Глава 4

Через неделю после очередного напряжённого совещания Министерство магии отправило Гермиону и Драко в Шотландию — исследовать древний склеп, где, по легенде, хранился второй компонент амулета, над которым они работали. — Вы оба лучше всех разбираетесь в артефакте,— сухо произнёс глава Отдела магических артефактов. — Будете работать на месте вдвоем. Срок — три дня. И постарайтесь не перегрызть друг другу глотки. Поезд мчал по шотландским холмам. Гермиона смотрела в окно на проплывающие пейзажи — серые скалы, вересковые пустоши, низкие тучи, цепляющиеся за вершины гор. Драко сидел напротив, листая отчёты по склепу спривычным высокомерным выражением лица. — Согласно архивам, — произнёс он, не поднимая глаз, — склеп был запечатан после инцидента с некромантией. Последние попытки проникнуть внутрь закончились…неудачно. — Неудивительно, — Гермиона повернулась кнему. — Такие места обычно защищены не только чарами, но и самой магией земли. — Именно, — Драко захлопнул папку. — Поэтому никаких глупостей. Никаких геройских порывов. Мы заходим, берём образец ауры, фиксируем данные и уходим. Ясно? — Как день, Малфой, — она скрестила руки на груди. — Я не собираюсь бросаться навстречу опасностям без плана. — Вот и отлично. Держись позади и не мешай. К вечеру они добрались до места — у подножия скалистого холма виднелся узкий вход, обрамлённый выветренными рунами. Воздух здесь был густым, почти осязаемым, а тишина давила на уши. — Чувствуешь? — тихо спросила Гермиона, доставая датчик магических колебаний. — Да, — Драко достал палочку. — Защита активная. И она реагирует на нас. Они обменялись взглядами и одновременно произнесли формулу доступа. Руны на входе вспыхнули синим, и проход открылся. Внутри склепа было темно и холодно. Факелы на стенах загорелись сами собой, отбрасывая дрожащие тени. Пол был усыпан осколками камней, а в центре зала возвышалась каменная плита с углублением — очевидно, местом для артефакта. — Он был здесь, — прошептала Гермиона, проводя рукой над углублением. — Но его забрали. Или перенесли. — Или он никогда и не был тут, — Драко обошёл плиту, изучая символы на стенах. — Это ловушка. Защита настроена на тех, кто ищет амулет. В этот момент стены дрогнули. Руны вспыхнули красным, и проход начал закрываться. — Чёрт! — Драко бросился вперёд, пытаясь удержать каменную плиту, но та неумолимо сдвигалась. — Грейнджер, помоги! Гермиона подбежала, направила палочку: — Диффиндо! Заклинание лишь слегка замедлило движение. Драко схватил её за руку: — В сторону! Они отпрыгнули в последний момент. Каменная плита с грохотом встала на место, отрезая выход. — Отлично, — Гермиона огляделась. — Мы в ловушке. — Временной, — Драко проверил стены. — Защита циклична. Через несколько часов проход откроется снова. — А до тех пор мы заперты здесь вдвоём, — она нервно поправила мантию. — Как в каком‑то дурацком романе. — Не смешно, — он бросил на неё резкий взгляд. — И не строй иллюзий. Между нами ничего нет и быть не может. — О, я и не строила, — фыркнула Гермиона. — Меня интересует только амулет. И выход отсюда. — Вот и славно. Они сели у стены, прислонившись к камню. Тишина давила, но теперь она казалась не угрожающей, а… напряжённой. Драко встал, чтобы ещё раз осмотреть плиту. Гермиона последовала за ним, пытаясь разглядеть символы на боковой грани. Они одновременно наклонились к одному и тому же знаку — и вдруг оказались слишком близко. — Смотри, здесь что‑то вроде… — начала Гермиона. — Вижу, — резко оборвал он, почти касаясь её лица. Их взгляды встретились. В воздухе повисло напряжение — не эмоциональное, не любовное, а чистое, почти животное влечение, усиленное замкнутым