Фадиме Кочари

Письменный стол Фадиме Кочари напоминал свалку. На нем благополучно были разбросаны разные листы бумаги, маленькие стикеры для заметок, канцелярские принадлежности, планшет и ноутбук. Рядом с последним стояла фотография с родителями и братом на фоне прекрасных Трабзонских гор. Ноутбук был открыт, и на нем, на полном экране красовалась фотография роскошной брюнетки. Ее зеленые глаза были наполнены теплом и озорством, длинные каштановые локоны спадали вниз по плечам, острые скулы были подчеркнуты профессиональным макияжем, пухлые губы, казалось, были мечтой любого мужчины. Она была стройной и высокой, можно было даже сказать, роковой женщиной. Фадиме смотрела на нее, не отрываясь, уже несколько минут, пытаясь отбросить мысли о том, что эта девушка гораздо красивее ее самой. Она считала себя маленькой, простой, ее лицо, как ей казалось, напоминало лицо ребенка, а не целеустремленной, успешной женщины. По всем фронтам она проигрывала ей. Джейлин Топал. Конечно же, она видела с ней фильмы, знала, что она была очень успешной актрисой, но тогда ее не интересовало, с кем она встречается. С кем она помолвлена. Чтобы добить себя окончательно, Кочари открыла их совместные фотографии. Пресса тут и там ловила Топал вместе с Исо, и оба они выглядели очень счастливыми и влюбленными. Фадиме никак не могла понять, неужели этой девушке было мало? Почему она так поступила? Наконец, взгляд брюнетки наткнулся на статью, в которой было сказано, что Джейлин уехала за границу, и новостей о ней давно не поступает. Пресса кишела сообщениями с теориями заговора, куда она исчезла, но последний год ее уже даже никто и не вспоминал. Мобильный телефон Фадиме, погребенный под кипой бумаг, зазвенел, и девушка судорожно начала искать его, пока не обнаружила в ящике тумбочки. Элени Мирьяно. Кочари вздохнула, но все-таки взяла трубку. - Фадиме, доброе утро. Как ты? - Привет, Элени. Я кое-что узнала, и, честно говоря, ты была права… - Исо рассказал тебе сам? Я слышала, как он сегодня говорил с Оручем, очень радовался, что открылся кому-то, что ему стало легче. Кочари почувствовала, как теплая волна разливается по ее телу. Он доверился ей, тем самым сломав ее представления о нем, как о человеке и мужчине. После практически бессонной ночи она все еще не знала, что со всем этим делать, но невидимые стены, которые она выстроила между собой и этим несносным блондином, рушились прямо на глазах. - Я знаю, что Джейлин Топал изменила ему с его отцом, забеременела и родила ребенка, а затем покончила с собой. Скажи мне, пожалуйста, как это вообще возможно? Почему она так поступила? - Фадиме, я тоже знаю не так много, не могу ничего тебе ответить. - Но ты бываешь в особняке Фуртуна, это правда, что они растят этого ребенка, как приемного? - Да. - Никогда не понимала этих богатеев. Мирьяно вздохнула на том конце провода и промолчала. Фадиме снова посмотрела на фотографию Джейлин. Она была красива настолько, что это резало глаза. - Они были очень счастливы, да? - Фадиме, ты что, ревнуешь? Голос Элени приободрился, разозлив Кочари. - Вот еще! Ты же знаешь, что этот блондин мне интересен чисто как объект для исследования. - Ты врешь сама себе, но продолжай, так недолго и влюбиться. Противная Мирьяно отключилась, не дав Фадиме сказать ей все, что она о ней думает. Брюнетка закрыла, наконец, ноутбук, слишком рьяно. Ей было тяжело видеть идеальное лицо Джейлин, но признаваться себе в этом она ни за что не собиралась. Внезапно Кочари услышала какой-то шорох за открытой дверью в ее кабинет. Она повернулась и увидела перед собой Эюпхана. У него в руках