Глава 4. Ночные шорохи

      Жизнь в двухэтажном деревянном доме Советских Республик шла своим чередом. Почти ежедневно шли работы по столь желанному восстановлению разрушенной архитектуры страны. Часть Республик периодически проходила реабилитации. Вопреки возможностям мирового сообщества, каждому нуждающемуся в этом воспитаннику СССР был назначен свой "лечащий врач". Эстония ходил к суровому Финляндии, Латвия и Литва посещали замученного в войну Польшу, Молдавия частенько захаживала к уже хорошо ей знакомому Румынии, а Украина ездил до самого Канады, с которым волею судьбы познакомился ещё до войны. Союз долго не мог пристроить Беларусь, да и сама девушка явно не горела желанием оставлять отчий дом. Проблема эта разрешилась сразу после того, как юная особа повстречала Венгрию – тот стал для неё хорошим собеседником и даже другом. Остальные же Республики с головой ушли в восстановление строительной и пищевой промышленности государства. Работы эти шли весьма успешно вплоть до момента, когда руководитель всех процессов – не получивший серьёзных ранений в войну вечно непоколебимый РСФСР – вдруг не сдал назад, внезапно начав отпугивать своим странным поведением младших.       Вот и в эту ночь из кладовой донëсся странный шорох, от которого проснулась Латвия, чья комната находилась прямо напротив. Тихо поднявшись с кровати, она обнаружила, что разбудили эти звуки лишь её одну. Остальные её соседи по комнате – Украина, Грузия, Эстония и Литва – мирно дремали. Девушка понимала, что по ночам им запрещалось выходить из своих комнат, особенно если они вдруг слышали нечто странное. Исключительным случаем был лишь поход в туалет, коим и решила потом прикрыться Латвийская ССР, уже покинув безопасную территорию посреди ночи. Она вышла в коридор. Преодолеть его значило наполовину успешно выполнить задачу. Его скрипучий паркет из кедра выдавал всех потенциальных нарушителей порядка, но скрипели далеко не все доски. Уже зная те самые "островки безопасности", Латвия успешно добралась до крупной столовой, главным украшением которой был очень большой стол на двадцать человек и сразу несколько раковин для мытья посуды, над которыми висели многочисленные ящики. Оттуда девушка прошла на кухню – здесь осуществлялась готовка всего, что потом употреблялось в пищу в столовой. Внешне Латвии очень нравилась кухня, но готовить там она не очень любила – чаще всего этим занимались Беларусь, Узбекистан, Грузия, РСФСР и с недавнего времени ГДР, только свыкнувшийся со своей новой жизнью.       И вот, она стояла перед кладовкой. Теперь она ещё лучше слышала звуки интенсивной возни, доносившиеся оттуда. Кажется, там находилось не одно Воплощение, а два. Латвия терялась в догадках, как ей лучше поступить. Может, вообще не следовало сюда приходить? Кому вообще могло вдруг понадобиться идти в кладовку ночью? Да и зачем? Там находились только различные инструменты по хозяйству и оставшиеся с ремонта стройматериалы – больше ничего. Одолеваемая сильным волнением Латвия всё же подошла вплотную к двери. Вдруг доносившиеся изнутри звуки стихли. Она услышала лишь странный, но знакомый щелчок, чему не придала значение, слабо толкнув дверь вперёд и на всякий случай закрыв глаза. Тишина. Зловещая тишина повисла в воздухе, заставляя девушку поëжиться от страха. Сильно страшась безмолвного ничего, она открыла глаза, которые ещё несколько секунд привыкали к темноте, разглядывая силуэт в проёме. — Halt! Кто идёт? — Обладатель немецкого акцента вскинул на плечо ружьё и сразу направил его на Латвию, которая чудом удержалась от того, чтобы не завизжать, с ужасом в глазах закрыв рот руками. — Опусти оружие. — Холодный стальной голос из глубины кладовки заставил немца незамедлительно выполнить указание и повесить ружьё на плечо. Эти слова были такими безжизненными и спокойными, будто их обладатель не был человеком. И этот голос Латвия узнала сразу – Россия. — Г-ГДР? РСФСР? Ч-что вы здесь делаете? — Только и смогла произнести девушка, лишь сейчас разглядевшая русского, который в чём-то ковырялся. Кажется, в проводке?.. — Да лампочку мы чиним, успокойся ты! — Недовольно отрезал РСФСР, быстро глянув на Латвию и продолжив своё занятие. — Она