пространством, опасностью и адреналином. Драко резко притянул её к себе и впился в губы грубым, жадным поцелуем. Гермиона на мгновение замерла, но вместо того чтобы оттолкнуть, ответила с той же страстью — без нежности, без романтики, просто разряд энергии, который нужно было выпустить. Поцелуй длился несколько мгновений — жёсткий, почти агрессивный, полный невысказанной злости и возбуждения. Когда они отстранились, оба тяжело дышали, но их реакция была уже привычной, лишённой удивления. — Опять это, — хрипло произнёс Драко, отступая на шаг и поправляя мантию. — Ничего нового, — Гермиона провела рукой по волосам, стараясь унять дрожь в пальцах, но голос звучал ровно. Оба знали: говорить об этом не нужно. Их негласная договорённость действовала с самого начала — то, что происходит между ними, остаётся между ними. Ни слов, ни объяснений, ни намёков на что‑то большее. Только физиология, только момент, только здесь и сейчас. Драко отвернулся к плите: — Давай работать. Нам нужно найти способ открыть проход. — Да, — Гермиона взяла датчик. — Именно. Работа. Они продолжили исследовать склеп — проверяли стены, снимали показания ауры, искали скрытые механизмы. Каждый раз, случайно соприкасаясь руками или оказываясь слишком близко, они на мгновение замирали — не из‑за неловкости, а скорее из‑за подспудного ожидания, что ситуация может повториться. Но ни один не подал виду. Всё оставалось в рамках их молчаливого соглашения. Плита дрогнула и начала отодвигаться. Красный свет рун меркнул, дневной свет пробился в склеп. — Пойдём, — Драко первым направился к выходу. — Пора возвращаться. — Да, — Гермиона последовала за ним. На следующий день в Министерстве они вели себя как обычно — обменивались колкостями, спорили о методах исследования, делали вид, что между ними ничего не изменилось. Но каждый раз, когда их взгляды встречались, в них читалось одно и то же негласное понимание: правила остаются в силе. Пока они нас устраивают — мы играем по ним. Как-то вечером в свой выходной день Гермиона сидела у окна в своей небольшой лондонской квартире. За стеклом струились потоки дождя, размывая очертания улиц и превращая мир за окном в акварельную картину серых и синих оттенков. Капли ритмично стучали по подоконнику, создавая успокаивающий, почти медитативный фон. Она держала в руках чашку остывшего чая,  но почти не замечала этого. Взгляд был устремлён вдаль, а мысли — где‑то далеко, в том самом склепе в Шотландии. Перед глазами всплывали детали: дрожащий красный свет рун, прохлада камня за спиной, тишина, которая вдруг перестала быть гнетущей… и тот момент, когда они с Драко сидели рядом, прижавшись плечами, — не из‑за близости чувств, а просто потому, что так было удобнее в тесном пространстве. Воспоминание нахлынуло внезапно. Она увидела себя юной, спешащей по коридору Хогвартса на урок. Знакомые голоса заставили её замедлить шаг и заглянуть за угол… Коридор возле Большого зала, пятый курс. Крэбб и Гойл окружили маленького первокурсника с пуффендуйским значком. Тот дрожал, его сумка валялась на полу, из неё высыпались книги и перья. — Ну что, малыш, научимся летать? — хрипловато хохотал Крэбб. — Давай, полукровка, испытаешь заклинание левитации на себе! — подхватил Гойл, хватая мальчика за мантию. Внезапно между ними возник Драко. Его лицо было серьёзным, без обычной насмешки. — Отпустите его, — резко сказал он. — Малфой, ты чего? — Гойл удивлённо обернулся. — Мы просто пошутили. — Это не шутка, — отрезал Драко. — Отпусти его, Гойл. — Да ладно тебе… — Я сказал — отпусти. Тон был таким властным, что даже Крэбб отступил на шаг. Гойл неохотно разжал хватку. Первокурсник отпрянул, испуганно