Глава 6, бонус Бунта Ив Классик.

             - Доброго вам вечера, - на автопилоте издал продавец хриплым голосом, едва тренькнул датчик на входе. Оторвавшись от датапада, увидел влетевшего в магазин мальчишку и грозно замахал руками: – А ну кыш!       - Доброго вам вечера, - на том же хаттезе чисто произнёс малец и чуть довернул кисть на рукояти руля, чтобы репульсорная тарахтелка подняла лицо человека до уровня хоботка тойдарианца. – Я по делу, уважаемый Уотто, - твёрдо глядя в оранжевые глаза на синем лице с лёгкой небритостью. Мама ещё на Лианне и тут четырежды предлагала ему очки, даже подарила на день рождения, но Энакин ни в какую не хотел прятать свою гордость и силу, пусть даже это отличительная черта, по которой его можно вычислить, если Дартам вдруг приспичит разыскивать.       - Я уже закрываюсь, - поправив тарельчатого вида шляпу, буркнул владелец магазина, заваленного старыми дроидами, старой бытовой техникой, запчастями к старой технике. – Что за дело и от кого? – косо глянув на датапад, куда один из сканеров вывел сведенья о наличии рабского чипа и владельца.       - Личное. Я, Энакин, и мама Шми отличные ремонтники, надо сменить работодателя с Гардуллы Хатта на тебя, Уотто.       - Э? Кхы-хы-хы! Ухы-хы-хы! – летающее существо заржало, тряся большим пузом. – Кыш отсюда, юморист, подаю только подзатыльники, - насмешливо и выразительно смерив взглядом летательный аппарат пацанчика.       - Так и быть, можешь диагностировать противоугонные «Кишки Наружу» - это название моего хайпового гравицикла, - сажая его прямо на пол, слезая и жестом указывая на надпись, где каждая буква принадлежала когда-то табличке на продукции от известных галактических брендов.       - Уж что противоугонный так несомненно – кому такая рухлядь сдалась? – весело скаля клыки, чуть желтоватые, но ухоженные.       - Вот именно, Уотто, это противоугонный дизайн, иначе бы прихлебатели хатта уже прихватизировали мою игрушку, - надувшись, заявил малец, продолжая стоять с серьёзным видом рядом со спидером, у которого отсутствовал корпус, а трубки и провода торчали пучками, некоторые оборванные и искрящиеся.       - М-м-м? – прищурившись и даже встав на ноги рядом с чудом летающей кучей запчастей. - Ла-а-адно, шкет, заинтриговал ты меня. Тащи «Кишки Наружу», хех, за мной, подключим к тестовому стенду, - смилостивился торговец, улыбаясь «Кишкам Наружу» как полной противоположности байков, которые всем подавай. И шепеляво свистнул, зовя двух дроидов, тонких и ростом чуть выше Энакина, башки как большие миски с визором-носом.       Следующие несколько минут после подключения спидера его мотор то ревел, то завывал строгими последовательностями, отчего слух коробило аккомпанирование из треска и бряцанья, в обычном режиме придававшего движку «последнее издыхание». Тесты завершились успешно, даже слишком, судя по широко раскрывшимся глазам Уотто, постучавшего по экрану, словно это поможет удалить сбой в измерениях.       - Впечатляющая игрушка, Энакин. Серьёзный хайп, кхы-хы. Но увы, понимаешь, рабы не могут сменить работодателя, мальчик, на то они и рабы, - наставительно подняв когтистый палец.       - Ага, посему я добрался заранее и наглядно, Уотто. Мы с мамой точно наведём у тебя блеск и порядок, которые задушат всех твоих конкурентов. Упустишь случай с Бунто Ив Классик, и потом разоришься из-за наползания хатта на твой рынок.       - М-м-м, откуда дровишки, шкет? Хочешь провести честного торговца, м? – налетая сверху и давя взглядом мелкого смельчака.       - Мы с мамой уже почти всё починили у Гардулла Хатта, - гордо подбочениваясь. – Не ровен час, кто-то напоёт хатту в уши денежную идею отжать барахольный бизнес.       - Хочешь Мозги Наружу? – вовсе даже без смеха процедил торговец, резко сменив тон и выражение морды лица.       - Хочу двухэтажный дом, хочу свой влагоуловитель, хочу рабочий склад-мастерскую без бздения и экскрементов гаморрианцев, хочу выходные дни еженедельно, хочу свободный доступ в Голонет, - последовательно загибая пальчики и мужественно выдерживая психологическое давление. – И я очень-очень хочу, Уотто, вот этим кулаком зафингалить в кое-чей глаз так, чтобы Мозги Наружу, - и сердито потряс своим детским кулачком. Долбанная хатт-гермафродит с женской личностью придралась к слишком цветущему внешнему виду рабыни и зарядила Шми оплеуху, дескать, чертовка на себя тратит воду вместо толковой работы.       - Хм… - барражировавший мужчина поскрёб подбородок, понимая недовольство мальчишки. Гардулла – жестокий хатт. Попытку шантажа зачёл – на нём сработало! Он следил за важными шишками в Мос-Эспа и слышал о делах в мастерской Гардуллы Хатта. – Я подумаю.       - Спасибо, наш новый работодатель Уотто, - учтиво поклонившись для лести. - До встречи, - и по незаметным трубкам легко запрыгнул в сиденье «Кишки Наружу», умудрившись не задеть ни один оголённый провод.       - Пф! Ну и детки у людей пошли… - ворча во след.       Энакин давно приметил этого старьёвщика, но план родился спонтанно. В прошлом году он ещё не ведал, что тотализатор и сабакк вершат судьбы в этом захолустье. Даже хатты под их влиянием, не говоря про их окружение, начавшее возбуждаться за недели до Бунта Ив Классик, где поды на корабельных реактивных двигателях разгоняются до умопомрачительных скоростей! А сейчас словно тумблер щёлкнул – задачка об уходе от Гардуллы решилась после одной оплеухи хатта-садиста.       - Мама, я вернулся, - после стука входя в комнату с гравициклом, тащимым за поводок аки верховое животное, которыми на Татуине пользовались даже в большей мере, чем репульсорным транспортом.       - Сынок, ты ничего такого не сделал, ведь правда? – взволновалась Шми с перебинтованной головой и руками, подранными при падении.       - Я напросился к другому работодателю, мама. Вот лекарства, - выуживая пакет из закамуфлированного багажника «Кишки Наружу», оставленному в углу у входной двери.       - Ох, Эни, менять шило на мыло… Ты же… - она даже всхлипнула, думая о худшем - деткой проституции.       - Я единственный мужчина в семье, мама. И поэтому мы скоро переедем в наш дом, - сам доставая стерильные бинты и дорогущие салфетки с пропиткой бактой, которая сама по себе чудодейственна и легко объяснит заживление за ночь.       - Ох, сыночек! - женщина соскочила с лежанки и встала на колени перед сыном, чтобы обнять хоть как-нибудь, что с перевязкой очень неудобно.       - Мама, ты чего? Не надо плакать, я купил обезболивающее, бактовые салфетки… - поддаваясь обниманию и утешающе погладив.       - Эни, Эни, ты точно не продался, да? Скажи мне честно… - сильно переживая, ибо других вариантов представить себе не смогла.       - Ох, мамочка, ну ты даёшь! У каждого настоящего мужчины есть бластер, ты сама мне говорила. Если кто-то посмеет на меня купиться, я ему всё-всё отстрелю и даже больше, - горячо заверяя женщину, расплакавшуюся на ровном месте.       Шми засмеялась сквозь слёзы, а потом до неё дошло про оружие у ребёнка, и тревожное волнение переключилось на другую животрепещущую тему. Энакин стоически терпел и неуклонно продвигался в процессе аккуратного снятия сомнительных повязок для замены на качественный товар. С горем пополам перевязка завершилась, а один из компактных бластеров под женскую и детскую руки был извлечён из бардачка под строгие материнские очи.       Едва мама уснула, сын применил ирьёниндзюцу, которым активно занимался при выведении майноков и отрабатывал на вомп-крысах. Утром уже ничего не болело, но Шми отлично симулировала, чтобы весь день бездельничать, гуляя с сыном по Мос-Эспа. Хотя бы один этот день они выгадали, посвятив самим себе (кое-кто применил, не впервой, гендзюцу на надсмотрщике, чтобы тоже не работать). В городе они часто гуляли, но обычно менее часа сразу после ужина, пока оба Тату ещё виднелись на горизонте, выкрашивая всё в оранжево-красное.       