0

Фрэнк был очень внимательным, иногда просто останавливался, чтобы посмотреть на мир и собрать маленькие детали. Сложно было объяснить, что происходит в его голове, он просто наблюдал за человеком или местом, собирая длинный список. Через мгновение этот список удалялся, но оставлял после себя след благодаря которому он знал, как к кому относится. Стажеры это всегда что-то сложное, но кто же знал, что одна из них будет за ним охотится. Фрэнк видел это во взгляде, по мимике лица, Сантос презирала его, боялась, пыталась отстаять свои хрупкие границы. Такое бывает с теми, кто раньше подвергался насилию, Фрэнку было их жаль всей своей душой, поэтому он старался либо держатся от них подальше, либо помочь своим молчанием. Но когда они в попытках защиты пытались нападать на тех, кого считали плохими, к этому нельзя было относится спустя рукава. Ее глаза следили за ним, она проверяла его пациентов, лекарство которые он выписывал. Где-то среди мед работников ходили разговоры, как кто-то спрашивал о том как заявить о домогательстве со стороны старшего врача. Что-то было искажено, что-то приувеличено, но Фрэнк знал, что это она и про него. Ни что из этого не кольнуло за живое. Обыденым шагом он прошел к своему шкафчику, взял украденные лекарства и с тем же спокойным видом вернул их обратно. Работа в больнице была интересная, но она надоедала, Фрэнк брал лекарство подлежащие утелизации из простого интереса, когда это вскроется, что произойдет и чтобы посмотреть на чужую реакцию. Это был глупый азарт, который мог стоит всего, но Фрэнк давно потерял интерес к жизни в привычном его понимание. Будь это кто-то другой, он бы позволил правде скрыться, но Сантос была другим делом. Она следила за ним не из беспокойства за пациентов, а из не оправданой не приязни по отношению к нему. Если завтра появится другой врач или ординатом мужчина который ей не понравится у нее будет мысль, о том, что она имеет право с этим разобраться. Никаких улик, никаких доказательств, осталось только ждать и на удивление это произошло быстро. Через все отделение Фрэнк видел как она говорит с Робби и они время от времени смотрят в его сторону. Спектакль начался через мгновение когда Робби позвал его пройти с собой. Они должны были пройти по коридору в кабинет Робби, но они шли в другую сторону, туда где находились шкафчики, Фрэнк сузил свои глаза. — Ты воруешь лекарства. Не вопрос, а утверждение, Робби был уверен, но ждал подтверждения которое ему не было нужно. Укол сильного разочарования ударил в грудь Фрэнка. — Да, а еще кровь ворую, чтобы не сгорать под солнцем. Шутка ради паузы, Фрэнку нужна секунда, чтобы проглотить разочерование которое он давно не испытывал. В последний раз это было, когда он как умо лишеный искал работу, встретил мило хозяина кофе, разговаривал с ним почти час и тот дал надежду и веру в будущее. Но придя через три дня он узнал, что хозяин уже забыл о нем и поставил на должность кого-то другого. Из воспоминаний Фрэнка вывел оглушающий удар по металическим дверцам шкафчиков и хриплый крик Робби. — Открой этот чертов шкафчик или я позову охрану и они вскроют его перед всеми! Фрэнк почувствовал, как Робби, тот Робби которого он знал исчез из его поля зрения. Подойдя ближе он нажал правильную комбинацию и дверца открылась с целчком, его отолкнули в сторону и Робби словно одержимый вытащил все вещи из шкафчика. Не найдя ничего он раскрыл легкий рюбзак и бросил все содержимое на пол. Когда и там ничего не оказалось его плечи опустились, напряжение ни куда не ушло, когда он силой сжимал челюсть. — Они в твоей машине? Был ли это вопрос или еще одно утверждение, Фрэнку было плевать. Его синие глаза стали отстраненые, покрытые толстым слоем холода. — Поговорим об этом позже, когда