глядя то на старших слизеринцев, то на Драко. — Подбери свои вещи, — бросил Драко мальчику, не глядя на него. — И иди. Тот бросился собирать книги, дрожащими руками запихивая их обратно в сумку. Когда он, спотыкаясь, убежал прочь, Крэбб недовольно буркнул: — Ну и зачем? Он же всего лишь полукровка. Драко медленно повернулся к ним. Его глаза сверкнули: — Он ученик Хогвартса. И если вы ещё раз устроите что‑то подобное у меня на глазах — будете иметь дело со мной. Ясно? Крэбб и Гойл переглянулись, но спорить не стали. Драко развернулся и зашагал прочь. Друзья поспешили за ним. Гермиона вздрогнула, возвращаясь в реальность. Дождь за окном стал тише, будто подстраиваясь под ритм её мыслей. Она поставила чашку на столик, не заметив, что чай давно остыл. «Я ведь видела это тогда, — подумала она. — Видела, но не придала значения. Решила, что это случайность, что у него были какие‑то свои мотивы». В памяти всплыли и другие фрагменты: как Драко не поддержал отца, когда тот хотел отдать Тёмной метке всех домовых эльфов; как он отвернулся от Беллатрисы, когда та хотела наказать служанку за оплошность; как однажды на шестом курсе он остановил Пэнси от колкого замечания в адрес профессора Спраут… «Сколько ещё таких моментов я пропустила? Сколько раз я отказывалась видеть в нём что‑то, кроме высокомерного слизеринца?» Но тут же она одёрнула себя. Да, он оказался не таким однозначным, как она думала. Но это ничего не меняло в их отношениях. Между ними не было любви — только чёткое понимание: их связь строится на физическом влечении и совместной работе. Никаких иллюзий, никаких романтических ожиданий. Она вспомнила склеп, их молчание в темноте, тот поцелуй — быстрый, жадный, лишённый нежности. Он не говорил о чувствах, а лишь о моменте, о напряжении, которое нужно было сбросить. И они оба это понимали. «Мы знаем правила, — мысленно повторила Гермиона. — Никаких признаний, никаких обещаний. Только работа и редкие моменты, когда мы позволяем себе чуть больше. И это нас устраивает». Гермиона встала, подошла к окну и прижалась лбом к холодному стеклу. Дождь почти закончился, на горизонте пробивались первые лучи закатного солнца. «Возможно, я просто переоцениваю значение этих воспоминаний, — решила она. — Драко может быть не таким чудовищем, каким я его считала. Но это не значит, что между нами что‑то изменится. Мы останемся теми, кто мы есть: коллегами с негласным соглашением». Она отошла от окна, взяла книгу со стола и открыла её на заложенной странице. Мысли постепенно переключились на текущие задачи — отчёты, исследования, подготовку к следующему заданию. Дождь за окном окончательно стих, оставив после себя свежесть и тишину. Через пару дней после возвращения из Шотландии в Министерстве устроили торжественный приём в честь успешного завершения нескольких крупных проектов. Зал украсили мерцающимися гирляндами, в воздухе витал аромат дорогих духов и изысканных закусок, а приглушённая музыка создавала атмосферу праздника. Гермиона стояла у колонны, потягивая шампанское и наблюдая за толпой. Её взгляд невольно искал одну фигуру — и вот он, Драко, в безупречном чёрном костюме, стоял в окружении коллег и что‑то оживлённо обсуждал. Рядом с ним расположилась высокая блондинка с эффектной причёской — Пэнси Паркинсон. Она смеялась, слишком близко наклонялась к Драко, касалась его руки и что‑то шептала на ухо. Драко вежливо улыбался, но Гермиона заметила, как он чуть отстраняется каждый раз, когда Пэнси пытается сократить дистанцию. Внутри что‑то неприятно кольнуло. Гермиона тут же разозлилась на себя: «Что это со мной? Мы же договорились: никаких чувств, только практичные отношения. Это просто