История начинается..

Я бежал. Легкие горели, а звезда кажется горела совсем без сил на моём ГрэдПаке. Этот... Выворотень. Он не просто преследовал, он охотился, выворачивая стены коридоров наизнанку своими длинными, неестественными конечностями. Один из коридоров в «техническом секторе» оказался тупиком. Сзади — хриплое дыхание, скрип суставов. Я забился в угол, понимая, что это конец. Прототип, должно быть, очень доволен. Вдруг, прямо перед тварью, из вентиляционной шахты с грохотом вывалилась фигура. Джиблет. Смешной, несуразный, похожий на попытку создать кого-то вроде Кисси Мисси из мусора, но сейчас... сейчас он выглядел иначе. В его глазах-пуговицах горела отчаянная решимость. — Н-не трогай! — пронзительно крикнул он, взмахнув своим электрошокером. Выворотень замер, издав звук, похожий на рвущийся картон. Он не ожидал сопротивления. Джиблет, рискуя всем, бросился на монстра, оттесняя его от меня. Его движения были рваными, но точными. Он ударил ещё раз,но по сочленению на "руке" монстра, заставив того взвыть и отступить во тьму. Джиблет обернулся ко мне. Его проводка искрила, он тяжело дышал. — Ты... Ты же Игрок, да? Тот самый..Мясник?..Поппи говорила... Пойдем. Они все там. Они помогут. Он протянул мне руку. Я посмотрел на него, понимая, что в этой дыре даже самое сломанное существо может оказаться настоящим другом. Я взял его руку. Мы пошли дальше, вглубь фабрики, где нас ждали новые кошмары, но теперь я знал — я не один. Мы двинулись по узкому техническому лазу. Джиблет шел впереди, постоянно оглядываясь и прижимая к груди свою верную железку. Его шаги были тихими — он знал это место гораздо лучше меня. — Тише, — прошептал он, когда мы вышли на мостик над огромным прессом. — Выворотень не любит свет, но он очень хорошо слышит страх. И скрип ботинок. Я старался ступать след в след. Внизу, в темноте, что-то глухо возилось. Казалось, сама фабрика дышит, пытаясь переварить нас. — Почему ты помог мне? — спросил я шепотом, пока мы ждали, когда проедет автоматическая грузовая платформа. … … Джиблет замер. В неверном свете аварийных ламп его лицо казалось почти человеческим. — Потому что ты — единственный, кто не хочет нас съесть или сделать частью Его, — он кивнул куда-то вверх, явно намекая на Прототипа. — Поппи верит в тебя. А я верю Поппи. Она сказала, ты можешь всё исправить. Починить нас. Не деталями... а по-настоящему. Внезапно сверху посыпалась штукатурка. Длинная, костлявая лапа Выворотня скрежетнула по перилам прямо у меня за спиной. — Беги к лифту! — взвизгнул Джиблет, толкая меня в сторону кабины. — Я задержу его, я маленький, я пролезу! Я прыгнул в лифт, лихорадочно нажимая на кнопку закрытия дверей. Джиблет остался снаружи, размахивая своей арматурой перед мордой чудовища, которое уже вылезало из-под потолка. Я бежал без оглядки, так будто увидел что-то чудовищное. Ноги тряслись, тело дрожало так сильно, что я чуть ли не падал на ровном шагу. Я, не заметив странную рацию, споткнулся прямо об неё и, ударившись об пол, больно ударил голову. «Поразбросают тут всякого дерьма, и ходи только под ноги гляди, лишь бы не споткнуться в какую-нибудь яму или что ещё похуже!» … … Я медленно поднялся на ноги и смотрел с неким недовольством на рацию, которая начала светиться, как будто это было моё единственное спасение. «О, чёрт бы тебя побрал! Ладно, может, я перегнул палку». Я медленными, но тихими шагами, сквозь полумрак и шорох, подошёл к рации, которая лежала на бетонном, испачканном полу. Я наклонился и начал разглядывать рацию, как какой-то артефакт. Но это ведь просто невозможно! Почему эта штука светилась так, будто сейчас взорвётся? Или же это я — глупец, который уже с ума сошёл?