ты придешь в себя. Фрэнк пости мгновенно собрал вещи с пола обратно в рюбзак и пошел в сторону выхода. Позади него Робби что-то говорил, пытался схватить его за руку или плечо, но это уже не имело никого значения. Выйдя из больницы он пошел к своей машине, сев на водительское сиденье он достал ноутбук. Звук клавиатуры был единственным в машине в конце парковки. Минуту за минутой на экране появлялся длинный текст. Сначало была идея уйти в ночную смену, Джек Эббот мог пугать, но Фрэнк верил в него и его знания. Но это же доверие остановило его в середине письма, Джек того не стоил. Челчок и весь текст был удален и он начал его заново с целью перевода в другую больницу, Робби его не стоил. Из-за дислексии было сложно написать хорошее письмо с первого раза, поэтому он включил плейлист с песнями погружаясь в написание с головой. Фрэнк не знал сколько времени прошло когда музыка на его телефоне остановилась и раздался звук звонка. Это был Эббот. Нахмурив брови Фрэнк задавался вопросом зачем тому звонить ему когда ночная смена еще не началась. Свет привлек его внимание и впервые он бросил взгляд в сторону больницы, там были люди, много людей и много раненых. — Алло, я слушаю. С другой стороны были слышны обычные крики больницы, диагнозы от врачей, боль пациентов, но голос Джека был спокоен как всегда. — Во время стрельбы подстрелили подружку Джейка, Робби не смог ее спасити. Ты ему нужен. — Это ужасно, но я занят и не смогу добрать до больницы из-за пробок. Уверен вы с Даной сможете его поддержать. — Фрэнк я видел твою машину в конце парковки. Не знаю, что между вами случилось, но сделай это ради меня и Даны. Джек как всегда был не пробиваемым, Фрэнк молчал обдумывая что делать. День был сложный и знай он что будет стрельба уехал бы домой. Но вот он здесь, в нескольких метрах от больницы и Джек ждет, чтобы он поддержал Робби во время его самобичеваний. Тяжело вздохнув Фрэнк вышел из машины и направился в больницы, показав свои документы при входе он нашел глазами Джека и подошел к нему. Не смотря на то что его рука была засунута в чужой желудок Эббот совсем не изменился в лице. Подняв взгляд вверх на Фрэнка он кивнул в сторону. Врачи и мед работники кидали на него взгляды, пока он шел в нужном направлении. Зайдя внутрь и закрыв за собой дверь Фрэнк увидел закрытые трупы тех кого не удалось спасти и Робби плачущего на полу. Он прижался к стене закрыв лицо руками в попытках прекратить свою панику и снова убежать от проблем с которыми боялся столкнуться лицом к лицу. — Робби. Голос Фрэнка не был громким, в нем не было никаких лишних эмоций. Робби поднял взгляд на него все еще дрожа всем телом, но его разум заметно отвлекся из-за присуствия Фрэнка. — Почему ты пришел? Уходи. Голос Робби дрожал и он все еще задыхался, но Фрэнк удивлялся тому, как быстро он стал холоден к своему наставнеку. — Я здесь из-за Джека, он рассказал мне все и попрасил помочь тебе. — его взгляд прошелся по трупам лежащих в ряд. На самом деле их было меньше, чем он ожидал увидеть. — Их смерть это и в правду трогедия, но как ты можешь жалень, что спас всех остальных? Вопрос Фрэнка еще больше вывел Робби из его замкнутого состояния. Ему хотелось закричать, что тот говорит глупости, что он не может быть таким черствым по отношению к тем, кого они не смогли спасти. Но все эти слова застряли в его горле когда он посмотрел в синие глаза без эмоций. Еще никогда Фрэнк не смотрел на него такими холодными глазами, словно он был незнакомцем с которым ему приходилось иметь дело. — Там десятки тех кого вы спасли и еще десятки кого нужно спасти. Когда ты сидишь здесь и думаешь о том, что не достаточно хорош раз не спас и этих людей ты забываешь значимость тех кого спас. Робби здесь больше никого