физиология, ничего больше». Но укол ревности, пусть и мимолётный, уже дал о себе знать. — Гермиона, какая неожиданность! — рядом возник Теренс Хиггс, бывший когтевранец, а ныне сотрудник Отдела международного магического сотрудничества. — Ты потрясающе выглядишь! — Спасибо, Теренс, — она натянуто улыбнулась. — Может, потанцуем? — он протянул руку. Импульс был сильнее рассудка. Гермиона кивнула и вложила ладонь в его руку, бросив быстрый взгляд в сторону Драко. Они вышли в центр зала. Теренс уверенно вёл в танце, что‑то рассказывал, смеялся, но Гермиона почти не слушала. Её внимание было приковано к Драко и Пэнси. Та продолжала кокетничать, наклоняясь всё ближе. Драко что‑то сказал — Пэнси рассмеялась и игриво хлопнула его веером по плечу. Гермиона резко повернулась к Теренсу: — Знаешь, а давай выпьем чего‑нибудь покрепче? — С удовольствием! — обрадовался тот. Они направились к барной стойке. Гермиона заказала огневиски — напиток, который обычно не пила на официальных мероприятиях. Сделала глоток, поморщилась, но заставила себя улыбнуться Теренсу. — Ты давно в Отделе международного сотрудничества? — спросила она чересчур оживлённо. — Наверняка много путешествуешь! Расскажи, где был в последний раз? Теренс с энтузиазмом начал рассказывать о своей поездке в Будапешт, но Гермиона снова отвлеклась. Краем глаза она заметила, что Драко увлечённо беседует с заместителем министра, а Пэнси отошла к другой группе гостей. Он даже не заметил её выходки — ни танца с Теренсом, ни демонстративного ухода к барной стойке. Драко действительно ничего не заметил. Он был полностью поглощён разговором о стандартах защитных чар и перспективах международного сотрудничества. Пэнси пыталась вернуть его внимание, но он лишь вежливо кивнул ей и продолжил обсуждение с заместителем министра. В его голове не мелькнуло ни тени догадок о том, что Гермиона могла как‑то отреагировать на поведение Пэнси. Для него вечер шёл по плану: деловые контакты, полезные разговоры, соблюдение дистанции с Гермионой в публичном пространстве — всё в рамках их договорённостей. Никаких эмоций, никаких притязаний. Гермиона провела с Теренсом ещё несколько минут, но её настроение уже изменилось. Она вдруг осознала, что ведёт себя нелепо. — Прости, Теренс, — прервала она его рассказ. — Мне нужно отойти. Увидимся позже? — Конечно, — он улыбнулся. — Было приятно пообщаться. Она отошла к окну, сделала глубокий вдох и закрыла глаза. «Что я творю? Это же абсурд. Мы с Драко чётко договорились: никаких эмоций, никаких притязаний. А я веду себя как ревнивая школьница». Когда она открыла глаза, то увидела, что Драко по‑прежнему увлечённо беседует с заместителем министра. Он даже не посмотрел в её сторону — не потому, что игнорировал, а просто потому, что не думал о ней в этот момент. И это отрезвило её сильнее любых слов. Гермиона поправила мантию, расправила плечи и направилась вглубь зала. Ближе к концу приёма Гермиона незаметно скользнула в боковой коридор — тихое, слабо освещённое место, где редко кто появлялся. Через минуту там же оказался и Драко — будто знал, куда она пойдёт. — Устала от всего этого? — он кивнул в сторону главного зала. — Ещё бы, — она вздохнула. — Слишком много лицемерия. — Согласен, — он сделал шаг ближе. — И слишком много лишних глаз. Между ними повисло молчание — не неловкое, а понимающее. Они оба знали, к чему идёт разговор. — Может, закончим этот вечер… по‑нашему? — тихо предложил Драко, не сводя с неё взгляда. — На каких условиях? — уточнила Гермиона, хотя прекрасно понимала ответ. — Тех же, что и всегда, — он чуть усмехнулся. — Никаких чувств. Только физиология. И абсолютная конфиденциальность. — Договорились, — она