прям перед отбоем перегорела, меня отец сюда и отправил, а ГДР я случайно по пути выловил – он себе второй ужин делал — Ich werde es nicht mehr tun. Простите.. — Юноша виновато опустил глаза в пол. — Да мы-то простим, но с Союзом говорить тебе всё равно придётся, друг мой. Кстати, а ты что не спишь, Латвия? Время видела? — Я.. А, э-э, да, просто.. В туалет ходила. И услышала отсюда странный шум. Решила, что грабители в дом пробрались, мало ли.. — Та-ак.. — Настороженно протянул юный электрик. — И что же нужно делать, если в дом пытаются пробраться или пробрались грабители? Расскажи уж мне, пожалуйста! — Кажется, РСФСР завершил работу и встал с пола, начав отряхиваться и собирать все инструменты, которые лежали неподалёку. — Мы.. Мы должны спрятаться и сидеть тихо, чтобы нас не обнаружили, потому что наши жизни в разы ценнее того, что могут унести эти непорядочные граждане.. — Das ist richtig! А как бы они прошли мимо моих верных служебных псов, Lettland? — Я не знаю, ГДР.. Можно я просто вернусь в свою комнату? Пожалуйста, очень прошу! — Хорошо, иди. — Безмятежно обмолвился РСФСР, повернувшись к девушке. — Но ты утром будешь также говорить с отцом — Хорошо, поняла, спасибо! До утра.. — Она шустро ретировалась, стараясь не смотреть на мальчишек и быстрее дойти до своей комнаты, минуя уютную кухню, большую столовую и мрачный скрипучий коридор. Парни же, лишь усмехнувшись со своей "сестры", вскоре разошлись по комнатам. ГДР вернулся в бывшую гардеробную, где кровать ему заменяли шубы, а РСФСР в кабинет СССР, доложив о том, что лампочка в кладовке восстановила свою работу.       Латвия же вернулась в свою комнату, где застала проснувшегося Украину, который сидел на кровати, закутавшись в одеяло от ночной прохлады, которая ещё сохранялась в начале весны. Девушка тут же закрыла окно, случайно оставленное открытым, и улеглась в промëрзшую твёрдую кровать, надеясь, что Украина спросонья не увидел свою соседку по комнате и просто уснёт, но надежды её оказались напрасными. УССР шёпотом обратился к девушке, опасаясь разбудить Литву, Эстонию и Грузию. — Мм.. И куда ты так поздно выходила? — Тебе какое дело? Ложись спать, дурак! Отвечала она ему также тихо, умудряясь сохранять недовольный тон даже шёпотом. — Дай угадаю – пошла узнать что за шум? — Ну, да.. А ты что, тоже его слышал? — Ага. Я просто помнил, что вчера перед отбоем Союз поручил русскому проверить проводку в доме, потому и не дёргался — Понятно.. Всё, я ложусь! И ты тоже спи!       Теперь Латвия чувствовала себя глупо. Это ведь было буквально за ужином! Все они слышали о том, что сегодня будут работы, а она спросонья совсем об этом забыла. Она думала, что Украина пытается посмеяться над ней или пристыдить, но тот на самом деле просто не любил просыпаться и вдруг обнаруживать, что остался совсем один. Он просто ненавидел это ужасное чувство. УССР лёг, уставившись в потолок и накрыв себя наполовину, а Латвия отвернулась к стене, накрывшись по самую голову. — Латвия, а о чём ты думала, идя туда? — Ой, да какая разница? Ни о чём я не думала, просто страшно мне было и всё! — Ты не могла ни о чём не думать. Даже если ты боялась, то боялась чего-то — Тьфу, надоел! Я думала, что там РСФСР опять чудит, поэтому и пошла проверить, а то упадёт с крыши ещё или похуже что.. — Да-а, это он может.. К нему ведь поэтому ГДР и приставили. Помнишь, русский как-то раз всю проводку оборвал? Дня два-три без света сидели, пока Союз новые провода не достал, и то по блату раздобыл – повезло.. — Это в ноябре того года было, когда уже первые морозы начались – ну и жуть! А мне РСФСР сказал, что выловил ГДР на кухне — А он нам правду никогда и не скажет. Он лжец патологический – что с него взять? На самом деле Союз после ужина попросил немца за русским приглядеть. Вы на ковёр когда пойдёте, то он ГДР просто для вида отчитает – у них всё подстроено, я слышал — Но можно ведь считать, что Россия стал чудить реже? Может, реабилитации всё же не так бесполезны, как ты говорил? Кстати, а ты не знаешь, к кому он вообще ходит? — Знаю, но просто так не скажу – об этом я знать не должен был. Мне по секрету такие сведения доверили, а я же не болтун, чтобы секреты чужие разбалтывать! Хм, ну, может кому-то эти беседы и помогут, но точно не этому ненормальному. Ставлю на то, что потом он будет также притворяться, что всё отлично, а на деле вовсю крышей поедет — Тогда я поставлю на то, что Россия даже в самые тяжёлые времена будет в добром здравии и ещё даст нам всем фору — Скорее уж сразу по харе вмажет) — Украина! Всё, хватит, спи ты уже..       