Глава 2. Война и ожидание

Глава 2. Война и ожидание 282–283 годы от Завоевания Эйгона Кастерли Рок пах морем и холодным гранитом. Серсея Ланнистер сидела у окна в своих покоях, высоко над Закатным морем, и смотрела на бескрайнюю воду. Волны разбивались о скалы внизу, чайки кричали над утёсами, но она не слышала их. Она слышала только стук собственного сердца. Письма приходили каждую неделю. Сначала — слухи, которые можно было игнорировать: Рейгар Таргариен похитил Лиану Старк. Серсея прочитала эти строки и почувствовала странное удовлетворение. Та самая северная красавица с диким смехом, которой принц протянул голубую розу на турнире в Харренхолле — теперь она была не свободной девой, а пленницей. Или наложницей. Или чем-то ещё, о чём не писали в официальных свитках. «Поделом тебе», — подумала Серсея тогда. «Не смейся громче львицы». Потом слухи стали страшнее. Рикард Старк и его наследник Брандон отправились в Королевскую Гавань требовать справедливости. Король Эйрис Безумный, которого Серсея видела всего несколько раз и каждый раз чувствовала, как холодок ползёт по спине, приказал казнить их. Рикарда сожгли заживо в доспехах. Брандона задушили, пока он смотрел на смерть отца. Серсея сидела в Кастерли Роке и читала это письмо три раза подряд. Её руки не дрожали. Она давно научилась не дрожать. «Север восстанет», — подумала она. «Джон Аррен и Роберт Баратеон уже собирают знамёна. Мой отец сидит в Скале и ждёт. Исход может быть только один: Таргариены падут». Она не ошиблась. Война длилась меньше года, но для Серсеи она длилась вечность. Каждый день она просыпалась с мыслью: «Что, если победят Таргариены? Что, если Рейгар убьёт Роберта? Что, если мой отец ошибся?» И каждую ночь она засыпала с другой мыслью: «Нед Старк воюет. Нед Старк убивает людей. Нед Старк смотрит на смерть своими серыми глазами и не отводит взгляда». Она не знала, почему думает о нём. Он был вторым сыном. У него не было земель, не было титула, не было будущего, которое могло бы заинтересовать Тайвина Ланнистера. Но она помнила его лицо на трибунах Харренхолла. Помнила, как он стоял неподвижно, пока вокруг него все смеялись и кричали. Помнила его глаза, когда Рейгар протянул розу Лиане. «Он видел то, чего не видели другие» — думала Серсея. «Он знал, что это кончится кровью. И он был прав». Однажды, когда война была в самом разгаре в Кастерли Рок приехал гонец от отца. Серсея вскрыла письмо дрожащими руками — она позволила себе дрожь, только когда осталась одна. Отец писал коротко и сухо: «Рейгар Таргариен убит Робертом Баратеоном на Трезубце. Столица падёт в течение месяца. Готовься к свадьбе. Ты станешь королевой». Серсея перечитала письмо пять раз. «Королевой будешь» — прошептала она, глядя на своё отражение в зеркале. — «Магги не солгала». Но потом она вспомнила остальное. «А у тебя — трое. Золотые короны у них и золотые саваны. Ты похоронишь их всех». Она сжала письмо в кулаке, смяв пергамент. «Нет. Я переиграю тебя, старая ведьма. Я найду твоего волка. И судьба изменится». --- Через месяц Серсея ехала в Королевскую Гавань. Свадьба была назначена на первую луну нового года. Весь Вестерос знал: Роберт Баратеон, победитель, новый король женится на дочери Тайвина Ланнистера, который предал Таргариенов в самый нужный момент. Это был союз силы и денег, меча и золота. Серсея не возражала. Она давно поняла, что брак — это не про любовь. Брак — это про власть. А власть — это то, что она умела брать. Но внутри неё жило другое ожидание. Она знала, что Нед Старк жив. Он сражался