кивнула. — Через полчаса у меня. — Буду вовремя, — он слегка склонил голову. Спустя полчаса Драко бесшумно вошёл в её кабинет. Дверь тут же оказалась защищена заглушающими и запирающими чарами. — Ты пунктуальна, — заметил он. — А ты предсказуем, — парировала Гермиона. Они не стали тратить время на разговоры. Всё было ясно без слов: это не свидание, не признание, не начало чего‑то нового. Просто два взрослых человека, которые знают, чего хотят, и умеют договариваться. Драко шагнул к ней, и Гермиона не отступила. Их губы встретились — жёстко, требовательно, без намёка на нежность. Поцелуй не был долгим: он скользнул руками вдоль её спины, слегка сжал плечи, затем провёл пальцами по шее — быстрый, почти механический жест, лишённый сентиментальности. Гермиона ответила тем же: её ладони легли на его грудь, скользнули вверх, к воротнику рубашки. Движения были чёткими, выверенными, будто они проделывали это сотни раз (и, в сущности, так оно и было). Он расстегнул пару верхних пуговиц её блузки, не отрывая взгляда от её лица. Гермиона чуть качнула головой, отбрасывая волосы назад, — молчаливое разрешение. Драко наклонился и на мгновение прижался губами к её плечу. Это было не проявление нежности, а скорее знак того, что они перешли к следующей фазе их негласного ритуала. Она расстегнула его галстук, бросила его на край стола. Пальцы быстро пробежались по пуговицам рубашки — Драко слегка помог, чуть расстёгивая их сам. Их движения были синхронными, почти отработанными: ни суеты, ни излишней страсти, только чёткое понимание, чего хочет каждый. Когда между ними не осталось барьеров одежды, они на мгновение замерли. Взгляд Драко скользнул по её фигуре — без восхищения, без вожделения, скорее с отстранённым интересом исследователя. Гермиона поймала этот взгляд и чуть приподняла бровь — лёгкая ирония, намёк на то, что они оба играют по одним правилам. Он сделал шаг вперёд, она ответила тем же. Их тела соприкоснулись — тепло, ощутимо, но без излишней близости. Драко положил ладони на её талию, слегка сжал. Гермиона положила руки ему на плечи, чуть наклонила голову. Их движения были ритмичными, целенаправленными. Ни одного лишнего прикосновения, ни одного взгляда, который можно было бы истолковать как проявление чувств В какой‑то момент Гермиона слегка откинула голову назад, закрыла глаза. Драко на мгновение замер, проверяя её состояние. Она открыла глаза, кивнула — всё в порядке, продолжаем. Он слегка сжал её запястье в знак понимания. Завершив, они отстранились друг от друга. Ни объятий, ни поцелуев на прощание. Только короткий обмен взглядами — молчаливое подтверждение того, что всё прошло в рамках договорённостей. — Спасибо, — коротко произнёс Драко, начиная приводить одежду в порядок. — Взаимно, — ответила Гермиона, поправляя блузку. Они быстро привели себя в порядок. Гермиона взмахнула палочкой, снимая защитные чары с двери. Драко проверил время на карманных часах. — Завтра в девять? — спросил он буднично. — Да, — кивнула она. — Принесу кофе. — Отлично, — он чуть улыбнулся уголками губ. — До завтра. — До завтра, — ответила она уже совершенно спокойно. Драко вышел первым. Гермиона подождала пару минут, чтобы не привлекать внимания, и направилась к аппарационной зоне. По дороге она мысленно повторила: это был просто момент. Никаких чувств, никаких ожиданий. Правила остаются в силе. Утром они разойдутся по своим делам, как ни в чём не бывало. Будут спорить на совещаниях, обмениваться колкостями, делать вид, что между ними ничего нет. И будут правы — потому что, по‑настоящему, ничего и нет. Только договорённость. И пока она их устраивает — всё останется именно так.