Отголоси страсти.

Я понял, что провинился, когда посреди затянувшейся переписки с Линардом ощутил жар и желание. Вот только эти чувства не принадлежали мне. Сосредоточиться на нудном докладе напарника теперь не было ни малейшего шанса: я перечитывал строчку уже пятый раз, но смысл текста так и не понял. Пламя внутри разгоралось, в голове возникали навязчивые картинки — я точно знал, чем сейчас занят Айден. Эти ощущения нельзя было перепутать ни с чем. Я оставил его одного в спальне, хотя это был наш долгожданный выходной. Поначалу всё было отлично: вкусный ужин, парочка зачарованных браслетов — наш маленький ритуал со студенческих лет — и неспешная подготовка ко сну. Связь после зачарования приятно вибрировала, напоминая нам о близости на ином уровне. Именно в этот момент меня и выдернула служанка, сообщив об особо важном письме от Линарда. Уверен, недовольство Айдена я ощутил бы даже без связи. Всё было написано у него на лице. — Я вернусь через пять минут, обещаю. Вот только прошло уже около двадцати минут, а я до сих пор сидел в кабинете, изучая подробный доклад напарника. Окрепшая связь и близость кабинета и спальни сыграли со мной злую шутку. Откинувшись на спинку стула и прикрыв глаза, я прислушался к ощущениям, а фантазия охотно подкинула мне образ. Айден обнажённый и разгорячённый на нашей постели не спеша ласкает своё тело. Пальцы сжимают припухшие соски, оглаживают рельефный живот и наконец доходят до самого интересного. Мне удалось видеть, как принц удовлетворяет себя, всего раз. По счастливой случайности я вернулся домой раньше обычного и застал Айдена за занятием, явно не предназначенным для моих глаз. Этот момент навсегда отпечатался в моей памяти и теперь услужливо помогал увидеть картину целиком. Я представил, как изящные пальцы Айдена обхватывают член, неторопливо проводя по нему вверх. С губ срывается нетерпеливый стон, а по телу прокатывается новая волна возбуждения. Я отчётливо чувствовал это. Постепенно пальцы сжимаются крепче, а темп ускоряется, заставляя сердце биться быстрее. Дыхание предательски сбивается, и этого становится мало: мы чувствуем негодование, потребность получить больше, почувствовать привычное удовольствие. Сил сдерживаться больше нет, в штанах давно стало тесно, а сердце бешено бьётся.  Тяга овладеть Айденом неумолимо росла, жажда видеть и чувствовать всё наяву дурманила. Наконец, собравшись с мыслями, я написал Линарду ответ, пообещал ознакомиться со всем завтра и поднялся из-за стола. Неожиданно меня окатила лёгкая волна смущения и неуверенности. Я испугался. Первая и, пожалуй, единственная мысль — к Айдену кто-то зашёл, помешал или что-то увидел. Я ускорился, не желая оставлять партнёра наедине с возникшей проблемой. Благо от кабинета до спальни было всего несколько шагов. Без раздумий я распахнул дверь в спальню и замер. Айден величественно восседал на постели: как и положено принцу, он облокотился спиной на изголовье, широко развёл ноги и неуверенно растягивал себя пальцами. Тихое хлюпанье смазки сменилось шумным, прерывистым вдохом Айдена.  На мгновение я опешил, забыв, как стоит комментировать что-то столь завораживающее и прекрасное. Принц, быстро осознав ситуацию, накинул на себя плед и отвёл смущённый взгляд. Дверь с грохотом захлопнулась, а я оказался на постели раньше, чем он успел что-то сказать придавливая принца к гладкой, шелковой простыне. — Так не терпелось, или ты заранее знал, что я не выдержу такой пытки? Он не ответил, а мне и не нужно было. Связь и громко бьющееся в его груди сердце говорили сами за себя. В следующее мгновение он обвил мою шею руками, прильнул ближе, и я не раздумывая впился в его губы нетерпеливым поцелуем. Когда воздух в лёгких предательски кончился, Айден отстранился и спустился ниже, оставил невесомую дорожку поцелуев на чувствительной коже. Это стало последней каплей...