Глава 5

Рауль замер. Его кол остановился в воздухе. — Чего ты ждёшь? — спросила вампирша. — Давай, сделай это. Рауль не знал, чего ждёт. Вампирша могла остановить удар кола, заблокировав его деревянными наручниками, но даже не пошевелилась. Он был уверен, что она не станет сопротивляться. И действительно, она неподвижно лежала, глядя на него бездонными глазами. Волосы рассыпались по её лицу. Похоже, она даже не испытывала страха. ≪Всё правильно, — подумал Рауль. — Убей её. Даже она говорит тебе это. Давай же, быстрее≫. Только вместо этого парень медленно опустил кол и отошёл в сторону. — Нет, — произнёс он, — я не выполняю приказы тварей из Ночного Мира. Рауль был настороже, опасаясь каких-либо движений вампирши, но она только взглянула на деревянные наручники, сковывавшие её руки, и вновь откинулась обратно. — Ясно, — усмехнулась она, — получается, пришло время пыток, не правда ли? Ну что же, скорее всего, тебя это позабавит. ≪Убей её, дурачок, — шептал ему тихий внутренний голос. — Не беседуй с ней, это опасно≫. Только он почему-то не хотел слушаться голоса внутри. Ему требовалось время, чтобы совладать с непонятными для него эмоциями. Рауль осторожно наклонился, поднял фонарь и направил его прямо в лицо вампирше. Отлично, теперь он может видеть её, а его лицо остаётся в тени. Глаза вампирши не выносят яркого света. Даже если она попытается разглядеть Рауля, то не сможет — лицо парня было скрыто маской. Теперь преимущество было на его стороне, и Рауль почувствовал себя более уверенно. — Почему ты думаешь, что мы собираемся тебя пытать? — спросил он. Она улыбнулась. Её взгляд был направлен в потолок, и она даже не пыталась посмотреть на него. — Потому что я всё ещё жива, — ответила она. Потом подняла руки, скованные наручниками. — А это для чего? На северном побережье в последнее время находили трупы вампирш с этими штуками. Похоже, их надели, чтобы пошутить… — Она опять улыбнулась. ≪Работа Вика≫, — подумал Рауль. Ему вдруг захотелось стереть улыбку с её лица. Странная, мешающая ему улыбка, очень красивая и немного безумная. — Или чтобы получить нужную информацию, — продолжила она. — А ты сообщишь мне нужную информацию? — усмехнулся в ответ Рауль. — Вряд ли. — Я тоже так думаю, — сказал Рауль. В ответ он услышал громкий смех. ≪О боже, — подумал парень, — хоть бы она замолчала≫. Он не понимал, что с ним происходит. Надо признать, она была очень симпатичной — в определённом смысле, конечно же. Но он уже встречался с симпатичными и даже очаровательными вампиршами, которые пытались использовать свой шарм, чтобы избежать гибели. Некоторые из них даже пробовали его соблазнить. И практически все использовали гипноз. Только благодаря умению Рауля противостоять их телепатическим способностям он всё ещё был жив. Однако эта вампирша не применяла ни одного из знакомых ему приёмов, а при звуках её смеха сердце Рауля сжималось, будто от боли. Когда она смеялась, её лицо странным образом изменялось, словно бы освещаясь изнутри загадочным светом. ≪Эй, мальчик, у тебя серьёзные неприятности. Убей её, и как можно быстрее≫. — Послушай, — сказал он, и его голос непонятно почему задрожал. — Тут нет ничего личного. И хотя для тебя это вряд ли имеет значение, я не собираюсь тебя пытать. Только в этом деле мне не остаётся ничего другого, кроме как выполнить свой долг, — добавил Рауль и поднял кол. Вампирша повернула лицо к свету. Она уже не улыбалась, и в её голосе не слышалось никакой насмешки. — Я всё понимаю. У тебя есть… понятие чести. — Она опять посмотрела вверх и добавила: — Всё правильно. Именно так всё завершается, когда два вида сталкиваются друг с другом. Убей или сам будешь убит — таков закон природы. Это была беседа двух воителей. Неожиданно Рауль почувствовал то, чего никогда не испытывал по отношению ни к одной