В дневную жару города Татуина жили в тенях и кондиционируемых помещениях. Лишь самые стойкие или самые бедные бродили по своим делам, топча уличный песок, на котором жарились плюхи ездовых ящеров или тягловых бант. Цвет стен едва ли отличался от песка, из которого их лепили, а потому хорошо выделялись уличные лавки, где члены фермерских семейств продавали свои фрукты, ягоды, бобы, орешки, клубни. Скуднейший ассортимент в сравнении с продуктовыми супермаркетами Лианны или громадными универсамами Аканиса. Скайуокеры уже привыкли к нему, но скучали по былому разнообразию, когда домашний дроид каждый день готовила блюда из других или с добавлением других продуктов, которые люди ещё не пробовали, но могли себе позволить пробовать из-да схожести ценников. Найти больше можно на рынке, но там платят налог за безопасность, потому цены повыше, зато встречались импортные продукты питания, раза в три-четыре дороже, но кто-то ведь их покупал!       Одна из Звёздных Болей Энакина Скайуокера регулярно ныла, подобно зубовной. Потребность скрываться – вот чем шиноби тяготился всерьёз.       Через соседский холодильник на Лианне и через внутреннюю сеть резиденции Гардуллы Хатта ледоруб узнал о структуре власти в Республике и конкретно об Ордене Джедаев, вроде как хранивших мир и сам строй коррумпированных бюрократов. Отличительной особенностью джедаев являлся… лишь световой меч. Ничего подобного ниндзюцу! Либо сами джедаи скрывали свои истинные возможности, либо они подобны тем Дартам, специализировавшимся на Ян, но не применявшим стихийных ниндзюцу, в особенности дотондзюцу для возведения домов из камня или кирпича. Разумеется, Энакин намеревался до вселения применить теневых клонов, чтобы те укрепили выбранный дом, отдельный, а не в гармошке подобных где-то в рабском квартале, а также создали просторный подземный этаж с погребом, простенько замаскировав и состарив, чтобы утопить концы в истории, а ему с матерью своя гаражная мастерская.       Нагато – сын шиноби, выросший шиноби. Привычка скрываться есть, только жаль загнувшихся в мучениях надежд прекратить скрываться в новой жизни.       Выгаданный день Энакин потратил с пользой. И сам погулял с мамой, и своё теневое Рикудо «проветрил». Двое теней их прикрывали, двое прислушивались к шепоткам за спиной, двое под Хенге покатились на лендспидере – это как аэрокар, только не выше десятка метров над поверхностью. Маршруты гигантских горнорудных машин, которые кланы джава приспособили под свои мобильные дома, Энакин уже вычислил, но эпизодический бизнес с ними ещё ждал наладки до регулярного.       Дроиды и бластеры всё ещё оставались слишком сложными для теневого клонирования, зато такие простые вещи, как баллон для сжиженного газа и канистры получались идеально. Энакин в Сеннин Модо применял способность Банбуцу Созо, материализуя такие простые вещи по теневому шаблону. Затем заполнял ёмкости тибанной, разными видами технических масел и топлива, а также чистейшей водой. Все эти расходные материалы отлично подходили для бартера с джава. Для радиодеталей Энакин оставался безграмотным, а прибегать к помощи Силы после расчёта по кредиту счёл опрометчивым – все нужды покрывались текущими методами.       С миру по нитке, так сказать, теневые клоны к ночи приобрели, а следующая их смена собрала старую модель влагоуловителя для размещения на подземном уровне будущего дома, чтобы дать соседям объяснение водной независимости Скайуокеров и водящиеся у них карманные деньжата. Энакин позже лично осматривал громоздкий и высокий аппарат, чтобы модернизировать его, улучшая КПД за счёт опыта работы с татуинским перекати-поле. Время и желание наличествовали.       С того дня неделя пролетела в нетерпеливом ожидании. Скайуокеры без сожалений и немедля покинули бы резиденцию Гардуллы Хатта и мастерскую со всеми её живыми работниками и дроидами, старыми да вредными по отношению к мешкам с мясом. Лишь шиноби втихаря всё излазил, в том числе собирая компромат и за солидные деньги сливая его прислужнику Джаббы Хатта, а рабыня даже десяти процентов этого большого сооружения не знала, дисциплинированно шагая между крылом для рабов и предписанной мастерской.       - Мама, мы сюда больше не вернёмся, - тихо сказал Энакин, когда они зашли в выделенную им комнату после короткой утренней смены в мастерской и ультразвукового душа. Даже рабов отпускали на гонки!       - Энакин, пора рассказать, что ты затеял, - заявила Шми, состроив самую строгую физиономию.       - Ну мама, если я тебе расскажу всё, ты уже сейчас начнёшь волноваться, а так только по факту, - мальчишка тоже встал, прекратив сборы.       - Я уже дико волнуюсь, Энакин! – тихо воскликнула Шми, умея говорить так, чтобы соседи не разобрали речь.       - Вот именно, мама. Я тебя люблю и поэтому оберегаю от треволнений.       - Сейчас ты их распаляешь, сын.       - Ладно, мама, но потом не говори, что тебя не предупреждали, - укоризненно заметил Энакин и сел на свою лежанку. – Садись.       - Я не такая кисейная, как ты думаешь, Энакин, - поджав губы и стараясь сдерживать страх.       - Я раздобыл жемчужину крайт-дракона…       - Ах!.. – выпучив глаза и резко прикрыв лот ладонью.       - Ну вот, предупреждал же! – и обвинительно тыкнул пальцем в пошатывание.       Шми прерывисто вздохнула и всё-таки послушалась, сев рядышком и прижав к себе мальчонку.       - Т-ты убил крайт-дракона?.. – надтреснутым голосом выдавила Шми.       - К сожалению, я нашёл её в песке у обглоданных костей, - честно отвечая.       - Фу-ух… - целуя в выгоревшую рыжую макушку.       - Благодаря ей я договорился, что после гонок на подах будут гонки на гравициклах.       - На «Кишках Наружу»?! Ты чем думаешь?!       - Ну вот, предупреждал же! – вновь восклицая с болью в голосе и закатывая глаза к потолку.       - Мама должна всё знать, сынок, - нашлась женщина, ласково огладив.       - И верить в меня, раз нет отца, - буркнул Энакин, намеренно укалывая папой.       - Ох… ты ещё совсем маленький, Эни.       - А больше некому о нас позаботиться, мама…       Немного посидев в обнимку, они всё-таки начали сборы своих немногочисленных пожитков, которые дозволялись рабам: одежда с обувкой, средства личной гигиены.       - А гравицикл прошёл тестирование, так-то.       - Ты всё равно сбежишь гонять, да? – удручённо спросила Шми.       - Ага!       - Удачи тебе… - а что ещё ей оставалось? Она ж не слепоглухонемая, чтобы не знать, что её сын втихаря как-то пользуется своими способностями Силы, добывая им качественную одежду, воду вдосталь, фрукты, лекарства.       - Спасибо, - порывисто обнимая и быстро отстранясь.       За сим они покинули комнату, уйдя без оглядки и оставив всё в идеале супротив того срача, в который вселились.       Трибуны Арены Мос-Эспа выстроили на загибе каньона. Башня с куполом – административный центр с вип-ложами для хаттов и кабиной спортивного комментатора. Грибовидные столбы с обзорными площадками. Платные летающие дроиды с навесом от двух солнц или огромными голоэкранами. Лоточники. Трибуны вмещали порядка пятидесяти тысяч зрителей – четверть от всего некоренного населения Татуина! Большая часть зрителей, конечно, с соседних планет. Гонки на подах являлись видом смертельного спорта, запрещённым в Республике. Однако здесь правили хатты, а потому посмотреть и поучаствовать прилетали с округи и даже из других секторов, отчего в космодром превращалась прилегавшая к городу пустынная долина Кселрик Дро. Народищу пруд пруди!       Конечно же, рабов отпустили почти впритык, а потому им доставались худшие места – стоячие в толпе на самом верху трибун. Кое-кто заранее озаботился билетиками и смело воспользовался браслетом с электродами в качестве имитации электрошока, чтобы вырубить какого-то бита и дуроса, которым исподволь добавил лёгкое гендзюцу для придания ускорения без драки с применением огнестрельного оружия. Ещё два гендзюцу применил теневой клон под Хенге мандалорца, чтобы сюрприз для всей арены получился неотменяемым.       Когда поды начали выплывать из ангара, двухголовый комментатор взял слово, сперва на хаттезе, потом из другой головы на бейсике.       - Сегодня здесь собрались зрители из многих планетарных систем периферийной области. Участники соревнований гонок на подах уже направляются на стартовую площадку. Спешу сообщить всем – сегодня вас ждёт бонус! После состязаний на подах состоится свободный старт на гравициклах! Всего один круг за суперпри-и-из – жемчужину крайт-дракона! Вот она, в моей руке! Оценена в тысячу пеггатов. Жемчужина крайт-дракона достанется победителю в свободном старте одного круга гонок на гравициклах! Тотализатор к вашим услугам!       