Глава 11, знакомство.

             Энакин увидел их со стороны равнин. Джедай скорее таился в Силе, чем Скрывал Силу; додзюцу Ринне Шаринган видело в чакре признаки раннего старения тела, оценочно в районе шестидесяти лет, уровень чакры ниже Мола и при этом гораздо более цветастый. Рядом шла девушка лет четырнадцати, в ней уровень чакры на треть превышал тот, какой Энакин наблюдал у Шми до начала уроков у Мола. За ними плёлся ушастый представитель какой-то нечеловеческой расы, у которого тоже имелась чакра выше обывательской, причём она странно пульсировала, провоцируя неуклюжесть из-за того, что индивид игнорировал эти сигналы, например, один предупредил о свежей лепёшке, куда тип таки вляпался. Последним двигался какой-то дроид, замеченный из-за осознанности личности, что виделось додзюцу как индивидуальная особенность в процессоре, делавшая его похожим на кайбер-кристалл.       Колоритная компания шла по змеящейся улице, когда додзюцу Ринне Шаринган заметило колебание чакры по духовной компоненте, что означало какое-то взаимодействие с Инь-Силой, после которого компания свернула к магазину Уотто. Им повезло и не повезло подойти в полуденное пекло, когда покупатели редки.       - Доброго вам дня, - на автопилоте издал продавец хриплым голосом, едва тренькнул датчик на входе. Оторвавшись от датапада, увидел вошедшую в магазин троицу с дроидом-астромехом и вежливо продолжил: - Чего вы хотите? – начиная с хаттезе, более чтимого на Татуине.       Ему ответили на республиканском бейсике, поняв вопрос:       - Нужны запчасти для яхты типа триста двадцать семь «Нубиан», - поставленным голосом вежливо и деловито ответил старший, приятно удивлённый порядком на полках, блеском и красотой некоторых товаров, привлёкших внимание его спутников.       - А, да, Н-нубиан! У нас их много, - покивал торговец, имея ввиду альтернативные варианты, способные подойти сразу или после маленькой доделки. – Энакин, давай сюда! – окликая умельца.       - Список на дисплей моего дроида, пожалуйста.       - М-м-м… - быстро тыкая в свой датапад. – Присмотри за лавкой, мне надо продать кое-что, - бросил Уотто на хаттезе. И продолжил на бейские: - Та-ак, пойдём на склад. Там вы найдёте, всё, кха-ха, - желая заодно втюхать гравицикл с зеркальным напылением ультрахрома, который с недавних пор стал выплавлять цех Джаббы Хатта, по слухам, заплатившего миллион пеггатов за секрет его изготовления из татуинских руд.       - Ничего тут не трогай, - отобрав притягательно гравированный лазером корпус для датапада, сердито выговорил старший человек в адрес земноводного спутника.       В ответ гунган показал длинный язык и деловито прошёл к сверкающим полировкой дроидам.       - А ты ангел, да? – Энакин уже не тосковал по Конан, имевшей в Амегакуре псевдоним Ангел, данный за красоту, доброту и бумажные крылья.       - Кто? – польщённая девушка улыбчиво повернула лицо к мальчику, усевшемуся на прилавок.       - Ангел. О них рассказывали космонавты. Это самые красивые создания во вселенной. Они живут на лунах Иего, но не только, кажется, - добавил Энакин глядя в юное и миловидное лицо девушки, только-только вытянувшейся, но ещё пока полностью не округлившейся по-женски.       - Ты очень забавный, - улыбчиво ответила девушка в свободной синей блузе и серой безрукавке, лишь выглядящих как простая одёжка. – Откуда ты это знаешь?       - Учусь понемногу, слушаю торговцев и пилотов, которые сюда ходят. Я сам пилот, и когда-нибудь я улечу отсюда прочь, - закидывая удочку к той, чья осанка и походка выдавали аристократку, которых Нагато повидал достаточно, пусть в другом мире, но аналогии очевидны. Яхта точно её.       - Уже пилот?       - Ага, половину жизни, - улыбнулся мальчишка, любуясь лицом, обещавшимся вскорости расцвести на загляденье по-взрослому.       - Ты давно здесь? – она без отвращения, скорее с любопытством смотрела в странные глаза с тремя чёрными завитушками на первом из кругов по сплошь пурпурному органу.       - Когда мне было три, нас с мамой подло продали Гардулле Хатту. Она-оно-он нас проиграла в пари с Уотто.       - Так ты раб, - улыбка спала с лица девушки, от которой пахло приятно и тонко, что лишний раз выдавало происхождение. При этом она выразительно глянула на висящего позади пацана яйцевидного дроида с зеркальным покрытием - на её родном Набу хромировать технику дозволено исключительно королевским особам.       - Я человек и моё имя Энакин Скайуокер, - представился мальчуган. – Это мой дроид Крайт-Яйцо, - представляя полностью свою разработку. Бьякугана он с недавних пор оставлял на ферме Ларсов, закрепив за Греммой. - А тебя как зовут, ангел? – и улыбнулся, в том числе из-за ощущаемых им попыток применения Силы со стороны склада.       - Падме. Прости, я тут в первый раз. Для меня всё тут странно.       - Хм! – подал голос земноводный мужчина, скорее ещё юноша.       Через миг произошла вспышка света, всполохи которого окружили органика и повисшего в воздухе дроида-лягушку, замершего в прыжке.       - Его просили ничего не трогать. Хозяин Уотто вернётся и отключит ловушку для воров, - быстро и спокойно произнёс Энакин, починивший и установивший эту систему ещё три с лишним года назад.       - Это не больно? – взволновалась девушка, переживая за едва знакомого спутника.       - Нет, просто паралич. Я на себе испытывал, - пояснил Энакин для пущей убедительности.       - Это ты всё делаешь? – успокоившись, полюбопытствовала Падме, тактично повернув лицо к витрине с филигранью на бытовой технике.       - Это моя мама творит, а я ремонтирую и модифицирую. Красиво, правда? – гордясь.       - Очень… - слегка грустным тоном из-за понимания, что мама тоже раб.       - Джа-джа, ты всё-таки вляпался, - раздражённо бросил джедай, быстро шагая со стороны наземной части склада. – Освободите его, - оглядываясь на неуступчивого и стойкого к Живой Силе тойдарианца.       - Энакин, лови попрыгунчика. Котёл, отключи ловушку, - скомандовал Уотто.       Мальчик спрыгнул и подбежал, а мужчина подошёл. Один из дроидов-охранников отключил лучевой генератор: шиноби ловко ткнул лягушку в нос, отчего дроид сразу же сложился обратно; джедай оценил точность движений соседа, без труда одёрнув Джа-Джа за плечо, предотвращая дальнейший разгром магазина. Перед выходом из магазина он оглянулся на подопечную и мазнул по мальчику оценивающим взглядом.       - Я рада знакомству, Энакин, - на прощанье сказала Падме, приветливо улыбнулась и развернулась, поспешив за мужчинами.       - Я тоже рад знакомству, Падме, - мальчик несколько томно выдохнул, зацепившись взглядом за сложную причёску из тонких косичек в районе затылка.       После того, как несостоявшиеся покупатели скрылись на улице, Уотто проворчал:       - М-м-м, иноземцы. Они думают, что мы ничего не понимаем.       - Мне они понравились. По виду они знатные особы, такие обычно при деньгах.       - Пфе, кредитную туфту пусть сами жуют, а я предпочитаю твёрдое золото пеггатов, - выдавая причину отказа.       - Скоро песчаная буря, Уотто, на сегодня я уже всё сделал, - намекнул Энакин, отказавшись предлагать услуги обменного пункта или информатора касательно других контор, готовых обменять по курсу от сорока трех до сорока пяти кредитов за один пеггат при официальных сорока. И механиком у этих иноземцев он тоже не намерен подрабатывать. Исключительно вербовка и отбытие вместе с ними.       - Ладно, можешь идти, - согласился рабовладелец, лояльный к мальчику, исполнившему обещание о процветании бизнеса Уотто.       - До встречи, - улыбнувшись с достоинством и чисто по-детски сорвавшись на улицу.       