вампирше, — уважение. Уважение и горечь от того, что они оказались по разные стороны баррикад, что они могут быть лишь врагами. ≪Она та, с кем я могу беседовать≫, — подумал парень. Рауль вдруг ощутил, насколько он одинок в этом мире. Ему очень захотелось поболтать с кем-либо. — Имеется ли кто-то, кому бы ты хотела сообщить о своей смерти? — спросил парень. — Я хотел сказать, имеется ли у тебя семья? Я могу сказать им о том, что с тобой случилось. Он вовсе не ожидал, что она назовёт какие-то имена. В этой войне информация была смертельным оружием, и каждая из сторон старалась узнать как можно больше о своём враге. Если знаешь, что кто-то может быть вампиршей или охотником на вампирш, значит, знаешь, кого нужно убить. Всё как у Леди Баг и Парня-Кота — главное, чтобы никто не узнал, кто ты в действительности. Только эта вампирша, похоже, была полной безумкой. — Ты можешь сообщить об этом моей приёмной матери, — задумчиво произнесла она. — Её зовут Ханна Редферн. Прости, не могу сообщить её адреса, но она живёт где-то на западе. — И опять улыбнулась. — Да, забыла представиться. Меня зовут Рин. Рауля будто окатили холодной водой. Рин! Одна из самых опасных вампирш Ночного Мира! Может, самая опасная вампирша, бывшая когда-то человеком. Он много слышал о ней. Каждый охотник за вампиршами знал, что Рин — непревзойдённая воин, отличающаяся изворотливостью, острым умом и холодным спокойствием. Она убила много людей, потому что хотела уничтожить их как можно больше, оставив только часть в качестве источника пищи. ≪Как я ошибся! — подумал Рауль. — Надо дать Вику возможность подвергнуть её пыткам, ведь она этого заслуживает больше, чем какая-либо другая вампирша. Один Господь ведает, сколько крови она пролила≫. Рин смотрела прямо на него, не обращая внимания на свет фонаря. — Итак, тебе лучше как можно быстрее убить меня, — сказала она, и её слова были холодны, как хлопья снега. — Потому что иначе я тебя убью, когда освобожусь. Рауль натянуто рассмеялся: — Это должно напугать меня? — Теперь ты знаешь, кто я такая. Хотя, похоже, ты впервые слышишь обо мне. — Так, дай вспомнить, что мне известно о Редфернах… Кажется, это семья, представляющая вампирш в Верховном совете Ночного Мира? Это самая главная семья ламий, то есть тех, кто рождён вампиршами. Они ведут своё происхождение от Майониса — первого легендарного мужчины-вампира. Что же касается Ханны Редферн, то она — блюстительница законов Ночного Мира — прибыла в Америку в шестнадцатом веке. Поправь меня, если я в чём-то ошибся. Она бросила на него холодный взгляд. — Как видишь, мы кое-что знаем, — сказал Рауль. — Твоё имя мне тоже знакомо. Тебя сделала вампиршей Ханна, а так как у неё были лишь сыновья, ты тоже являешься её наследницей. Рин тихо рассмеялась: — Вновь эти досужие слухи. По-твоему выходит, что я просто обожаю Редфернов и мы одна счастливая семья. В действительности каждая из нас больше всего хотела бы видеть другую на дне Атлантики. — Ага, вновь ваши разборки, — заметил Рауль. — Почему вы никак не можете поладить друг с другом? Его голос предательски дрожал. Странно, ведь он не испытывал страха. Скорее, это можно было назвать смущением. Ему следовало не разговарить с ней, а немедленно вонзить в неё свой кол. Но почему он не мог сделать это? Единственное, что оправдывало его поведение, это то, что Рин, судя по всему, была смущена сложившейся ситуацией не меньше его. — Не думаю, что ты слышал обо мне много, — процедила она сквозь зубы. — Я — твой самый ужасный кошмар. Даже вампирши боятся меня. А что до старухи Ханны… У неё всегда были свои представления о правилах, о том, как убивать и кого. Если бы она узнала, что я вытворяю, думаю, свалилась бы замертво. ≪Добрая старая Ханна, — подумал Рауль. — Патриархатка, оплот морали клана Редфернов, всё ещё жившая по нравственным