было два стаканчика с кофе. Назойливый ухажер вплыл в помещение и театральным жестом поставил ароматный напиток перед Фадиме. - Спасибо, Эюп, это то, что мне очень нужно сейчас. - На здоровье, моя королева, приятного аппетита. Девушку передернуло от его ласкового обращения к ней, но она выдавила из себя улыбку и отпила из стаканчика. Весь оставшийся день она была занята текущей работой, статьями, трудилась над большим проектом с выставкой, и ей удалось отвлечься от того, что происходило в ее жизни вне редакции. Ровно в 7 часов Фадиме Кочари вошла в лифт, чтобы спуститься на парковку, когда прямо за ней следом залетел жизнерадостный Эюпхан. От его потасканной футболки пахло чем-то неприятным, и брюнетка невольно отодвинулась от него на шаг. - Ты не могла бы подвезти меня сегодня, Фадиме? У меня машина в ремонте, а нам все равно по пути. Все внутри Кочари кричало, что им совсем не по пути, но разве она могла отказать коллеге. Тем более, справедливости ради, он часто выручал ее, когда она просила. - Да, конечно, скажешь мне адрес. Они вышли из лифта, покинули здание редакции и отправились к ее машине. Июльская жара не отпускала даже вечером, и Фадиме сняла с себя свой изумрудный пиджак, который грел ее в офисе под кондиционером. Оставшись в одном топике и коротких джинсовых шортах, она обнаружила, что ей стало неуютно. И она поняла почему! Эюпхан откровенно пялился на нее, окидывая скабрезным взглядом с головы до ног. Кочари затошнило. - Фадиме! Она никогда ни с кем не спутала бы его голос. К ним приближался Исо Фуртуна, и в его взгляде сверкали молнии. Не было сомнений, что он тоже заметил взгляд Эюпа. Кочари оказалась между двумя мужчинами и решила просто понаблюдать, что произойдет дальше. - В чем дело, дорогой, почему так смотришь на девушку? Фадиме приоткрыла рот в удивлении, отмечая, что Исо не собирается церемониться и говорит все, что думает, в лоб. - Тебе какое дело? Ты кто такой вообще? Эюпхан вплотную приблизился к нему, показывая пальцем на Фуртуна. Блондин усмехнулся, потер подбородок и облизал губы. - Тот, кто забирает Фадиме домой, и предупреждает о том, что девушка занята. Возмущенное и разгневанное лицо Эюпхана порядком позабавило Кочари. Она медленно надела пиджак, подошла к коллеге и сказала ему: - Фуртунчик прав, сегодняшний вечер был обещан ему. - Фадиме, ты… - Эюпхан, закажи себе такси, я уезжаю с Исо. Кочари оставила озлобленного парня на парковке и пошла следом за Фуртуна к его машине. Он, как всегда, открыл перед ней дверь, и именно в этот момент Фадиме оценила его внешний вид. На нем был небесно-голубой костюм, пиджак от которого лежал на заднем сидении. Белая, идеально выглаженная рубашка, пахла одеколоном, когда он наклонился, чтобы пригласить ее в салон машины. Кочари пристегнула ремень и улыбнулась своим мыслям. Напротив автомобиля Исо все еще стоял Эюпхан с перекошенным лицом, которое ей совершенно не понравилось. Внезапно он развернулся и пошел прочь по направлению к зданию редакции. Фадиме не придала этому значения, но все же внутри что-то похожее на интуицию подсказало, что он так просто не сдастся. - К тебе или ко мне? - Ха-ха, юморист, поехали. Фуртуна улыбнулся и отъехал с парковки, включая по традиции музыку со своего телефона. Нежная лирическая баллада заполнила собой салон машины, и Фадиме словила себя на мысли, что в его компании ей комфортно и спокойно. Она чувствовала себя защищенной, и это пугало ее до чертиков. Девушка так и не определилась, что она будет делать дальше с их игрой, она собиралась доехать до дома и обсудить все с самим Исо. Глупо было скрывать, что он ей