Часть 15. Репетиция

Репетиционная комната гудела привычным шумом: кто-то настраивал оборудование, кто-то перебрасывался короткими фразами, проверяя звук. Усилители стояли вдоль стен, кабели путались под ногами, воздух был пропитан смесью сигаретного дыма, кофе и ожидания. Никки зашёл последним, держа в руках свой бас. Он на секунду остановился у входа, огляделся и кивнул ребятам. — О, наконец-то, — бросил Томми, не отрываясь от установки. — Мы уже думали, ты опять потерялся где-то в своей личной жизни. Никки усмехнулся, проходя внутрь. — Не начинай, — отозвался он спокойно, подключая инструмент. В этот момент дверь снова открылась, и в комнату вошёл Док Макги с папкой документов в руках. Он выглядел собранным, деловым — как всегда, когда дело касалось чего-то серьёзного. — Доброе утро, господа, — сказал он, оглядывая всех. — Док, — кивнул Томми. — У нас что-то горит? — лениво спросил Винс, проверяя микрофон. Док перевёл взгляд на Никки, чуть прищурился. — Слышал, у тебя появилась девушка. В комнате на секунду стало тише. Даже гитара на фоне будто затихла. Никки, не поднимая головы от баса, усмехнулся. — Да. По-любому Томми уже разболтал тебе, да, Док? Томми хмыкнул: — Эй, это называется “информация”, а не “разболтал”. Док улыбнулся уголком губ, но не стал развивать тему. — Ладно, господа… у нас дела поважнее. Он положил папку на ближайший стол и открыл её. — Садитесь. Ребята переглянулись, но без лишних слов начали подтягиваться ближе. Атмосфера сразу изменилась — шутки ушли на второй план. — Что случилось? — уже серьёзнее спросил Винс. Док провёл рукой по документам, будто собираясь с мыслями. — Я не буду ходить вокруг да около. Он поднял взгляд на каждого из них. — На дворе 89-ый год. Мы на грани исчезновения. В комнате повисла тяжёлая тишина. — Сейчас конец восьмидесятых, — продолжил он. — И рынок меняется. Публика меняется. Люди начинают слушать другое. Томми нахмурился, откинувшись на стуле. — В смысле “другое”? Мы всё ещё продаём билеты. Делаем бабки. Нюхаем кокаин и трахаем фанаток… Док кивнул. — Пока — да. Но тенденция уже видна. Глэм рок перестаёт быть тем, что привлекает массы. Новые группы, новые звуки, более “грязные”, более… настоящие для сегодняшней аудитории. Никки молчал, пальцы автоматически перебирали струны баса, не извлекая звука. — И что ты предлагаешь? Попросить помощи у Металлики? — спокойно спросил он, не поднимая глаз. Док выдержал паузу. — Нам нужно адаптироваться. Винс скептически усмехнулся. — Адаптироваться как? Мы что, должны внезапно стать другими людьми? Че за хуйня — Нет, — ответил Док. — Но если вы хотите остаться на вершине, нужно быть готовыми немного изменить направление. Звук. Подход. Имидж — возможно. Томми переглянулся с Винсом. — Это уже звучит как “давайте станем кем-то другим”. — Это звучит как “давайте не исчезнем”, — спокойно парировал Док. Тишина снова повисла. И только Мик сидел в стороне, почти не реагируя на разговор. Он молча держал гитару, проверяя струны, будто всё происходящее его касалось, но он не собирался это обсуждать вслух. — Мы не просто группа, — продолжил Док. — Вы бренд. И если бренд перестаёт быть актуальным — его перестают покупать. Он посмотрел прямо на Никки. — Сейчас у вас есть время это изменить. Но его не так много, как вам кажется. Никки медленно поднял взгляд. — То есть либо мы меняемся… либо нас стирают. Док кивнул. — Именно так. В комнате снова стало тихо. Не неловко — скорее напряжённо, как перед важным решением, которое уже нельзя отложить. Никки провёл рукой по грифу баса и тихо сказал: — Тогда придётся думать быстрее, чем обычно. Томми усмехнулся, но уже без прежней лёгкости. — Ну да… весёлое утро. Мик по-прежнему молчал.