законам семнадцатого века. Да, она была вампиршей, но это была вампирша-леди≫. — Возможно, я найду способ сообщить ей, — сказал Рауль. Рин опять бросила на него холодный взгляд, в котором на этот раз читалось явное уважение. — Будь я уверена, что ты сможешь её разыскать, я бы не дала гроша за твою жизнь. — Знаешь, — задумчиво проговорил Рауль, — я никогда не слышал, чтобы кто-то называл тебя по имени. То есть я хотел узнать твоё имя. Она моргнула, а потом медленно произнесла: — Джоан Рин. Джоан. Но это не значит, что ты можешь называть меня так. — Да, конечно, — кивнул он. — Джоан Рин. Такое обычное бостонское имя, имя простой женщины. — И он вдруг подумал о ней как о человеке, а не как о чудовище. — Скажи, а ты хотела, чтобы Ханна Редферн сделала тебя вампиршей? Ни разу в жизни Рауль не задавал подобного вопроса ни одной вампирше. После длительной паузы Рин произнесла бесстрастным голосом: — По правде говоря, я хотела её за это убить. — Ясно, — сказал Рауль. ≪Я бы тоже хотел того же≫, — подумал он. Ему надо было промолчать, только он не мог сдержаться: — Но почему она это сделала? Почему она выбрала именно тебя? Вновь пауза. Рауль подумал, что Рин не станет отвечать на этот вопрос, но она неожиданно заговорила: — Я… я хотела выйти замуж за одного из её сыновей. Его звали Доун. — Ты хотела выйти замуж за вампира? — Но я не знала, что он вампир! — в возбуждении воскликнула Рин. — Ханна Редферн была уважаемой жительницей Чарльзтауна. Правда, люди болтали, что её муж — колдун, однако в те времена так говорили и о человеке, который просто улыбнулся в церкви. — Выходит, она просто жила в городе и никто ни о чём не подозревал? — Большинство горожан её уважали. — Губы Рин искривились в недоброй улыбке. — Даже моя мать её уважала, а она была свещенослужительницей. Рауль слушал Джоан как зачарованный. — И тебе надо было стать вампиршей, чтобы выйти замуж за Доуна? — Я так за него и не вышла, — равнодушно ответила Рин. Она продолжала свой рассказ таким бесстрастным голосом, будто разговаривала сама с собой. — Ханна предложила мне выйти замуж за любого другого из её сыновей, но я ответила, что скорее выйду замуж за свинью. Гарон, старший, был так же привлекателен, как жердь из забора. А Луи, средний, — олицетворение зла. Я видела это по его глазам. Я мечтала лишь о Доуне. — И ты сказала об этом ей? — Да. В конце концов она согласилась, а затем поведала мне их семейную тайну. То есть… — Рин горько рассмеялась, — не столько рассказала, сколько показала. Когда я пришла в себя, то оказалась превращённой в вампиршу. Ощущения были те ещё. Рауль слушал, непроизвольно раскрыв рот. Он попытался себе вообразить тот ужас, который пережила Рин. Наконец он сказал: — С этим не поспоришь. Некоторое время оба молчали. Рауль не мог понять собственных чувств. Вместо отвращения и ненависти он испытывал жалость с сочувствием. — А что произошло с Доуном? Рин напряглась. — Он умер, — коротко ответила она, давая понять, что время откровений прошло. — Как умер? — Не твоё дело! — Расскажи… Знаешь, Джоан Рин, имеются вещи, которые не следует таить в себе. Если ты поделишься… — Мне не нужен психоаналитик, — грубо оборвала его она. Рин вдруг охватил гнев, и тёмное пламя в её глазах должно было испугать Рауля. Теперь она выглядела такой же дикой и необузданной, как другие вампирши. Однако он не испугался. Рауль был на удивление спокоен, будто при выполнении дыхательных упражнений. — Послушай, Рин… — Думаю, тебе лучше убить меня прямо сейчас, — сказала она. — Если только ты не шибко напуган или не шибко глуп. Ведь эти наручники не смогут долго сдерживать меня. А когда я освобожусь, то направлю этот кол против тебя. Рауль взглянул на наручники. Они были почти сняты. Конечно, дерево было неподвластно вампирше, но только не металлические скобы, которые скрепляли