всю войну, потерял отца и брата, но выжил. И теперь он ехал в Королевскую Гавань вместе с Робертом. Чтобы присутствовать на свадьбе. Чтобы получить свою долю славы и вернуться на Север. «Один шанс», — думала Серсея, глядя на проплывающие мимо поля и леса. «Одна ночь. Я не упущу его». Она ещё не знала, что именно сделает. Не знала, как подойти к нему, как заставить его смотреть на неё не как на жену короля, а как на женщину, которая может дать ему то, о чём он не просил. Но она знала одно: Магги Лягушка сказала «дитя от волка». И Серсея найдёт способ зачать это дитя. Даже если придётся переступить через всё, что она знала о себе. --- Королевская Гавань встретила её запахом горелого. Война оставила следы: на стенах — пятна копоти, на улицах — воронки от катапульт, в воздухе — гарь от пожаров, которые тушили неделями. Но Красный Замок стоял нетронутым. Эйрис Безумный не успел сжечь свою столицу дотла — Джейме Ланнистер, её близнец, её вторая половина, убил короля до того, как пламя поглотило всё. Серсея видела брата впервые за много месяцев. Он ждал её во внутреннем дворе, в белом плаще Королевской Гвардии, с улыбкой, которая не касалась глаз. — Сестра, — сказал он, подавая ей руку, чтобы помочь спуститься с повозки. — Джейме — ответила она, и в этом коротком слове было всё: и радость, и тревога, и вопрос, который она не могла задать при всех. Они остались одни только вечером, в её новых покоях, которые ещё пахли чужой жизнью — вероятно, предыдущей хозяйкой была какая-нибудь фрейлина Эйриса. — Ты убил его — сказала Серсея не как обвинение, как факт. — Я спас полмиллиона человек — ответил Джейме. — Он собирался сжечь всех. Эйрис хотел устроить новый Харренхолл, только больше. Серсея кивнула. Она не осуждала брата. Она вообще никого не осуждала за убийства, если они были необходимы. — Роберт? — спросила она. — Много пъёт. Он не хочет этой свадьбы, и поэтому не полюбит тебя, если ты хочешь это знать. — Я не хочу это знать, — солгала Серсея. — Мне не нужна его любовь. Мне нужен его трон. Джейме посмотрел на неё долгим взглядом. — Ты изменилась. — Я стала старше. — Нет. Ты стала холоднее. Или... — он замолчал, подбирая слова. — Или ты всегда была такой, просто прятала. Серсея не ответила. Она подошла к окну и посмотрела на город, который через несколько дней станет её домом. — Нед Старк здесь? — спросила она как можно небрежнее. Джейме удивился. — Здесь. Приехал вчера. А почему ты спрашиваешь? — Просто спросила. Он герой войны. Говорят, он снял осаду с Штормового Предела. — Говорят — повторил Джейме с лёгкой усмешкой. — Он привёз с собой бастарда. Какого-то младенца. Говорят, сын от какой-то служанки, но Старк молчит как рыба. Даже Роберт не может вытянуть из него правду. Серсея почувствовала, как что-то шевельнулось у неё в груди. Ревность? Нет. Удивление? Возможно. «У него есть бастард, — подумала она. — Он способен на страсть. На секс. На ошибки». Почему-то это знание обрадовало её. Человек, который умеет ошибаться, легче совершит ещё одну ошибку. — Познакомь меня с ним — сказала она Джейме. — С кем? Со Старком? — С ним. И с его бастардом. Мне интересно посмотреть на плоды северной любви. Джейме пожал плечами. — Как скажешь сестра. Но будь осторожна, он не такой как другие. Он не пьёт, не играет в кости, не спит со шлюхами. На него не действуют обычные способы. «Тем лучше» — подумала Серсея. «Тем слаще будет его падение». --- Она встретила Неда Старка на следующий день в Большом зале, где Роберт Баратеон принимал своих командиров. Он стоял в углу, в