Герои ХХl | ll рассказ

Вечер. Закат разгорался на горизонте. По полю, выжженному, с давно оставленными маленькими домиками вдали после пожаров, обстрелов и других страшных обстоятельств, с вытоптанной, изъезженной танками, внедорожниками и другим транспортом дороге, двигалось несколько квадроциклов. Они ехали в тишине. Лишь гудел мотор и изредка птицы могли пострекотать, почирикать пару минут и стихнуть. Откуда, зачем, куда ехали бойцы? Артём ехал среди своих. Он следил за дорогой, может он думал о предстоящем вечере, может о семье, может о товарищах или прошедшем дне. Это знает только сам Артём, не так ли? Солдаты перекидывались фразами, говорили о чём-то тихо. Что-то изменилось? Или нет? Дальше тишина. А дальше возглас, предупреждение одного из товарищей разорвало все мысли, разговоры, даже гул мотора остался на втором плане. Он заставил сердце бойца застучать быстрее. Парень поднял голову от дороги в небо и заметил, что что-то приближается. Не что-то. Дрон. Как и крикнул товарищ, дрон. И он летел прямо на них. Артём моментально затормозил, а затем повернул в другую сторону, не отрывая взгляда от приближающегося, летательного аппарата, который мог в одну секунду оборвать всю их жизнь. Он не успел проехать вперёд, чтобы оставить себе хоть шанс спасти. Удар пришелся в живот. Больно? После взрыва Артём был ещё три часа в сознании. Он видел как в тот момент упали два товарища, возможно в них попали осколки дрона, видел как остальные солдаты ринулись к пострадавшим товарищам и к нему. Также, он видел, как рука висит на коже, как нога. Но сделать, конечно, ничего не мог. Не мог никак помочь. А после мучительных, трёх часов, Артём, измождённый, провалился в пустоту. Белгородская область. Госпиталь первой линии фронта. Глубокая ночь. Ветер завывал в окнах. Холодный, ночной, майский. Но никому в операционной не было дела до ветра. Врачи, санитарки, медсёстры стояли вокруг операционного стола и смотрели на раненого бойца. В него попал FPV-дрон, как они поняли и доложили солдаты. В операционной была тишина. Давящая, тяжёлая, словно пресс. Каждый, находящийся в операционной знал, или хотя бы догадывался, что может быть в ране. Павел стоял и смотрел на пациента, а затем оглядел остальной коллектив. Санитарочка, сосудистые хирурги и анестезиолог. Время тикало. У всех в глазах был страх. Здравый смысл шептал, что есть риски, риски, риски.... И совсем немалые. Что всё может обернуться плачевно не только для пациента, но и для самого врача. Для всего коллектива. Вдох, выдох. Время. — Я проведу операцию. — Сказал Павел твёрдо, с волнением, но бесспорно. Повисла длительная пауза. — Кастет. Риск слишком велик, послушай, сапёры уже едут. Ты понимаешь ведь, чем это всё может обернуться. — Констатировал коллега и перевел взгляд на хирурга. — Да. Но и ты понимаешь, что времени мало. — Коллега замолчал, не зная что говорить. Отговаривать от спасения бойца, что чуть не отдал жизнь? Поддерживать, возможно, последнее спасение? Павел быстро приготовил всё что нужно и вывел персонал из операционной. Он взял скальпель, хирургический зажим, руки не дрожали, может сначала совсем чуть-чуть, но не суть. Кастет закрепил тело и начал вытаскивать элемент дрона. Коллеги, взволнованные, стояли за операционной и смотрели через стекло, кто-то снимал, кто-то просто смотрел, кто-то и вовсе отвернулся, чтобы не бояться. Через какой-то промежуток времени кастет вытащил деталь. Небольшую серебристую, скорее всего алюминиевую, цилиндрической формы и погнутой трубкой, для проводов. Взрывное устройство спокойно помещалось в ладони, но не взрывалось. Затем, сосудистые хирурги зашли, сразу начали работать. И с улыбкой, наверное, даже на лице. Весь коллектив понимал, что мы тут одно единое целое и боремся за жизнь человека, такого же нашего товарища История о хирурге разлетелась быстро. В интернете часто говорили о нём, в сети были статьи, те самые видео, которые снимали коллеги, посты. А затем весть дошла и до президента Российской Федерации. Владимир Владимирович отдал приказ найти хирурга и наградить. Артём пришел в себя только спустя две недели. Его привезли в госпиталь живым, без сознания и увезли также живым и также без сознания. Он даже не знал, что в ту ночь кто-то с позывным «Кастет», готов был отдать жизнь за то, чтобы жил Артём. — Я не помню даже его лица, - сказал Артем – Просто огромная благодарность, что спасли мне жизнь. Я после ранения три часа был в сознании, видел, что нога на коже висит, рука на коже висит, думал, что уже не выживу. Спасибо от всего сердца! Кастет мог проводить иногда сутки в операционной, однако подвигом свою работу не считал: "Оперируешь каждые сутки. Однажды у меня было девять операций в сутки, я простоял с утра до вечера в операционной". Кастет был награждён Золотой Звездой и званием Героя Российской Федерации. Спасибо всем бойцам, за мирное небо над головой, за то, что отдаёте жизни за других, за каждого из нас. Помним, верим, любим, благодарим.