деревянные части. Ещё немного — и её руки будут свободны. Она была очень сильна, даже для вампирши. И вдруг ему в голову пришла странная идея. — Знаешь, — сказал он, — продолжай их расшатывать. Тогда я смогу объяснить, как ты освободилась. — Ты о чём? Рауль достал нож и перерезал верёвки, стягивающие её ноги. — Я отпускаю тебя, Джоан Рин. Она замерла. — Ты чокнулся! — воскликнула она. — Возможно… — Если ты думаешь, — продолжала она, пытаясь окончательно освободить руки, — что я испытываю жалость к людям, потому что сама когда-то была человеком, то заблуждаешься. Я презираю людей больше, чем Редфернов. — Почему? Её белые зубы оголились в улыбке. — Нет уж, хватит. Я не собираюсь объяснять тебе всё. Просто прими мои слова на веру. Он верил ей. У неё был вид разъярённой, загнанной в ловушку опасной хищницы. — Ладно, — сказал он, отступая на шаг назад. — Давай сразимся. Но хочу напомнить, что однажды я уже одержал над тобой верх. Это я стукнул тебя по голове. Она покачала головой. — Ты — маленький идиот, — сказала она. — Я с тобой не сражалась, потому что приняла тебя за одного из тех дураков, что еле стоят на ногах. Она рывком приподнялась, демонстрируя ему собственную силу. — У тебя нет ни одного шанса, — продолжала она, смотря на него бездонными глазами. — Считай, что ты уже мёртв. Рауль ощутил, как к горлу подкатывает тошнота. — Я быстрее любого человеческого существа, — звучал в его ушах тихий голос Рин. — И сильнее. Я вижу в темноте намного лучше, нежели при свете. И очень опасна… Рауль почувствовал, как внутри него нарастает паника. В это мгновение он верил ей безоглядно. От его былого спокойствия не осталось и следа. ≪Она права, ты идиот≫, — твердил себе он. Но почему? Почему ему было жаль это опасное чудовище, которое спустя миг разорвёт его на куски? Он сказал себе, что в действительности заслуживает такого наказания за свою глупость. Но тут Рауль услышал свой внутренний голос. ≪Ты не мог убить её связанной и беспомощной, — говорил голос. — Иначе ты сам превратился бы в чудовище. А услышав её историю, нельзя было не испытать жалости к ней≫. ≪Теперь я умру≫, — думал Рауль. Ему стало страшно. Но если бы всё повторилось, он повёл бы себя точно так же. По-другому было нельзя. Он стоял, всем существом чувствуя, как утекают последние спасительные мгновения, когда можно было её убить, и знал, что Рин, так же как и он, ощущает это течение времени. — Жаль будет рвать тебе глотку, — сказала Рин. В этот миг металлические скобы в наручниках выскочили, и Рин одним движением освободила руки. Она вскочила на ноги. Теперь её лицо было скрыто мраком — Итак… — произнесла она. — Итак… — прошептал Рауль. Они стояли друг против друга. Парень внимательно следил за ней, стараясь предугадать направление её первого удара. Но Рин оставалась неподвижной. Похоже, она могла полностью контролировать собственные эмоции. — Ты хорошая воительница, — сказал он. — Благодарю, ты тоже. — Благодарю тебя. — Только это не имеет значения для тебя. — Посмотрим… — еле слышно ответил Рауль. Он отметил еле заметное движение её ног, что подсказало ему: Рин будет нападать справа. Его тело двинулось навстречу удару, и тут он понял, что так и не поднял кол. Рауль вытянул вперёд правую руку, чтобы отразить атаку, и нанёс ответный удар. Быстрый и резкий, удар должен был причинить Рин сильную боль. Но это был удар рукой, а не колом. Рауль вдруг понял, что просто не может использовать против неё кол. — Ты умрёшь, идиот, — сказала она. В какой-то миг ему померещилось, что эти слова произнесла не вампирша, а его внутренний голос. Рауль попытался её оттолкнуть. Единственное, о чём успел подумать: надо немного времени, чтобы собраться. Он замахнулся на неё, и тут его голая рука коснулась её ладони. То, что случилось потом, не поддавалось уже никакому объяснению.