Ничуть не таясь, Энакин промчался по улице, жмурясь от перспектив и света обоих Тату в полуденном зените. Его цель – дедок Сиджани, на чьей ферме росли самые жирные ронто и который прямо на улице жарил вкуснейшие стейки из их мяса, накрывал их пластиной твёрдого сыра и клал на корочку свежего хлеба со змейкой пикантного соуса на вкус потребителя. Всего семь вупиупи за взрослую порцию, ещё четыре за печёный пирожок с начинкой из бобов с овощами. Плюс три монетки опустил в автомат ближайшей кантины, где чистоту воды и солоноватый концентрат под газировку в закрытом стакане с трубочкой Энакин признавал приемлемыми. Прижав стакан рукой с пирожком, сделал глоток шипучего напитка и второй раз с хрустом откусил от аппетитного сэндвича. Так дальше и поплёлся прогулочным шагом.       Непутёвый Джа-джа уже через треть часа предоставил отличный шанс вмешаться, продолжая знакомство. Сила благоволила кое-кому, впутав в историю известного дага, пострадавшего от тупых действий простофили. Энакина застал картину маслом: Джа-джа валяется на спине, на нём устроился Себульба, угрожая на хаттезе.       - Берегись, Себульба, это ценный иноземец, - на хаттезе обратился мальчик к гибкому существу с него ростом. – Не хотелось бы, что б тебя зарезали до наших гонок, - жестикулируя почти доеденным сэндвичем.       - На гонках тебе придёт конец, мальчишка. Не будь ты рабом, я бы раздавил тебя на месте.       - Самым дорогим рабом на Татуине, - невесело ухмыльнулся Скайуокер, и сделал экономный глоток остатков газировки, которая у него никогда не выдыхалась.       Тут подошёл так и не представившийся джедай, не успевший заговорить, как к нему обратился мальчишка:       - Вашего друга почти пропесочили. Он полез в драку с очень опасным и знаменитым дагом по имени Себульба, - объясняя, пока человек помогал встать земноводному, хрипло дышащему и лапавшему свою шею там, где его душили.       - Моя не любить драка. Моя такого никогда не надо, - на ломаном бейсике ответил горбившийся Джа-джа.       - И всё же мальчик прав. Ты вечно на что-то нарываешься, - укорил старший, чьи седеющие волосы спускались до лопаток, а пряди с висков переплетались на затылке, мешая ветру растрепать причёску. – Спасибо, юный друг.       - Н-но… моя ничего не сделала… - оправдываясь во след уже идущим дальше.       - Хотите свежих фруктов перекусить? Я вас угощу за ангельский поцелуй в щёчку, - заявил мальчишка, пытаясь оправдать присоединение к этой компании.       - Моя хотеть фрукты, но моя не уметь целоваться ангельски, - посетовал Джа-джа.       Джедай глянул хмуро. Девушка зарделась, через миг заулыбалась и на свой манер оплатила: поцеловала свои пальцы и огладила ими щёчку мальчишки.       - Пожалуйста, - широко и довольно улыбаясь, произнесла Падме, соблюдшая рамки целомудренного приличия.       - Следуйте за мной, у бабы Кайдако самые зрелые, - подмигнув и широко улыбнувшись от довольства находчивостью Падме, Энакин повёл всех за собой, по пути доев свой фастфуд и подбросив пустой стаканчик под лапу приземистого рососпинника с корзинами песчаных слив, а потом подобрав сплющенную тару и сунув в щель между мусором в переполненном бачке.       Сомнительный трюк вызвал у Падме эмоции от осуждения до восхищения – это являлось целью Энакина. Минут через восемь дошли до маленького прилавка, притулившегося к стене ремонтной мастерской башмачника.       - Добрый день, бабушка Кайдако. Мне сегодня лакомое ассорти на один тругут, пожалуйста, - вручая монетку достоинством повыше вупиупи и раскрывая тонкую матерчатую сумку, вынутую из-под подола рубашки, напоминающей кимоно с рисунком корвета «Молотоглав» на спине.       - Добрый день, Эни. Всегда пожалуйста, - заулыбалась седовласая и бронзово-загорелая старушка возрастом слегка за шестьдесят, но видом под восемьдесят.       - Вот, угощайтесь, вам понравится палли, - поочередное вынимая из сумки по паре небольших фруктов и вручая, начиная с девушки.       - Спасибо, - ответили двое.       Джедай предпочёл сунуть в кармашек поясной сумки под балахоном, невольно явив пристёгнутую к ремню рукоять светового меча.       - М-м-м, моя нравится!       - Просто оботри об одежду, Падме, - показывая пример. – Спасибо, бабушка Кайдако, - кладя себе в рот и радуя этим старушку, подкладывавшую ещё палли.       - Ох, как кости ломит. Скоро налетит буря, Эни, беги скорей домой, - тронув за плечо как бабушка внученька.       Энакин улыбчиво кивнул, быстро жуя и глотая сочный фрукт, чтобы чуть отойти от лавки и спросить попутчиков:       - Где вы укроетесь?       - Мы вернёмся на корабль, - ответил джедай.       - А он далеко?       - На самой окраине, - ответила Падме, всё-таки съевшая один плод, сладковатый вкус которого ей пришёлся по нраву.       - Тогда вы не успеете туда добраться. Песчаные бури очень, очень быстры и свирепы. Пошли, я отведу вас к себе.       Два дроида в это время увлечённо пиликали: R2-D2 пытался выцыганить у Крайт-Яйца карту Мос-Эспа, но в итоге сам выдавал кучу информации о том, чем готов оплатить.       По пути Энакин ещё прикупил четыре свежих тушки, на подобную которым зарился Джа-джа. Компания подходила к окраинному кварталу для рабов, когда край песчаной бури уже настиг его, заставляя закрывать глаза и дышать едва-едва.       - Уф. Цу-Цу, - протягивая дроиду сумку, - сваргань трапезу на четверых, пожалуйста.       - Сделаю, Энакин, - из вокодера раздалось приятное сопрано.       - А-а, тут очень уютно, - глянув на плетёные половицы под ногами, изумился Джа-джа, вторым вошедший и глазами на ножках почти касавшийся потолка.       - И красиво, - добавила Падме, с удивлением оказавшаяся в интерьере, приличествующем для набуанца среднего класса.       - Уборная там, руки можно помыть на кухонной раковине, - предупреждая понятливого дроида, готовившегося ополоснуть фрукты для выкладки в вазу.       Но никто пока не стал спешить с этой процедурой, позволяя дроиду продолжить приготовления.       - А где твои родители, Энакин? – поинтересовался джедай.       - На ферме, вот, - пройдя в коридорчик и рукой показывая на стену с фотографиями, в том числе старой и обновлённой фермы с небольшой высоты. – Моя мама Шми сейчас свободный человек, её муж владеет фермой по добыче воды. Это снимок со свадьбы его старшего сына в начале этой недели. Я обычно там ночую и завтракаю, а днём тут кантуюсь, работая у хозяина Уотто.       - Понятно. Спасибо за приют. И позволь представиться – Квай-Гон Джинн, - устраняя оплошность.       - Энакин Скайуокер, а это Ларсы. Мужчинам можно отдохнуть в моей комнате, а Цу-Цу для Падме попозже приготовит спальню моей мамы на втором этаже, - пояснил Энакин, показывая свою опочивальню с кроватью в стенной нише и верстаком на месте ниши с окном.       - Спасибо. Пойду в уборную, - из вежливости предупредил Квай-Гон, желавший совершить приватный звонок на корабль.       - Джа-джа, если сядешь за стол, включи головизор, пожалуйста, - мягко спроваживая любопытного юнца в возрасте чуть постарше Падме.       - Моя посидит в ожидании, - согласился нечеловек.       - Падме, хочешь посмотреть фотоальбом с видами Татуина? – предлагая вариант, чем занять время. Она ему приглянулась.       - Буду признательна, - дипломатично ответила девушка, стесняющаяся вторжения в личную жизнь раба.       Мальчик достал один из толстенных и тяжеленных альбомов, которые принято смотреть вместе, сидя плечом к плечу и вдыхая аромат бумаги, что сближает лучше, нежели пролистывание изображений на экране. Энакин рассказывал Падме об опасной флоре и фауне Татуина, где любой путешественник без бластера рискует стать чьё-то едой. Девушку особенно впечатлила гигантская пасть в песке – сарлакк так заманивал к себе бант и мелкую дичь типа вомп-крыс, а с недавних пор пополнил свой рацион перекати-поле. Зов на ужин застал в разгар крутой истории про вомп-крысу, угодившую в гоночный под.       - Энакин, это изобилие не похоже на жизнь раба, - заметил Квай-Гон, севший во главе стола напротив Падмы, рядом с которым сел мальчик, терпевший соседство земноводного.       - КЯ, выведи рентген на экран. Видите? Каждому рабу вживляется чип со взрывчаткой. При попытке побега или извлечения тебя тут же взорвут – бух! - хлопая по столу рядом с соседом, слишком громко хлебавшим вторую чашку прохладного зелёного чая.       - Как грубо! – отозвался вздрогнувший Джа-Джа.       Земноводное прищурился на тарелку с фруктами, а люди с впечатлением отвернулись от показа сканирующего излучения, просвечивавшего их насквозь в реальном масштабе времени.       - Законы Республики запрещают рабство, - возмущённо сказала Падме, наконец-то поверив.       - Тут действуют законы хаттов, - Энакин скривил рот и косо глянул на соседа справа, взявшего плод своим длинным языком вместо руки. – Каждый вертится, как может.       - Извини, - Джа-джа фальшиво повинился и приступил к более-менее культурному поглощению еды в своей тарелке.       - Завтра начнётся Бунта Ив Классик, гонки на подах и потом на гравициклах. Вы на них прилетели? – хозяин дома сменил тему.       Падме покачала головой и попробовала салатик, чей необычный вкус оказался скорее приятен, чем противен.       - Такие проводят на Маластаре. Высокие скорости смертельно опасны, - заметил Квай-Гон, присматривавшийся к мальчику. Кушать тоже не забывал.       - Хаттский тотализатор принимает ставки на количество погибших. Я участвовал в гонках на гравицилах – это свободные старты. А к этим гонкам я втайне собрал под, но я раб и сам не могу подавать заявку на участие.       - У тебя реакция джедая, если ты на это способен, - произнёс рыцарь-джедай и положил в рот ещё один кусочек палли, пришедшейся ему по вкусу.       - Ты джедай, - констатировал Энакин, оставляя собеседнику простор для продолжения.       - Почему ты так решил? – поинтересовался Квай-Гон, тогда как Падме слегка напряглась.       - Световой меч твой.       Мужчина чему-то своему ухмыльнулся, не поняв посыла и произнеся:       - Может, я убил джедая и взял его меч, - он провоцировал реакцию.       - Тогда бы ангел не взяла вас своим телохранителем, Квай-Гон, - он тоже умел играть в пас.       Девушка смутилась и по-умному предпочла жевать, а не говорить. Дроид ловко поменял опустошённую тарелку Джа-Джа на другую.       - Наши пути пересеклись по воле Силы, сейчас мы путешествуем вместе, - джедай ответил правдиво.       - Вы тайно прибыли сюда разведывать, прежде чем вершить справедливость от имени Республики, да? Будете освобождать рабов? – спрашивая о насущном для себя.       - Нет, к сожалению, - расстроенно ответил джедай, имевший другие инструкции.       - То есть вы не принцесса с рыцарем и его падаваном из героической баллады. Жизнь – Боль, - пессимистично выведя философский вердикт Бытию, мальчик набил себе рот едой, прекрасно видя переглядывания аристократки и джедая, тогда как Джа-Джа поступал правильнее всех – набивал себе брюхо, пока угощали задаром.       - Ну-ну, мой маленький друг, расти оптимистичнее. Мы держим маршрут на Корусант, центральную систему Республики. У нас важная миссия, но мы обязательно сообщим про обстановку на Татуине, - заверил Квай-Гон.       - Серьёзно? Зачем же вы тогда прилетели в это Силой забытое захолустье? Не за запчастями же – на Арканисе всего завались за кредиты.       - У нас аварийная посадка, - подала голос Падме, покушавшая. – Нужен ремонт.       - Я могу починить всё, что угодно, - прощупывая почву, заверил лучший мастер на Татуине, которого вновь превратно поняли:       - Хех, я тебе верю. Но для начала нам нужны запчасти, - сказал джедай.       - А пети-мети наши не имети, - вставил Джа-Джа.       - У этого торговца должны быть какие-то слабости, - Падме с надеждой уставилась на Энакина.       - Уотто азартен. На Татуине вообще почти вся жизнь вертится вокруг гонок, - утрировал мальчик.       - Алчность может сыграть нам на руку… - умный и мудрый джедай подался вперёд, соображая план.       - Мой под самый лучший. Если вы его представите своим и арендуете меня у Уотто, то выигрыш в пять тысяч пеггатов, считайте, у вас в кармане, - предлагая дельный вариант.       - А твоя мама разрешит, Энакин? – Квай-Гон имел совесть и понимание жизни.       - КЯ, звонок маме, пожалуйста, - обращаясь к своему дроиду.       Через четверть минуты над зеркальным яйцом с выпуклыми горошинами линз появилась цветная голограмма экрана с изображением качелей с матерью и двумя девочками, дремлющими в тени навеса под ветерком вентилятора со спрятанным внутри холодильной установки кайбер-кристаллом с Майгито, богатейшей колонии муунов, где ядро планеты остыло, спровоцировав обильное зарождение залежей кайбер-кристаллов, настроенных на охлаждение.       - Здравствуйте… - женщина несколько растерялась, увидев незнакомцев с сыном.       Энакин затараторил:       - Мам, тут потерпел крушение борт принцессы с джедаем и его падаваном. Они забыли взять нормальных денег на карманные расходы. Они пообещали на Корусанте замолвить словечко за рабов Татуина. Можно я выиграю для них гонку на подах?       - Ох, Эни! Я умираю от страха каждый раз, когда ты участвуешь в гонках! – тихо воскликнула женщина, баюкая ляльку.       - Ма-ам, но так им хватит на запчасти, чтобы срочно долететь до Корусанта и кляузами о рабстве на Татуине задолбать Сенат и Орден Джедаев, - включив оптимизм на максимум, апеллировал мальчишка, ставя гостей в неудобное положение.       - Энакин, а обо мне ты подумал? – справедливо упрекнула мать.       - Мама права, Энакин. Шми, здесь есть хоть кто-то, сочувствующий Республике? – обратился Квай-Гон, не желавший впутывать ребёнка в смертельные гонки, пусть даже это одарённый Силой.       - Нет, - уверенно ответила Шми, чуть повернув лицо, тем самым выдавая, что перед ней тоже голографический экран, который даже у королевы Набу отсутствовал, а у семьи какого-то раба с Татуина это обыденность, как хромированный дроид.       - Мама, ты как-то говорила, что все беды и боль от того, что никто некому не помогает. Вот твой муж когда-то отказался от моей помощи, и сейчас на ферме Ларсов попросту нет условий для приёма принцессы с джедаем и его падаваном. А если ты не разрешишь мне сейчас помочь им, то они провалят свою миссию и рабство на Татуине останется без широкого освещения в Республике.       - Квай-Гон не станет подвергать Энакина опасности. Мы найдём другой выход, - вступилась Падме, которая, как только что выяснил маленький провокатор, являлась королевой, чей статус неизвестен сопровождающим её.       - Вряд ли вы быстро найдёте что-то лучше тотализатора. Хоть мне это не нравится, но Эни вам поможет, - нехотя разрешила Шми, одобрив вкус сынишки. – Так предназначено Судьбой, - добавила она, отказываясь именовать её Силой.       - Я справлюсь, - убеждённо заявил Энакин, победно заулыбавшись. – Встретимся завтра на Арене. Поцелуй за меня Гремму и Шиму, мама, - и, подражая Падме, послал воздушный поцелуй, после чего связь отключилась.       Мужчина нахмурился, но ничего не сказал, принимая помощь вопреки возмущенному выражению лица девушки.       - Падме, помоги, пожалуйста, составить флаг. Каждый участник гонок на подах должен его иметь, - просительно глянув.       - Энакин, я против. Маленькие мальчики не должны участвовать в смертельных гонках, - девушка хмуро поджала губы, сверля взглядом мужчину напротив.       - Падаван Джа-Джа, а ты поможешь? – повернув голову к набившему брюхо и состроив серьёзно-строгое личико.       - Моя не падаван, не-не, твоя круто ошибаться! – даже замахав руками, отчего дроиду пришлось проявлять большую реакцию, чтобы избежать столкновения. Джедай тоже изумился от такого предположения.       - Ну-ну, друзья, растите оптимистичнее, - широко улыбнулся Энакин, вернув фразу Квай-Гона, натянуто улыбнувшегося. – Буря ещё с час-полтора побушует, а сиеста обычно длится четыре часа. Я пойду сочинять флаг, - предупредил мальчик, первым выходя из-за стола.       За сим трапеза завершилась, но некоторые остались шептаться за столом, привычно игнорируя дроида, сноровисто убирающего со стола.