Явь

      Рука тянется к его лицу и она не может объяснить, почему. Нет ни волнения, ни страха. Лишь лес, Лада и Озар. Холодная и грубая рука касается лица юноши, такого нежного... Мозоли на пальцах с небольшим скрежетом проводят линию от скулы до губ и обратно. Девушка отводит большой палец и аккуратно прикасается им к губам Озара, приковывая к ним свой печальный взгляд. Нежная кожа юноши оставляет в его воспоминаниях небольшие покалывания от мозолей девушки. Она же чувствует тепло дыхания, окутывающее её большой палец. Нежно проведя пальцем по нижней губе, девица наконец-то решается сказать:       — Кожа твоя очень мягка, — после этой фразы взгляд устремляется выше, устанавливая зрительный контакт с Озаром. — Не видела она тяжёлой работы.. потому и нежна.       И вновь глаза опустила на землю под ногами.       — Не знать мне счастья этой нежности, — хотела было Лада опустить руку, да юноша не позволил. Нежно перехватил он её запястье, обдавая его своим теплом. Касания волхва действительно казались особенными, он правда выбран богами, в этом не было сомнений. Глаза девицы вновь поднялись, были подобны они ветру, богу Сварогу, потому что так и бегали туда-сюда. Наверное, оттого и были так прекрасны, что жизнь в них кипит.       Волхв вернул ладонь Лады к своей щеке. Его ладонь легла поверх, обволакивая нежностью этот момент.       — Не говори этого, — твердо вымолвил тот, — Слышать подобного не желаю.       Темный взгляд его серьёзен, смотрит глубоко в душу, минуя всё телесное. На мгновение он отрывает кисть девушки и подносит её пальцы к своим губам, удерживая недалеко от них. Он рассматривает каждую складку кожи, каждую рану, шрам или мозоль. Эти руки много трудились. Многое они видели. И волхв знал это, не нужно было спрашивать богов.       — Они прекрасны, Лада. — лёгкое касание оставляет еле ощутимые мурашки. Пробегают они от костяшек, до позвоночника. Тепло дыхания, взгляда и губ Озара будто не уходит. Оно остаётся даже, когда юноша опускает девичью руку.       Нити судьбы плетутся давно и лишь Роду и Мокоши известно, что уготовано каждому живому существу. Недоля пропустила узел на своей нити, а Доля же завязала лишний. В этот момент не пройденный жизненный цикл обретает новое продолжение. Богиня Мокошь не сердится. На её лице появляется улыбка и говорит она тихо своим помощницам.       — Я предрешаю судьбу.. но есть нечто сильнее в нашем мире, чем мои замыслы. — божество одарило ласковым взглядом Долю и Недолю.       — Да будет так. — и продолжили три божества ткать дальше на веретене судьбу, что изменить смогли обитатели Яви.       Лада словно окутали божественные силы. Она почувствовала в себе нечто новое, чего раньше не было в душе её. Понять только не может, что это. Рука девицы вновь взмывается вверх и сливается с мягкими темными волосами волхва. Притянув ближе его лицо к себе, Лада оставляет самый нежный поцелуй, на который только способна. Сухие губы двух людей слипаются, не желая разрывать их связь. Но воля девушки сильнее, а лик её потерял прежнюю печаль. С этого момента нити судьбы изменились, не те они, которыми их делала Мокошь. И в груди Лады теплится надежда.       Темный взгляд волхва заставляет тонуть в собственных мыслях, словно не Озар пред девицей, а само воплощение Морока. Но это не так. Наваждения бога играют с людьми злые шутки, заставляют чувствовать то, что было неведомо, но истину способны найти сильные духом. И будут вознаграждены они Явью. И Лада знала — это Явь.