Трибуны с этой сногсшибательной новости пришли в неистовство. Внезапность объявления и свобода старта означали отсутствие спортивных моделей гравициклов и возможность победить простому обывателю с личным транспортом, даже рабам дозволялось участвовать. Тысяча пеггатов – это подержанный звездолёт класса лёгкий транспортник, весьма солидный куш! Обычному рабу хватит на выкуп.       Всучив матери тот самый компактный бластер, Энакин улизнул с трибуны, пристроившись в кильватер за каким-то суллустанцем со складчатыми щеками и чипом раба в шее. Теневой клон находился в рубке с комментатором, имевшим доступ ко множеству камер, потому лично присутствовать и следить за ходом гонки не имело смысла.       Созданные ещё в душе три теневых клона, удерживая маскировочное ниндзюцу Мейсагакуре, применяли способность риннегана для облета трассы. Опасность составляли и валуны, и узкие каньоны, и низкая пещера с выступами, и резкие повороты, и развлекающиеся отстрелом тускенские рейдеры. Лёжку отряда бандитов удалось высмотреть заранее. Теневой клон подкрался, дождался изготовки к стрельбе и выдул изо рта поток тибанна, имитируя повреждение картриджей бластерных ружей. Первый же выстрел из огнестрела подорвал плоскую верхушку одной из скал у крутого поворота над красивейшим скальным образованием с блёклыми полосами горных пород. Вспышка и грохот напугали какого-то тогрута, вильнувшего и оттого потерявшего управление над подом, врезавшимся в скальную стену. Отброшенный взрывом двигатель ненарочно сбил гоночную машину ласата, успевшего катапультироваться.       В пещерном туннеле ещё один под взорвался и прихватил с собой двух преследователей. Из тридцати стартовавших участников уже пятеро выбыли и только один из них выжил, а ещё только первый круг!       Стареющий даг по имени Себульба был самым маленьким среди участников гонки, но гонял на поде с самыми монструозными двигателями. Сплошная череда его побед грозилась достигнуть шести, но один из теневых клонов заподозрил его вину во взрыве внутри пещерного туннеля. На втором круге при вылете из каньона Штопор почти у самого финиша пробегала вомп-крыса, подвергнутая подчиняющему гендзюцу от додзюцу Риннеган. Более чем правдоподобно, учитывая следящих дроидов, подающих изображение в рубку комментатора Бунта Ив Классик, животное испугалось и помчалось в панике, да так, что очень неудачно подпрыгнуло, попав в левый двигатель пода Себульбы. Произошла авария: лёгкая гондола отцепилась и на репульсорах «поскакала» как блинчик по воде, а два двигателя разлетелись и эпично взорвались, принося устроителям гонки огромный доход из-за провалившихся ставок на победу Себульбы.       Накал азарта и страстей скачком подросли – кто же победит на этот раз?! Некоторые проигравшие деньги или споры поспешили сделать ещё ставку – на соревнование с гравициклами. Тотализатор предлагал свой обычный набор: на имя, на расу, на модель транспортного средства, на время гонки, на количество выбывших, на число погибших и прочие позиции.       Представитель трёхглазой нечеловеческой расы гран Махоник на зелёном поде от Galactic Power Engineering модели GPE-3130 доказал, что опытный гонщик. Держась третьим после Себульбы, он воспользовался шансом и занял лидирующую позицию, обогнав яйцеголового тунга Бена Куадинароса на третьем круге после ущелья Джаг-Крэг. Махоник выиграл эту гонку, приведя своих фанатов в неистовство – их ставки сыграли и принесли им солидный куш!       С учётом среднего времени прохождения круга в пять минут двадцать секунд, непосредственно сама гонка длилась примерно шестнадцать минут.       Гардулла Хатт не была причастна к бонусной гонке от слова совсем, а мандалорцев обычно нанимал Джабба Хатт. Тем не менее именно Гардулла Хатт тридцать лет назад потратилась на новую трассу и сумела возродить престиж гонок Бунта Ив Классик, чтобы составить конкуренцию подобным гонкам на Муунлисте и Маластаре. Гравициклы не поды, но скорости сопоставимы – свыше четырёхсот и свыше восьмисот километров в час. Гражданские модели спидеров обычно лимитировались двумястами-тремястами километрами в час, но кто ж на Татуине летает на машинках с конвейера?       