Ходить Украина стал недавно, всего где-то полгода назад, а до этого он был лежачим – потерял половину руки и половину ноги, когда попал в немецкий плен. Для страны это было серьёзное ранение, но не особо критичное – спустя несколько месяцев конечности "отрасли", а на месте срубов теперь зияли несколько шрамов. Иногда Латвия чувствовала вину из-за того, что перечила ему, ведь юноша всегда так мило и по-доброму всем улыбался.. Сам УССР говорил, что ни на что не обижается и не злится. Вся его злоба осталась на войне, а сейчас сердце было чистым. По крайней мере пока что чистым. У него всё впереди..       Следующее утро было таким же тихим и мирным, как и предыдущее. Со временем к этому можно было даже привыкнуть. Ещё совсем недавно у Республик появился свой собственный распорядок дпя, которому их пытались научить следовать СССР и РСФСР, хоть и получалось не всегда успешно, но в таких делах нужно терпение, что они знали. После завтрака состоялось распределение обязанностей по дому на день, после чего СССР вызвал в свой кабинет Латвию и ГДР, отчитав их. Те зареклись, что больше не будут нарушать установленные правила, и их отпустили. Сразу после Союз и Россия вновь отправились в Нью-Йорк, прямо к Штаб-квартире ООН. Да, пока что собрания были частым явлением, но мера эта была, скорее, вынужденной и временной. Скоро встречи будут проходить реже – нужно было лишь дождаться этого момента. А пока следовало посещать собрания и очень внимательно слушать вещающего ООН, что СССР хоть и не любил, но старался делать как дисциплинированный и порядочный мужчина. РСФСР уже был морально готов к тому, что ему вновь придётся сидеть в той скучной светлой комнате с теми же лицами, но в этот раз его ожидал сюрприз. Только они появились у Штаб-квартиры, стараясь упрямо игнорировать болевые ощущения, как перед ними тут же возник Франция, за которым спешно шагали Италия и ФРГ. — Oh, Union, chéri, comme je suis content de te voir! Tu me comprends? Je peux passer à l'anglais si ça te convient. — Дружелюбный тон Франции уже настраивал на хорошую беседу, даже несмотря на то, что Советский Союз его совершенно не понимал. Тем не менее, рядом всегда был старшим сын, что знал целых три иностранных языка. — Je crains que cela ne vous aide pas, Monsieur.. Malheureusement, mon père ne connaît que l'allemand, mais je pourrais être l'intermédiaire de la conversation si vous me permettez. — Уверенно, хоть и с акцентом сказал РСФСР, стремясь быстрее найти выход из столь неудобного положения. — Quel enfant mignon et poli! Merci, jeune homme, mais ce n'est pas nécessaire. Je suis seulement chargé de vous informer que vous êtes maintenant autorisé à accompagner votre père dans les réunions. Bonne chance et bonne journée! — Француз лишь поманил к себе своих воспитанников и так же быстро скрылся из виду в толпе, как и появился. — Как только мы вернёмся домой, ты немедленно приступишь к английскому. Как ты вообще всё это время разбирался в том, что обсуждалось на собраниях, отец? — Мм, я не разбирался – просто просил кого-то ближайшего кратко перевести, о чём идёт речь, мне ещё не отказывали. А вы сейчас о чём тут лялякали вообще? — Франция сказал, что теперь мне можно сопровождать тебя на собраниях, так что мы можем сразу отправиться туда. Если честно, то мне никогда не нравилось сидеть в той комнате – теперь я хотя бы буду заниматься чем-то более полезным.. — Эх, Россия.. Знал бы ты, насколько впустую мы тратим своё время, торча в этом городишке! Впрочем, ладно, идём..       