Часть 5. Медленное тепло

Они не торопились. Спайк переехал в её дом — не сразу, постепенно, оставляя вещи в мастерской, пока однажды не понял, что ночует у неё каждую ночь. Флаттершай не задавала вопросов, не требовала обещаний. Она просто ждала, когда он будет готов. Он готовил завтрак, она кормила животных. Днём он шил, она работала в саду. Вечером они сидели на крыльце, пили чай и смотрели на звёзды. Их первая ночь случилась не в порыве страсти, а в тихой уверенности, что они нужны друг другу. Спайк зажёг свечи в спальне. Флаттершай сняла своё льняное платье и осталась в тонкой сорочке. Он смотрел на неё — на её мягкие волосы, на родинку у ключицы, на улыбку, которая была настоящей, не дежурной. — Иди сюда, — позвала она. Он подошёл. Она расстегнула пуговицы его рубашки, провела ладонями по груди. — Ты красивый, — прошептала она. — Ты тоже. Он поцеловал её — медленно, глубоко. Она ответила, прижимаясь всем телом. Они упали на постель, и свечи мерцали, отбрасывая тени на потолок. Он целовал её шею, плечи, грудь. Она выгибалась, шепча его имя. Её руки блуждали по его спине, ногти оставляли лёгкие следы. — Я хочу тебя, — сказала она. — Я здесь, — ответил он. Он вошёл в неё медленно, чувствуя, как её тело принимает его. Она обхватила его ногами, притянула ближе. Они двигались в ритме, который знали наизусть — но каждый раз он был новым. Свечи догорали, тени плясали на стенах. — Я люблю тебя, — сказал он. — Я знаю, — ответила она. — И я тебя. Они уснули в обнимку, и Флаттершай впервые за долгое время не видела кошмаров. Через год Пинки Пай заметила, что Флаттершай стала осторожнее — не пьёт кофе, не поднимает тяжёлое, часто отдыхает. — Ты беременна? — спросила она прямо. Флаттершай покраснела. — Да. Пинки закричала и обняла её. Твайлайт узнала следующей. Она заплакала от счастья. Эпплджек привезла корзину яблок: «Ешь, полезно». Радуга Дэш пообещала научить ребёнка летать (Флаттершай мягко напомнила, что дети не рождаются с крыльями). Рарити прислала открытку и детское одеяло ручной работы. Роды прошли легко. Флаттершай родила дочь — тёмноволосую, с зелёными глазами. Назвали Авророй. — Она похожа на тебя, — сказала Флаттершай. — Она похожа на нас, — ответил Спайк. Аврора росла тихой, как мать, но упрямой, как отец. Она любила сидеть на руках у Спайка, пока он шил, и слушать, как жужжит машинка. Она любила гладить щенка Грома и дёргать Анжелу за хвост (старая крольчиха терпела). А ещё она любила смотреть на звёзды. — Ты хочешь ещё детей? — спросила Флаттершай однажды, когда Аврора уснула. — Хочу, — ответил Спайк. — Но не сейчас. Пусть она подрастёт. — Хорошо, — сказала она. — Тогда у нас будет время побыть вдвоём. Она поцеловала его, и за окном шумел город, а внутри было тихо и уютно.