил в рот Итачи мощное успокоительное для стабилизации мозговой активности. Препарат пришлось смешивать в жуткой спешке, без каких-либо тестов — ситуация не оставляла выбора. И поначалу казалось, что лекарство сработало: появились слабые признаки улучшения. Но стоило Чопперу позвать пациента по имени в надежде привести его в чувства, как руки парня начали стремительно превращаться в дерево. "Неужели я ошибся с дозировкой? Или при его нынешнем состоянии эти компоненты стали ядом?!" — в панике метались мысли в голове олененка. — "Что же я наделал..." Он судорожно схватил со стола пустой флакон из-под лекарства, пытаясь перепроверить состав, но в этот момент палуба содрогнулась от чудовищного удара. Чоппер не удержался на ногах, и склянка со звоном разлетелась вдребезги. — Да что б тебя! — только и успел пискнуть врач, прежде чем его с силой впечатало в переборку. Если бы Педро и Морковка вовремя не подхватили Итачи, тот непременно скатился бы с кушетки прямо на усыпанный осколками пол. — Какого дьявола там происходит?! — рявкнул Джимбей, пулей вылетая из лазарета на палубу. Открывшаяся картина заставила его остолбенеть: верхом на Зевсе прямо к кораблю неслась разъяренная Биг Мам. — Быть того не может... Ты же только что рухнула в океан! — вырвалось у рыбочеловека. Но секунду спустя он заметил маячащую позади Йонко фигуру Перосперо. — Вот мы и снова встретились, Джимбей, перо-перо, — мерзко хихикнул старший сын Шарлотты, облизывая свой леденцовый посох. Прямо под его ногами бурлила огромная волна, целиком состоящая из карамели. "Подводные улитки ведь выведены из строя... Как они умудрились так быстро нас нагнать?!" — лихорадочно соображал рулевой, но времени на раздумья не осталось. Биг Мам уже занесла над головой Наполеона. — Джимбей... Ты ведь посмел окатить меня водой, не так ли? — прогрохотал жуткий голос старухи. Рыбочеловек вскинул голову и увидел, как ослепительная вспышка Икоку, подобно разящей молнии, обрушилась прямо на корабль. Джимбей мгновенно покрыл руки Волей Вооружения, пытаясь принять удар на себя, но сдержать обезумевшую Йонко было выше его сил. Мощнейший взрыв разворотил палубу в щепки, швырнув рулевого глубоко в трюм. И если бы он не смягчил эту атаку, Таузенд Санни была бы просто разрублена пополам. Нами и Брук в ужасе выскочили наружу. При виде нависшей над ними громадины у обоих отвисли челюсти. — Мы же только что оторвались от них, использовав Удар Ветра! Как они... — пролепетал скелет. Но тут Нами обратила внимание на одну странность. Лицо Биг Мам, чьи волосы сейчас полыхали диким пламенем, выглядело неестественно осунувшимся. Её необъятная туша на глазах теряла в весе, стремительно усыхая и превращаясь в долговязую, жуткую старуху. — Итачи... И мой свадебный торт... Где они?! Отвечайте!!! — взревела Императрица, вновь занося свой гигантский меч. — Чоппер, глаз не спускай с Итачи! — крикнула Нами и вместе с Бруком со всех ног рванула к носу корабля. — Я... Я постараюсь! — дрожащим голосом отозвался олененок. Сейчас он не мог гарантировать ровным счетом ничего. Медицина была бессильна перед тем, что происходило с телом шиноби. Но, глядя на то, как плоть неумолимо обращается в дерево, Чоппер вдруг зацепился за одну мысль. Трансформация! "Погодите-ка... Итачи ведь буквально превращается в растение?" — осенило его. — "А что, если... Рамбл Болл?" Поймав себя на этой безумной идее, врач замотал головой так сильно, словно пытался вытряхнуть из ушей воду. Бред! Какой еще Рамбл Болл?! Этот препарат создавался исключительно для контроля волн трансформации Зоана. К Итачи это не имеет ни малейшего отношения! Да и даже если бы имело, ставить подобные эксперименты на