стороне от всех, и смотрел, как король пьёт и хохочет с лордами. За его спиной, на руках у какой-то кормилицы, спал младенец — тёмноволосый мальчик с длинным лицом. Нед похудел с тех пор как Серсея видела его в Харренхолле. Под глазами залегли тени, на щеке — свежий шрам. Он выглядел уставшим, потрёпанным и бесконечно чужим в этом зале, где все пили и веселились. Серсея подошла к нему чувствуя как взгляды придворных скользят по ней. Она была в золотом платье — цвет Ланнистеров, цвет власти. Она была красива, и она знала это. — Лорд Старк, — сказала она, и её голос прозвучал мягче, чем она ожидала. Нед повернулся. Их взгляды встретились. Серые глаза смотрели на неё без интереса. Без вожделения. Без той пустой похоти, которую Серсея привыкла видеть в мужчинах. Только усталость и лёгкое недоумение — зачем к нему подошла жена короля? — Ваша милость, — ответил он, коротко склонив голову. — Я хотела поблагодарить вас. За вашу службу. За то, что вы сделали для нашего короля. Нед помолчал. — Я делал то, что было правильно. — Всегда? — спросила Серсея с лёгкой улыбкой. — Всегда ли вы поступаете правильно, лорд Старк? Она посмотрела на младенца у него за спиной. Нед перехватил её взгляд, и на мгновение в его глазах мелькнуло что-то — страх? Стыд? Гнев? — Не всегда, — сказал он тихо. — Но я стараюсь. Серсея улыбнулась шире. — Это редкое качество, лорд Старк. В Королевской Гавани вы встретите мало тех кто старается поступать правильно. Она развернулась и ушла, не прощаясь. Сердце её колотилось. Она не знала, что это было — проверка, знакомство, первый шаг к чему-то большему. Но она поняла одну вещь: Нед Старк не будет лёгкой добычей. Он не клюнет на улыбку, не потеряет голову от красоты. Его нужно будет взять иначе. «Я найду способ, — подумала она. — Я всегда нахожу». После бала Серсея думала о Неде Старке. О его серых глазах. О том, как он смотрел на неё — без желания, без страха, без уважения. Просто как на ещё одну женщину в золотом платье. «Ты даже не знаешь что я приготовила для тебя северный волк — подумала она. — Ты даже не знаешь, что станешь отцом королевского бастарда. Что твоя честь умрёт в ту ночь, когда ты даже не сможешь сопротивляться». Она улыбнулась. Это была не улыбка женщины, которая ждёт любви. Это была улыбка хищника, который загоняет добычу. И в этой улыбке не было ничего человеческого. --- Королевская Гавань готовилась к свадьбе. Улицы мыли, знамёна вешали, пивовары варили бочки пива. Никто не знал, что в одной из башен Красного Замка львица готовит свою ловушку. Серсея Ланнистер ждала. Она была терпелива. Она научилась этому у отца, который мог ждать годами чтобы нанести удар. Три дня — не срок. Она представляла, как всё произойдёт. Свадьба. Пир. Роберт напьётся до бесчувствия. Нед уйдёт в свои покои. А она придёт к нему — или сначала к Роберту, чтобы усыпить его и убедиться, что он не помешает? План складывался в голове как мозаика. «Сначала Роберт, — решила она. — Он должен думать, что ночь прошла как положено. Потом — Старк. Одна ночь. Один ребёнок. И судьба изменится». Она положила руку на живот. «Ты будешь моим спасением, — прошептала она. — Ты, волчонок. Ты родишься в золоте и лжи. И ты не умрёшь. Ни один из моих детей не умрёт. Я клянусь». За окном кричали чайки. В гавань входил корабль с золотым львом на носу — флаг её отца, который приплыл на свадьбу. Серсея смотрела на этот корабль и думала только об одном: через три дня она либо сломает пророчество Магги Лягушки, либо навсегда потеряет надежду. Иного выбора у неё не было.