В общем, желающих хлебнуть адреналина и погонять на гравицикле оказалось три сотни семнадцать! Гардулла Хатт лично встречала всех участников у выхода на стартовую площадку, укрепляя свою власть, пожиная лавры за чужой счёт и прикидывая выгоды при установлении этого вида гонок на ежегодную основу.       Энакин краем зрения видел, как его рабовладелец-гермафродит прищурился при его появлении. Малец утянул свой гравицикл мимо, лишь кратко мазнув взглядом по хатту и постаравшись выглядеть так, словно ничего не знал о пари Гардуллы и Уотто, где ставками являлись два раба с сокращением налоговых сборов наполовину и треть доли в бизнесе.       Самый младший участник гонок успел занять очередь и выбежал в числе первых, но всё равно оказался во втором ряду участников заезда. Гул с трибун оглушал, отражённое от огибаемой скалы эхо тоже давило, а ещё шум моторов и гомон самих участников, которых наймиты Гардуллы Хатта с матом и тумаками выстраивали в ровные ряды, красиво смотрящиеся с трибун, поделенных на квадраты и прямоугольники по тысяче зрителей. Энакин обливался потом всё время ожидания – за официальным неимением кожаных изделий натянул на себя все три местные одёжки для хоть какой-то видимой защиты от ветра с пылью. На голове простой шлем с обычными очками, надеваемыми многими при езде в открытом салоне.       - Тик! Тик! Тик! – отсчитывал сигналы динамик       Гонг! Остававшаяся внизу Гардулла Хатт ударила в крупный и звонкий щит, блестевший поющей бронзой в лучах полуденных светил. Тут же семафор с красного переключился на зелёный.       Гонщики рванули!       Старлайт Флэтс – короткие семьсот с лишним метров до прорубленного в плато Уолдо каньона, специально извилистого, чтобы создать трудности для гонщиков. Три с половиной километра между отвесных стен, где лишь три гравицикла могут спокойно мчаться бок о бок.       Энакин вполне смог стартануть с места в карьер. Видя все глазами одного из теневого Рикудо, он сразу же показал фигуру высшего пилотажа, инициировав репульсорный прыжок с переворотом через голову, чтобы перелететь соседа справа и юркнуть в промежуток, свободный из-за байкера, замешкавшегося по вине соседа. Под днищем повернулись две пластины в роли коротких крыльев-стабилизаторов, прибавлявших «Кишкам Наружу» ширины и защиты от любителей лягаться. Энакин влетел в каньон девятым по счёту.       После въезда поворот направо – проделал по левой стенке и удержал позицию. Плавный поворот направо и потом резко налево – вновь по стенке, но теперь удалось опередить чернокожего ордеронианца. Огибание мыска и далее поворот под чуть заострённым углом, чтобы вылететь на параллельный отрезок и под скруглённым прямым углом повернуть налево. Зеркальца заднего вида помогали вилять так, чтобы не дать себя обогнать более прытким машинам. Летевший первым юный забрак продолжал отрываться на своём FC-20, похожим на лунный серп, компактным и чудо как манёвренным.       Из каньона они вылетели в долину Мушрум Меса с кремниевыми валунами-грибами. Тут имелся некоторый простор лавирования, которым Энакин воспользовался для обгона дуроса на вытянутом гравицикле. С обрыва в кратер Эбе малец спланировал, по воздуху обгоняя котообразного зайгеррианца, не рискнувшего соваться вперёд на пороге Выемки – узкого прохода в естественный речной Каньон Нищего, где лишь два гравицикла смогут лететь рядом.       Додзюцу позволяли сохранять скорость в триста-четыреста километров в час. Ещё один подскок на стену и перескок на другую после крутого поворота помогли сдвинуться на пятую позицию.       А дальше пустынная и плоская равнина! Управляя машиной Путём Асуры, шиноби вливал чакру для разгона по прямой до полутысячи километров в час, но всё равно его сместили обратно сразу на две позиции! Зато дальше маршрут пролегал через широкий Арч-каньон со множеством скалистых стен, вынуждавших облетать или вписываться в арки. Тут многие сбавили скорость, а Энакин сохранил, при помощи додзюцу более чем успевая маневрировать.       