Часть 1

Эту вымученную странность принимают как аксиому. Маринетт заикается, когда видит его у своего порога, пропускает в комнату и не знает, куда ей деться, она локальная катастрофа (децибелами в мелагерцы). Сила в ньютонах и сережках, что она никогда не снимает, заставляет себя делать уроки, а ночью тайно из дома сбегает. Ей на утро вставать с рассветом, она с рассветом только ловит акуму, все пребывают в неведении, что у неё за работа. Он все знает, конечно, знает, Маринетт всегда неуклюжа, Дюпен-Чен говорит всегда быстро, от чего на него не похожа. На него не похожа и смехом, и манерой жутко смущаться, для него она совершенная, пусть немного и отличается. Между ними столько отличий, пусть не видно с первого взгляда, Маринетт он любит по-своему, за её манеру держаться. Они знают друг друга недавно, но им кажется, целую вечность, им немного от жизни надо — лишь одну на двоих бесконечность.