Эмили

Эмили На часах вспыхнуло ровно шесть утра. Будильник раздался на всю комнату противным, режущим слух писком. Сквозь писк устройства послышались шуршание одеяла и глухой стон. Вялая и слабая ото сна рука не сразу нащупала часы на прикроватной тумбочке, и после неудачных попыток "заткнуть" будильник это всё же удалось. Сонная девушка медленно села в кровати, хмурясь, и обводя осоловелым взглядом тёмную комнату. Эта растрёпанная, помятая и хмурая незнакомка - Эмили, девушка четырнадцати лет. Эмили встала с постели, и подойдя к письменному столу, включила настольную лампу, которая слабо озарила комнату. Она прищурилась, привыкая к свету. Заправив постель и собрав сумку, Эмили пошла в ванную, ибо утренние процедуры и душ никто не отменял. Через двадцать минут она уже стояла у зеркала в халате и делала укладку, стараясь не разбудить шумом фена спящую маму. Гладкие волосы блестели и переливались на свету. Эмили была шатенкой, а волосы были едва ниже плеч. Ещё через пятнадцать минут она одевалась, та не любила краситься в школу, всё равно школьный воздух уничтожит любой макияж. На настенных кухонных часах без пяти семь, девушка как раз готовила себе завтрак: яичница с сарделькой, такая не любимая, но такая питательная для голодной с вечера Эмили. Она поставила чайник кипятиться, заварила себе кофе, и натянула напульсник на запястье, пряча шрамы - обязательная часть одежды. Время семь десять. Девушка убрала грязную посуду и пошла будить маму: — мам, просыпайся, завтрак на столе.— произнесла вполголоса Эмили, тормоша за плечо мать. — ммм, угу, ещё минутку. — отмахнулась та. Эмили вздохнула, и чмокнув в щёку ещё наполовину спящую мать, вышла из комнаты. На улице было очень холодно, даже пуховики не всегда помогали. Декабрь выдался морозным, особенно перед новым годом. Одевшись, девушка сунула телефон и ключи в карман, а перчатки во второй, они были так, "на всякий случай". На самом деле она никогда их не надевает, она просто терпеть не может ни варежки, ни перчатки. Семь двадцать. Эмили спустилась с крыльца и выдохнула пар изо рта, тут же пряча нос в шарф, а руки в карманы. Она вышла за калитку, и перебежав через дорогу, быстрым шагом пошла по гололёду. Мороз колол и щипал щёки, и открытые участки кожи. Школа, где всё решает стиль и принадлежность к субкультуре, что может быть хуже? Но есть одно "но" - это лучшая школа в городе, с отличным образованием, в такую и ходит Эмили. У той не было определённого стиля, не знала она и к какой субкультуре отнести себя, ведь нравится ей многое, а вот денег не много, но она хотела одеваться в стиле "гоблинкор", для неё он выглядел очень уютным. Таких ребят как она в школе было очень мало, обычно их не трогали, не травили и не задирали. Они просто существовали и учились, они были изгоями, и таким лучше не лезть под горячую руку в старосты, также не стоит проявлять активность. Эмили узнала эти правила ещё в седьмом классе, когда она вызвалась организовать праздник ко дню учителя... И ничем это хорошим конечно же не закончилось, а Эмили стала просто учиться и не "отсвечивать" на фоне других ребят. Девушка сунула руку в карман сумки и обнаружила, что наушников не было, она панически обернулась, вспоминая где она могла их оставить или же выронить. Она цыкнула и закатила глаза, вспомнив, что она забыла их на зарядке в её же комнате. Теперь придётся идти и слушать свои собственные мысли. Эмили не любила уходить в себя. В основном мысли были угнетающими и апатичными. От них у девушки портилось настроение. Она старалась отвлечься, рассматривая номера проезжающих машин, снег под ногами, и лица прохожих, при этом не сбавляя шага. Эмили подняла глаза к небу: на чёрном как смоль небе, мелкой россыпью виднелись звёздочки. Маленькие, прямо как веснушки у детей, она улыбнулась этому сравнению и чуть пошатнулась, когда опустила глаза снова к дороге - голова закружилась от резкой смены обстановки. По дороге Эмили свернула в ближайший круглосуточный. Она купила вишнёвую жвачку - её любимую и охлаждённый чай с мятой. Она открыла баночку с жвачками и закинула в рот сразу две, попутно убирая бутылку с чаем в сумку. Резкий кисло-сладкий привкус вишни ударил в нос, и девушка слегка поморщилась. Она вдохнула ртом мороза, горло обожгло от свежести жвачки и холодного воздуха. Таким способом она хотела проверить, заболеет ли на следующее утро или нет, хотя зная её слабый иммунитет, ей и жвачка не нужна. Хватит просто пройтись по морозу без шапки или шарфа. Эмили поубавила шаг, хотя её пробирало до дрожи, и хотелось прийти в школу быстрее чтобы отогреться хоть немного. Она достала из кармана телефон и взглянула на время. Семь тридцать четыре. Ещё так много времени... Если бы она знала, что забудет наушники, то вышла бы гораздо позже. Эмили совсем сбавила шаг, и медленно, неторопливо шагала по скользкой дороге. Она надувала пузыри из жвачки и смотрела периодически в небо. Руки даже в карманах замёрзли и онемели, и лишь иногда подрагивали от холода. Соль и песок, которыми посыпали дороги ещё ночью, хрустели. На горизонте показалось здание школы, машин здесь больше, некоторые дети сюда ездят с другого конца города. Эмили не хотела в школу, просто потому что каждый день был днём сурка, только музыка помогала разбавить серость дня. Но наушники-то она забыла, и теперь девушка буквально "тащилась" в приближающееся здание. Без пятнадцати восемь. Эмили зашла в школу, еле проталкиваясь сквозь толпу тех, кто пришёл без пропусков. Она приглядела себе место на лавочке, чтобы переодеться спокойно, не толкаясь. Она сбросила пуховик, шапку, шарф, и ботинки. Пока она искала телефон по карманам сумки и пуховика, толпа в раздевалке немного разошлась, но пройти всё равно было невозможно. Девушка терпеть не могла толпы, особенно когда не за кого было схватиться, чтобы не потеряться. Она не могла объяснить, но она в какой-то степени боялась большого скопления людей, и замкнутых пространств тоже. Ей нужен был знакомый человек или друг, которому она могла довериться, чтобы тот провёл её сквозь толпу, или же не дал ей запаниковать в маленькой комнате. Эмили еле как написала маме сообщение о том, что пришла, своими онемевшими пальцами. Уже семь пятьдесят три. Все начали спешить на уроки, а опаздывающие и те, кто без пропусков стали толпиться у турникетов, но их всё же впустили. Эмили планировала опоздать. Первым география, и учитель не наругает, всё равно в мороз мало людей ходят. Дождавшись, пока раздевалка станет пустой, Эмили отнесла одежду и неспеша стала подниматься по лестнице на третий этаж, уступая тем, кто торопился. Прозвенел звонок. Девушка ещё с минуту стояла около двери в кабинет, но потом постучалась и вошла, извинившись за опоздание, на неё даже никто не поднял глаза. Несмотря на то, что в кабинете камеры, некоторые играли в телефон, прикрываясь учебником. Эмили села за пятую парту первого ряда. В классе она насчитала 13 человек, и все в основном на задних партах. Девушка положила ледяные руки на батарею, которая не хило грела и посмотрела в окно. За окном пошёл мелкий снег, который поблёскивал, попадая под свет фонарей. В дверь постучались, и вошла классная руководительница, за ней шла незнакомая девушка, на вид ровесница Эмили.