нет, никто не пройдет этот день вместо тебя, никто не встретит этих людей вместо тебя. Если у тебя есть время унижать себя из-за тех кого ты не смог спасти, найди время, чтобы сообщить родственикам тех кого спас, что сегодня они не будут никого хоронить. Дождавшись когда его слова дойдут до Робби в полной мере и он немного придет в себя, Фрэнк развернулся и вышел. Направляясь к выходу он задавался вопрос, что заказать доставкой. Еще пару дней он мог не ходить на работу пока его перевод не будет полностью организован, в своем письме он так же может написать про эту стрельбу в качестве причины ухода. Но не успел он выйти из больницы как сильная рука сжала его плечо. Джек. — Спасибо, что пришел не смотря на свою занятость. Можешь подождать меня в машине? Хочу поговорить о том, что лучшему ординату не стоит так просто бросать свои пациентов. Фрэнк с трудом сдерживался от того, чтобы не закатить глаза, но лишь кивнул. Вернувшись в машину он как и планировал стал выбирать, что заказать в качестве начала своих выходных. Ему хотелось торт с клубникой и сливочным кремом, которым он мог угостить своих малышей, когда они к нему приедут. Не смотря на часы Фрэнк потерял счет времени когда раздался стук в окне. Слегка вдрогнув от неожиданости он было закричал, но увидев Джека разблокировал двери впуская врача внутрь. — Прости это было долго. — Сев на соседнее место Джек с интересом осмотрел машину, замечая, что в ней ничего нет. Никаких фото, брелков,украшений или лишних вещей. — Расскажешь, что случилось между тобой и Робби? Фрэнк знал, что разговор будет об этом, что Джек не будет ходить кругами. Было приятно быть с тем, кто не меняется из-за пустяков. — Я очень не понравился одной из новых стажеров, сначала она хотела заявить на меня за домогательство, поняла, что это не безопасно и начала следить. — продолжая печатать текст на ноутбуке Фрэнк время от времени поднимал взгляд вверх проверяя, что именно он написал. — Она решила, что я ворую лекарство и сообщила об этом Робби. Я думал, что мы поговорим об этом в его кабинете, но он потребовал открыть шкафчик и не найдя там ничего решил, что лекарство в машине. Я решил, что он того не стоит. Голос Фрэнка был спокоен как будто он расказывал про вчерашнюю погоду и внутри него было точно такое же спокойствие. Та меленькая искра разочарования появившеяся днем давно потухло не оставив после себя и следа. Джек внимательно наблюдал за ним, вслушивался в каждое его слова, складывал перед собой простой пазл. — Робби виновен, я не буду его оправдывать. Но вы друзья, может не стоит стирать его так сразу. — Серьезно? Даже если я ворую лекарство и являюсь наркоманом, он не имел право кричать на меня так, словно я убил его родителей. К обычным наркоманам он относится явно лучше, с ними у него есть терпение и понимание. Без доказательств он обвинял меня с такой увереностью, как будто знал все лучше всех. И перестань называть его моим другом, он себя таким не считает. Он мой друг когда ему нужно мое доверие или помощь, но когда это все нужно мне, он строгий наставник который отделяет жизнь от работы. Но будь он хорошим наставником позвал бы меня в свой кабинет, чтобы поговорить, а не обвинял из-за слов просто стажёра в его первый же день. Джек как всегда видел глубже, чем другие могли подумать. Фрэнк печатал слезливый рассказ о том, как тяжело терять пациента и без минуты на горе идти к следующему, ведь это отдел не отложной помощи, хотя на самом деле никогда не испытывал подобных проблем. Иногда он правда задавался вопросом как работает его мозг. Ещё этим утром Робби был близким человеком, тем кому он был готов помочь многим, а теперь этот человек исчез из его мира, как будто его и не было. — Ты разочарован в нем. Я бы тоже