очень нравился физически, но его прошлое все еще вызывало в ней опасения. К тому же, она совершенно запуталась в своих размышлениях о его семье. Наконец, они приехали к дому, поднялись на второй этаж, и, к удивлению самой Фадиме, она попросила Исо зайти к ней в квартиру. Кочари совершенно не планировала этого, для нее дом всегда был чем-то сакральным, и она впускала в него только людей, которым полностью доверяла. Брюнетка включила свет и показала Фуртуна на свой диван. Исо, проходя внутрь, задержался у ее стеллажа с наградами и присвистнул. - Так ты очень хороший журналист, да? - А ты думал, что я пишу глупости в колонку с гороскопами? Исо рассмеялся, разглядывая ее дипломы и грамоты. Наконец, он присел на диван и посмотрел на нее внимательно, когда она опустилась рядом. Фадиме собиралась с мыслями, думая о том, чтобы рассказать Фуртуна всю правду о Гекхане, а также о том, что его братец на пару с Элени специально поселили ее в квартире по соседству с ним. Чтобы набраться храбрости, Кочари встала и пошла на кухню приготовить им чай. - Я буду через секунду, подожди, пожалуйста. - Если что, я люблю крепко заваренный черный чай. В его глазах плясали смешинки, и то, как он расслабленно устроился на ее диване, поправляя свою блондинистую челку, заставило Фадиме улыбнуться. Она уже понимала, что не сможет устоять и даст ему шанс на то, чтобы узнать друг друга получше. Первым делом для этого Кочари собиралась исключить любое подобие секретов между ними и рассказать все, о чем Исо пока еще не знал. Брюнетка заварила чай, разлила его в армуды и поставила на поднос. Развернувшись, она почти налетела на Фуртуна. Он смотрел на нее с таким презрением и ненавистью, что ее руки задрожали, и она уронила поднос на пол. Чай разлился прямо рядом с ними, задев ее босые ноги, Фадиме вскрикнула от боли, но Исо даже не пошевелился. - Я доверил тебе то, что не доверял никому. Я рассказал тебе все, что составляло самую большую боль моей жизни. А ты сделала еще хуже, чем Джейлин – ты меня просто уничтожила. Зрачки Кочари расширились от удивления, она попыталась открыть рот, но Исо выставил вперед руку в жесте, которым он дал понять, что не хочет ничего слышать. Блондин молча протянул ей свой телефон, на котором Фадиме увидела статью с сайта ее газеты. Но ней большими буквами значилось «Грязь семьи Фуртуна», автор – Фадиме Кочари. Брюнетка пробежала взглядом текст, в нем была краткая информация о семье Исо, затем, в достаточно жестокой манере, рассказывалось о том, что произошло между ним и Джейлин, о ребенке от Мехмета Фуртуна, а в конце добавлялось, что актриса никуда не уезжала, а покончила с собой. И все это время одна из самых богатых и уважаемых семей Турции скрывала эти постыдные факты. - Исо! Стой! Блондин исчез из ее квартиры в мгновение ока, и она бросилась за ним, босыми ногами ступая по полу, цепляя осколки от стаканов, оставляя за собой кровавые следы. Фадиме ничего не видела перед собой из-за слез, и только едва уловила его перекошенное ненавистью лицо, прежде чем он с громким звуком закрыл за собой дверь своей квартиры. - Исо, пожалуйста, открой! Ты должен выслушать меня! Исо! Она колотила по его двери обессиленными руками, но он так и не открыл. Она знала, что не откроет, но продолжала стоять еще несколько минут, прежде чем повержено вернулась в свою квартиру. Фадиме прошла в ванную, подставила свои ноги под теплую струю воды из лейки, смывая кровь и один за одним вытаскивая из пальцев осколки. Где-то в гостиной на журнальном столике от звонков разрывался ее телефон, но она словно ничего не слышала, либо не хотела слышать.