И они зашли внутрь. Теперь у РСФСР была прекрасная возможность рассмотреть это здание получше. Как ему и показалось до этого, обстановка была благоприятной и настраивающей на продуктивную работу, а также довольно удобной в плане движения по этажам и коридорам. Как только СССР и РСФСР зашли в Зал Заседаний, к ним как по команде приковались множество крайне заинтересованных взглядов. Большинство присутствующих не были осведомлены о том, что с ними за одним столом будет сидеть наследник Советского Союза, кто также станет слушать вещающего и даже может сказать пару слов о чëм-либо, что вводилось в практику впервые, хотя было довольно интересным экспериментом. Ведь юные Воплощения вполне могли бы также совещаться со старшими, нужно было лишь дать толчок этим процессам и РСФСР мог стать их началом. Юноша, как и его отец, держались очень ровно и вели себя как и всегда сдержанно, но кому-то было непривычно видеть, как ребёнок вёл себя настолько спокойно и вовлечённо в обсуждаемую тему. Особенно это для себя подчеркнул Великобритания, привыкший ассоциировать детей с вечным хаосом. Во время перерыва, когда Союза отвлёк США, британец подошёл к мальчику и решил завести с ним разговор с целью закрепить свою позицию на его счёт. Конечно же, Империя неплохо владел русским, но был заинтересован в проверке английского у молодого государства, который вскоре его приятно удивил, ведь владел им РСФСР так же хорошо, как французским и немецким. — Good afternoon, young man. The RSFSR, right? May I have a word with you? Without a specific goal, we haven't had a chance to talk before. — Спокойно начал Великобритания. — Greetings, British Empire. That's right, the RSFSR, the successor of the Soviet Union. I'd be happy to talk to you. What exactly are you interested in? — С интересом отозвался РСФСР, иногда оглядываясь на своего отца и следя за том, чтобы тот не вступил в перепалку с Соединёнными Штатами. — Don't think my question is rude, but is it true that you plan to spread socialism around the world? — Британец мог спросить что угодно, но решил начать с самого очевидного. — Yes, it is. But we do not intend to inculcate socialism. We only want to suggest it as a policy option. Everyone will decide for themselves how profitable it is for them — Okay, I get it. What about rehabilitation? How do your brothers and sisters feel about them? Are these sessions useful? — Вопрос был не для себя, его Великобритания задал для того, у кого была заинтересованность, но не время, чтобы задать его юноше лично. — We all understand that this is a necessary measure introduced for our own good. The sessions are partly useful. I personally have not discussed this with the younger ones, but progress is noticeable in terms of changes in their behavior.. — РСФСР заметил, что СССР закончил говорить с США и очень уверенно направлялся к ним. Кажется, разговор с Британией нужно было уже заканчивать. — Well, that's nice. It seems your father is going to pick you up. Finally, I will only inform you that the United States intends to hold an open meeting with you on Friday – you will find out the details on the spot. Have a good time.. — Великобритания неспешно удалился, даже не смотря в сторону подошедшего СССР. — Так! Ну и о чём вы с ним бубукали? Мне вообще можно на минуту тебя одного оставить, чтобы ты не разговаривал тут со всеми подряд? Это небезопасно, РСФСР! — Я понимаю, отец.. Он спрашивал меня про реабилитации, в частности их пользу. А ты о чём говорил с США? Вы не ругались? — К сожалению нет, хотя я уже был готов как следует вмазать ему за навязчивость.. Он тоже нёс какую-то ахинею про чëртовы реабилитации! Мне кажется, они в сговоре.. Тебя американец тогда о чём спрашивал? — Опять же, ни о чём личном и секретном. Какую-то свою позицию на что-то также не пропагандировал. Только говорил как-то раз, что действует из лучших побуждений — Ага, как же! Знаем мы эти побуждения.. Хрен с ними всеми, пошли домой уже!       СССР и РСФСР вышли на улицу. Только Союз собрался применить телепортацию, как его сын внезапно заприметил около входа в Штаб-квартиру ООН Францию, за которым стояли Италия и ФРГ, и Америку, который активно что-то плёл французу.       «Опять из-за ФРГ спорят.. США хочет, чтобы немец был с ним, а Франция хочет, чтобы с ним. Интересно, с кем хочет быть сам ФРГ? Италия выглядит счастливее и спокойнее, чем Япония и сыновья Корейской Империи, которые на попечительстве американца.. Наверняка можно найти иное решение! Надо будет спросить это у США в пятницу» — РСФСР? Ты слышишь меня вообще? — Голос отца тут же вырвал парня из мыслей и заставил вернуться в реальность. — Ты не отвлекайся, сконцентрироваться нужно! — Я понимаю, отец.. Просто я увидел ФРГ и задумался. С момента раздела Германии прошёл уже почти год. Когда ГДР сможет продолжить общение со своим братом? — Когда эти дураки определятся, кто будет присматривать за ФРГ. Я не собираюсь связываться то с этим американцем, то с французом ради племянников того урода — Хорошо, вопросов больше нет, идём же       И они наконец вернулись домой. Там всё было так же спокойно, как и перед уходом старших. Карело-Финская, Эстонская и Латвийская ССР на рыбном промысле; Литовская, Украинская и Казахская ССР в полях; Молдовская и Азербайджанская ССР отвечали за близлежащие сады с разными фруктами; Белорусская и Грузинская ССР готовили обед, а Республики Центральной Азии всё ещё отстраивали разрушенное в войну, в чём делали внушительные успехи и уже близились к завершению работ. Армения же то и дело перебегал от одной рабочей группы к другой, трудясь то в саду, то в полях, то на стройке, не находя себе места. Вместе с Грузией и Беларусью в доме находился ГДР. Он ничего не делал. Хотя, нет, безделье в доме Советов было просто невозможным. Немец читал. Читал о страданиях советского народа в войну – изучал списки погибших и пропавших без вести, составлением которых был занят РСФСР сразу после своего возвращения из немецкого плена, перехватив инициативу у Советского Союза, который и вëл подсчёт. И чем больше он читал, тем лучше понимал, насколько ужасные события были упущены из его поля зрения. Во время войны братья не сидели без дела. ФРГ ездил по лагерям с пленными и ведал соблюдением порядка, пока ГДР был с солдатами. В боях юноша участие не принимал, нет, у него была иная работа – фотодокументирование. Он без конца фотографировал немецких солдат на просторах Европы, на восток же дорога ему была закрыта, потому сфотографировать и лично увидеть ему удалось далеко не всё.       Услышав скрип входной двери, мальчик оторвался от чтения и осторожно выглянул в коридор, пытаясь понять, куда пойдёт РСФСР перед тем, как заглянуть к нему в кладовку. Сон на старых шубах и прочих тряпках немца вполне устраивал. Он уже давно променял нормальную кровать на землю, а мягкая одежда могла считаться настоящим подарком по сравнению с этим. Россия пошёл к Беларуси и Грузии, которые вовсю кашеварили и варганили на кухне, а Советский Союз отправился в кабинет. ГДР тихонько проследовал за русским, стараясь слиться со стенами, замерев у проёма. В этот момент Беларусь и увидела РСФСР. — Россия, братец! Вы с отцом наконец-то вернулись! А мы вас в окошко увидали) — Рад тебя видеть, Беларусь. Здравствуй, Грузия. Что вы решили нам приготовить? — На первое чихиртма, на второе оджахури. Может ещё салат чоги успеем приготовить. Если нет, то на ужин пойдёт – из наших всё равно немногие бы столько еды осилили. Сам знаешь, кого-то и супом накормить – уже проблема! Как собрание-то прошло? — Также без какого-либо продвижения. Сеансы реабилитаций продлили до лета, вопрос о попечителе ФРГ ещё решается. Я делаю ставку на то, что он останется с США. Франция воспитал бы его слишком вольно, а в сложившихся обстоятельствах это недопустимо. ГДР же сейчас у себя?       Только немец услышал, как его назвали по имени, как тут же ретировался подальше от кухни и быстренько перебежал обратно в свою кладовку с вещами. Теперь нужно было лишь дождаться прихода РСФСР. — Да, в кладовке нашей второй документы всё небось изучает. Ты у него будешь? — Верно, позовите ближе к началу обеда       И РСФСР ушёл к своему приятелю. Вообще он частенько к нему заглядывал. Просто так, чтобы поговорить о буднях и чтобы немец не сидел один. С другими детьми в этом доме ГДР общаться было ещё чуть боязно, уж слишком они были активные. Так они и сидели вместе до самого обеда, а потом всё вновь пошло по распорядку дня. Россия основательно готовился к новой пятнице – предстояла открытая встреча с США, которая давала возможность задать ему накопившиеся за это время вопросы. Американец же на месте также не сидел.