был, но может стоит дать ему второй шанс? Теперь он будет знать, что ты не кусок пирога с которым он может делать все что ему вздумается. Усмехнувшись Фрэнк сохранил письмо и вернулся на страницу со списком фильмов которые планировал посмотреть. Его выходные должны пройти если не хорошо, то хотя бы приятно. — Я не собираюсь давать шанс тому, кто даже не подумает дать его мне. Ситуация была дерьмо, ведь он правда брал лекарства, может не принимал их все время, но использовал как свою личную аптечку. Стань он зависимым любое недоверие по отношению к нему было бы оправданым, но Робби все равно разочаровал его так, как многие до него не делали. Возможно это всё-таки была его вина тоже, не подпусти он Робби так близко к себе, то не был бы в таком состоянии сейчас. Фрэнк мог быть вспыльчив, с пренебрежением относился к людям, взрослым и детям. Но это никогда не касалось тех кого он считал своими близкими, его партнёр Эбби, его дети, несколько его друзей, возможно Джек и Робби раньше. Они были исключением, даже если бы в один день кто-то из них станет маньяком, он будет на их стороне, потомучто они особенные, они часть его мира. — Он был особенным, поэтому я разочарован. Возможно не таким особенным как Эбби или мои щенки, но достаточно, чтобы иметь значение. — сделав паузу Фрэнк поднял глаза вверх, ему не нравилось делится с людьми нежными эмоциями, это вызывало в нем смущение. — Ты тоже особенный. Мы не часто общаемся, ты не особо меня любишь, но у нас общий юмор, мы понимаем отношение друг друга к тем или иным вещам. Но даже ради тебя не стану возвращаться к Робби. Я был готов прекрыть его даже если он убил пациента, потомучто тот ему не понравился. А он был готов выгнать меня из отделения и больше никогда не видеть, потомучто кто-то ему сказал, что у меня зависимость. Джек слушал молча, он как никто другой знал, что лучше молча слушать, когда кто-то делится чем-то личным. Фрэнк иногда работал с ним в ночную смену, они правда понимали друг друга. У них было разное прошлое о котором они никогда не разговаривали, но теми кем они стали было достаточно, чтобы понимать друг друга. В армии Джеку редко доводилось встречать таких людей как Фрэнк, но все знали, что с ними безопасно, если ты их друг они готовы убить ради тебя. Робби не был плохим, тупым как камень когда дело касалось эмоций? Да. Но не плохим, просто они с Фрэнком были разные, не могли осознать намерения друг друга и сесть поговорить тоже не могли. — Если ты принял решения я не буду ничего говорить. Просто дай этому месту неделю ради меня. Если Робби не перестанет быть тупицей поменяй смены, я всегда буду рад тебе. Не обязательно прощать его, чтобы быть в больнице. Закрыв лицо руками Фрэнк вздохнул. Не стоило открывать двери машины, не стоило ждать Джека, надо было сразу уехать, а не сидеть и писать письмо на парковке. Джеку не нужно было быть правым, он был достаточно убедителен, достаточно уверен в том, что говорил, чтобы внутри Фрэнка возникли сомнения. Но он все ещё планировал заказать торт. — Я уже запланировал торт, поэтому не жди меня ближайшие пару дней. Я подумаю, но только из-за тебя понял? Улыбка расцвела на лице Джека когда он пытался скрыть от всего мира и от себя тоже, как в груди разливалось тёплое чувство. Фрэнк был не постоянным, раздражающим, ценичным, принцепиальным и очень верным. Он был чем-то из нормальной жизни и тем, кто напоминал прошлое на фронте. — Хорошо. Покушай, сходи куда нибудь и возвращайся к нам. Между ними было тишина еще некоторое время пока Фрэнк не уехал, даже не дагадываясь, что во время всего разговора Робби стоял рядом с машиной с трудом переваривая услышаное. Смотря на ночное небо без звезд он впервые за многое время подумал, что возможно ему нужна терапия.