умирающем пациенте — чистой воды самоубийство. — Что же делать... Думай, Чоппер, думай! — бормотал он, до крови закусив губу. Идей не было от слова совсем. — Неужели... Неужели это конец? — на глаза навернулись слезы. Но не успел он впасть в отчаяние, как тело Итачи вдруг начало источать мягкое, пульсирующее белое свечение. — Что за... — Чоппер замер, не веря своим глазам. Прямо на его глазах грубая древесная кора начала стремительно рассыпаться, уступая место здоровой человеческой коже! Безумный хохот, эхом разносившийся вокруг, оборвался так же внезапно, как и начался. Итачи, до этого момента стремительно летевший в бесконечную бездну, резко остановился. Чья-то рука, сухая и морщинистая, словно кусок гниющего дерева, мертвой хваткой вцепилась в него. — Ты искал меня? — раздался хриплый старческий голос. В ту же секунду ослепительный луч света прорезал кромешную тьму, осветив фигуру Учихи. Его тело начало медленно растворяться в этой всепоглощающей пустоте. — Это ты! — одновременно вырвалось у Итачи и таинственного незнакомца. Обладатель иссохшей руки медленно выступил из мрака бездны. Старик абсолютно не обращал внимания на истеричные вопли, доносящиеся откуда-то издалека. Его лицо, испещренное глубокими морщинами, напоминало грубую древесную кору — в точности такое же, каким Итачи запомнил его при их первой встрече. — Кодзуки... Сэндо? — прищурился Итачи, разглядывая сгорбленного старика, похожего на трухлявый пень. — Итачи-сан, вот мы и встретились вновь, — Кодзуки Сэндо говорил с той же раздражающей, почти болезненной покорностью. Его поведение было настолько подобострастным, что казалось, будто этот человек виноват перед всем миром. Старик без остановки отвешивал низкие поклоны. — Прошу простить меня, Итачи-сан. Я лишь хотел доверить вам свою волю после смерти, но никак не ожидал, что все обернется подобным образом, — забормотал он. — К счастью, я предвидел такой исход. Исключительно благодаря вашей невероятной духовной силе, мы смогли встретиться здесь. — Духовной силе? — переспросил Итачи. Только сейчас он осознал, что безумный хохот, преследовавший его секунду назад, почти стих. Звук становился все более приглушенным, словно растворяясь в пространстве. — Именно так, — кивнул Сэндо, дрожащий, словно пламя свечи на ветру. — Сам по себе цветок зарождения мира практически безвреден для обычных людей. Он лишь погружает их в бесконечный, глубокий сон. Но для семени божественного древа его эффект фатален. Стоит им слиться воедино, и процесс возвращения к истокам божественного древа станет необратимым. — Цветок зарождения мира? — Итачи мысленно зацепился за очередной незнакомый термин. — Верно. Ваша воля настолько сильна, что вы смогли пробить иллюзию сна, созданную этим цветком. Но вот процессу слияния вы, как нынешний носитель духа древесного царства, противостоять не в силах. Морщинистое лицо старика обвисло еще сильнее, всем своим видом выражая глубочайшее раскаяние. — Может, для начала объяснишь, что вообще происходит? — холодно произнес Итачи, делая шаг вперед и отрезая старику любые пути к отступлению. Но Сэндо лишь затряс головой, погружаясь в бессвязное бормотание: — Времени нет... Совсем не осталось времени... Тысяча извинений... Я понятия не имею, сколько еще этих цветов у него осталось. Тот защитный барьер, что я оставил в вашем теле, Итачи-сан, одноразовый. Вторую атаку он не выдержит. Я клянусь, я даже представить не мог, что цветок зарождения мира окажется в его руках! Старик схватился за голову. — Хотя... чему тут удивляться? Ника — это венец творения. Он обладает собственной волей и способен скрываться от ищеек Мирового Правительства. Но цветок зарождения мира — это совсем иное, нежели дух древесного царства. Как же я мог упустить это из виду... Итачи попытался прервать этот словесный поток, но старик его попросту не слышал, продолжая маниакально шептать себе под нос. — Впрочем, то, что цветок поразил именно вас — не так уж и плохо. Тот человек явно не просчитал все переменные. Да, их слияние ведет к возрождению божественного древа, но... если процесс прервется на полпути, последствия будут абсолютно непредсказуемыми. Хе-хе... признаться, я и сам до этого не додумался, — старик нервно усмехнулся. — Простите меня... Если бы я только знал, что все так обернется, я бы... — Кодзуки Сэндо, — ледяной тон Итачи заставил бы вздрогнуть кого угодно. Его глаза сузились. — А? Итачи-сан? — старик наконец-то вынырнул из своих мыслей и поднял взгляд. — Вы хотели о чем-то спросить? — Я повторяю в последний раз. Что здесь, черт возьми, происходит? — Ну... понимаете... — Если я не получу четких ответов прямо сейчас, то, очнувшись, я найду способ вырвать из себя этот дух древесного царства, — Итачи жестко ткнул пальцем себе в грудь. — Да, эта сила дала мне многое. Но я не собираюсь быть слепым носителем чужих секретов и мириться с тем, чего не понимаю. — Не понимаете? — Сэндо вдруг перестал дрожать. На его лице появилась странная, почти издевательская полуулыбка. Его глаза, черные и блестящие, словно обсидиан, бесстрашно встретились с кроваво-красным Мангекьё Шаринганом Учихи. — Итачи-сан, я всего лишь проекция, жалкий фантом, — старик тихо рассмеялся. — Ваши иллюзии на меня не действуют. Но в следующее мгновение ухмылка сползла с его лица. — Стой! Не смей! — в панике завопил он, протягивая руки, чтобы остановить парня. Но было поздно. Пальцы Итачи уже сложили вторую печать. Изанаги! Тем временем в реальном мире Чоппер с ужасом наблюдал, как лежащий без сознания Итачи медленно поднял руки, сплетая их в неизвестный жест. — Я уже слышу голоса своих накама. Значит, пробуждение близко, — холодно констатировал Итачи в подсознании. — Раз уж тот, кто доверил мне свою волю, отказывается говорить прямо, я выбью правду сам. Третья печать была завершена. Изанаги активировалось! — У меня есть ровно минута, прежде чем я вернусь в реальность, — произнес Учиха, пока его правый глаз стремительно терял свой свет, погружаясь в слепую серость. — Итачи-сан, безумец, что же вы творите?! — Сэндо застыл в неподдельном ужасе. — Твое время пошло, Кодзуки Сэндо. Ровно шестьдесят секунд. — Итачи-сан, послушайте... — Отсчет начался. — Я... — Впрочем, мне уже плевать на твои оправдания. Ты выполнил свою функцию — защитил меня от этого цветка зарождения мира. А теперь проваливай, — на губах Итачи заиграла едва заметная, жестокая усмешка. — Итачи-сан! — Прощай. Силуэт Учихи начал стремительно растворяться в пространстве. В самую последнюю секунду, когда Итачи почти исчез, старик сорвался на отчаянный крик, вкладывая в него все оставшиеся силы: — Плутон!!! Найди Плутон!!! Мое настоящее тело на Эльбафе! Я нахожусь на Эльбафе! Это наше древнее поле боя! Именно там проросло семя божественного древа! Дух древесного царства — это лишь первый ключ, открывающий Плутон! Как только найдешь его, получишь истинный ключ! И уже с ним, на Эльбафе, ты сможешь открыть врата к правде! И тогда... Старик осекся на полуслове, его глаза расширились от шока. — Итачи-сан... ты...!!! — Отлично, — теперь Итачи улыбался по-настоящему, без капли притворства. Растворяющийся силуэт вновь обрел плотность. — Но... как такое возможно?! — прохрипел Сэндо, пятясь назад. — Это же... иллюзия!!! Если вы хотите ознакомиться с другими моими работами, то можете перейти на мой Boosty: eximend или же по ссылке boosty.to/eximend