Греческий носорог

**Глава 1. Греческий носорог** Сегодня всё шло не так. Я посмотрела на часы — и вот, ещё и опаздываю! А сегодня как назло ведёт Резвый — пощады мне не ждать. Я вбежала в спортшколу и замерла на входе в зал. Огромная толпа парней уже бегала разминку — и почему‑то вместе с нами бегали ребята из греко‑римской борьбы. Что за херня происходит? Пользуясь моментом, я незаметно проскользнула в раздевалку. Максимально быстро переоделась, взяла кимоно и осторожно приоткрыла дверь, чтобы оценить обстановку. Увы: тренеры греко‑римской секции стояли прямо на пути к татами — придётся поздороваться. Я подошла, обменялась рукопожатиями с одним тренером, потом с другим. Тут руку протянул какой‑то мужчина лет сорока пяти, с заметной сединой. Я пожала её — он странно улыбнулся и сделал вид, будто я слишком сильно сжала его ладонь. Пора было поскорее уходить: тренировка уже давно началась. Я натянуто улыбнулась ему и высвободила свою руку из его крепкой хватки. «Странный тип, — подумала я. — Зачем он постоянно сюда ходит?» Я поискала глазами своих подруг. Я пришла на дзюдо относительно недавно, но довольно хорошо влилась в коллектив. Конечно, иногда возникали конфликты — но они неизбежны там, где есть парни-подростки Наконец я их заметила и быстро присоединилась к группе, обняв девочек. Ангелина тут же дёрнула меня за рукав и прошипела: — Улыбаемся и машем. Я удивлённо посмотрела на неё, и она пояснила: — Сегодня какая‑то важная персона приехала. Анатолий Иванович сейчас с ним экскурсию проводит, а нас зачем‑то снимают — так что улыбайся. Я закатила глаза: — Я рассчитывала сегодня поиграть в регби, расслабиться… — Вот-вот, — недовольно подхватила Соня. — Я тоже не планировала сегодня надевать кимоно. Мы уже пятнадцать минут бегаем — я уже заебалась. Но самое неприятное было впереди — акробатика. Причём не наша, а греко‑римская. Делать кувырки в такой толпе — настоящий ад. Краем глаза я заметила, что один из парней‑греков странно на меня смотрит. Он с пугающей быстротой приближался: стоило отвести взгляд — и он оказывался на метр‑два ближе. Между нами и так было не так уж много места. Парень был лохматый и чем‑то очень знакомый — только вот чем, я не могла понять. Затем мы приступили к акробатике в парах. Я стояла, упираясь руками в колени и наклонив голову, ожидая, пока Соня прыгнет через меня в кувырок. Но вместо этого я вдруг получила удар по затылку — рукой или ногой, не разобрала. В голове зазвенело, перед глазами появились тёмные пятна, которые медленно разрасползались. Я потеряла равновесие и начала оседать на пол. Откуда‑то издалека донеслись голоса девочек, ругавшихся с тем, кто меня ударил. — Ты носорог! Ты чо, не смотришь, куда кувыркаешься?! — кажется, это была Ангелина. — У тебя что, глаза на затылке? Ты ей чуть голову не проломил, идиот! — подхватила Соня. Я плохо различала их голоса. Кто‑то начал меня поднимать — похоже, Соня. Постепенно сознание прояснялось. На крики подошёл Ратимир — он у нас вроде как за старшего: — Вы чего тут развизжались? Он не специально, просто на неё налетел. Идите дальше, не создавайте толпу. А ты отведи её в медпункт. В следующий момент я почувствовала, что Сонины руки сменились на более крепкие, мужские.. Незнакомец закинул мою руку себе на плечо, другой рукой обхватил за талию, прижал к себе и почти оторвал от земли. А-ХУ-Е-ТЬ — он сделал это так, будто я весила не больше пяти килограммов. Я еле переставляла ноги из‑за головокружения. Он повернул ко мне голову и тихо извинился, что‑то добавив про то, что нужно подойти и кому‑то что‑то сказать. Я не особо вслушивалась — засмотрелась на его лицо. Он был довольно красив: на лбу выступили капельки пота, пряди волос прилипли ко лбу, ярко‑карие глаза поблескивали на солнце. Внезапно чей‑то голос ворвался в мои мысли: — Михаил, ты что охренел . Неси её в медпункт, живо! Меня уже практически несли. Я едва переставляла ногами, а на выходе из зала, где была ступенька, я споткнулась и уже приготовилась упасть лицом вперёд. Но вместо этого мои ноги оказались в невесомости — я полностью оказалась у него на руках. Парень продолжал бежать так, словно на руках у него никого не было. Через три минуты мы уже были у двери медпункта. Михаил толкнул её ногой — раздался короткий скрип петель. — Людмила Павловна, я вам тут пациентку принёс, посмотрите её, пожалуйста! — громко, но без паники произнёс он. Не дожидаясь ответа, Миша бережно уложил меня на кушетку. Движения его были уверенными и осторожными, словно он боялся причинить мне лишнюю боль. Он склонился надо мной, всматриваясь в лицо, — будто хотел убедиться, что я всё ещё дышу. В его карих глазах читалась неподдельная тревога. Почти шёпотом он спросил: — Тебе что‑нибудь нужно? — Телефон… Мне нужен телефон, принеси, пожалуйста, — едва слышно ответила я, чувствуя, как головокружение понемногу отступает, но слабость всё ещё сковывает тело. Он тут же сорвался с места — так стремительно, что я едва успела заметить, как мелькнула его фигура в дверном проёме. Людмила Павловна, полная женщина с добрыми, но строгими глазами, тут же сунула мне под нос ватку с нашатырём. Резкий запах ударил в нос, из глаз непроизвольно потекли слёзы, но зато в голове постепенно прояснилось. Мир перестал кружиться, а тёмные пятна перед глазами растаяли, И тут я увидела свой телефон — он уже лежал на кушетке рядом со мной. Видимо, Миша нашёл его в нашей раздевалке и принёс так же быстро, как и обещал. — Тебя смогут забрать? — мягко, но деловито спросила медсестра, вытирая руки о белый халат. — Да, конечно, — ответила я, с благодарностью взглянув на Людмилу Павловну. Пальцы дрожали, но я всё же смогла нажать на иконку вызова с подписью «Папа💗».