Естественный каньон Кнут в профиле напоминал пузатую колбу. «Кишки Наружу» влетел сюда вновь пятым. Сохраняя набранную скорость, Энакин промчался по более-менее ровному ущелью Джаг-Крэг и влетел в пещеры Лагуна, где всё-таки воспользовался невольным помощником в морде крайт-дракона, обитавшего здесь и внезапно вылезшего перед граном, напугав его так, что тот завилял и вынужденно сбросил скорость, тем самым уступая четвёртое место.       По вылету из пещер находился живописный поворот по Дюнному каньону. Именно тут тускенские рейдеры хотели устроить охоту на гонщиков, но подорвались.       Промчавшись по широкому каньону с песочным дном, Энакин догнал и обогнал викуэя на стреловидном гравицикле, слишком длинном для юрких манёвров между близко валявшимися гигантскими каменюками Бинди-Бенд. Широкое горло стен Дюнного каньона сузилось до предпоследнего участка дистанции, состоящего из петли Кольцо, Желоба Джета и Штопора, позволившего Энакину обогнать джаббовского мандалорца.       На просматривающейся с трибун равнине Хатт-флэтс шиноби пришлось включить форсаж с применением на себе и крыльях высвобожденной стихии Ветра, чтобы догнать лидера. Пользуясь парусностью одежд и лёгкостью тельца, Энакин позволил бардачку открыться, а порыву ветра сорвать крышку, вынудившую преследователя вильнуть и просесть в скорости. Мальчишка встал ножками в багажник и приподнялся над движком, перегревшимся настолько, что задымило сиденье. Шиноби не ожидал столь серьёзного противника, как краснокожий забрак с чёрными татуировками по всему телу и горящими оранжевым глазами, в которых пылала чакра, превращавшая обычные глаза в какое-то псевдо-додзюцу.       Визг двигателя оглушал, живот жарило, голову пришлось наклонить шлемом вперёд и ориентироваться только благодаря теневому клону, прикрывавшему маму от всяких недоразумений. Он нёсся кометой, только не ледяной, а раскалённой, скорее астероидом в верхних слоях атмосферы, оставляющим дымный след.       Гравициклы поравнялись.       Пух! Выхлопную трубу сорвало, а двигатель сделал финальный рывок. На последних метрах «Кишки Наружу» вырвался на локоть вперёд и первым пересёк лазерную черту регистратора машины победителя. Энакин извернулся, выглядя неуклюже в прыжке на соседа, зато он оттолкнул свой гравицикл и вцепился в вылупившего зенки и оскалившегося забрака, вынужденного показать Телекинез, чтобы выровняться неваляшкой, а не сверзиться на песок от внезапного груза и взрывной волны от «Кишков Наружу», натурально воплотившего своё название и разлетевшегося на куски, окатившие шрапнелью скалу напротив трибун. Забрак резко затормозил, но маленький человек проворно забрался ему за спину и вцепился всеми конечностями.       - Отъебись, ублюдок! – перекрикивая гвалт вскочивших трибун, бросил юный забрак через плечо, кося одним жёлто-оранжевым глазом в один пурпурный.       - Учись, студент, Дарт Сидиусом станешь, – наугад припугнул Энакин и по реакции понял, что попал в яблочко.       - Заткнись, дебил! – шипя.       - Ясно, папаня прислал тебя подучить меня, а ты развлекаешься, - с выпрыгивающим из груди сердцем укорил мальчишка, которого таки сорвали за шкирку и встряхнули как мешок.       - Только собрать инфу, - сквозь зубы прошипел забрак.       - Вот и отвезёшь результаты моих зачётов – за умного сойдешь и похвалу заслужишь, - отвечая с наглостью и безрассудством импровизации.       - Мол, сам найду, - представился забрак и коротко согласился подучить, после чего таки опустил сорванца на песок, Силой ощущая, что ещё мгновенья промедленья, и его прикончат за нападение на сопливого победителя гонки, и что мальчишка реально могуч в Силе уже при своём ясельном возрасте.       Живо реагируя на слова захлёбывающегося на два голоса комментатора, Энакин тут же запрыгал на месте, вперив кулачки в небо и звонко вопя о своей победе с зашкаливающим драматизмом, за который зрители любят смертельные гонки. Мол же погнал с арены Мос-Эспа, запоздало сообразив, что порученная ему миссия, вообще-то, тайная, а его тут сходу раскрыл какой-то свалившийся на него задохлик!