Глава 0.1 часть 1. предыстория *Нилессо Парро*

Нилессо Парро родился в двухтысячном году в Венеции — городе каналов. Его мать отдала его на воспитание клану и с первых дней жизни мальчика полностью забрал клан Парро — древняя итальянская семья шаманов. Клан Парро никогда не славился мощными врождёнными техниками и не обладал огромным запасом проклятой энергии. Их настоящая сила заключалась в другом: в многочисленности, политическом влиянии и огромных богатствах, накопленных за века. Семья вела своё происхождение с тысяча шестьсот четвёртого года, когда в Венеции произошло одно из самых страшных событий в истории европейского мира прокляти Тогда даже обычные люди своими глазами видели, как из лагуны поднимается нечто чудовищное. Левиафан — морской ужас из библейских преданий и древних легенд. Люди сами породили его: коллективный страх перед бездонным морем, кораблекрушениями и голодом годами питал проклятие, наделив его ужасающим разумом и невероятной силой. Более тысячи лет Левиафан терроризировал побережье Средиземного моря, топя суда и пожирая целые прибрежные города. В конце концов маги со всей Италии — и даже некоторые из соседних стран — объединились в единственный раз за многие столетия. После кровопролитной битвы, стоившей сотен жизней, им удалось создать артефакт. особого уровня—«Кулон Преткновения». Этот кулон обладал редчайшей способностью: он мог навсегда запечатывать проклятых духов внутри себя, лишая их возможности возродиться. Левиафана удалось заточить. С тех пор артефакт стал самой ценной реликвией клана Парро и символом их единственной настоящей победы. Сам Нилессо рос тихим и послушным ребёнком. Однако с ранних лет у него проявлялись проблемы с психическим здоровьем: ночные кошмары, в которых он слышал глубокий, вибрирующий голос из морских глубин, внезапные приступы необъяснимой ярости и моменты, когда его собственные мысли казались чужими. Клан подозревал, что даже запечатанный Левиафан способен шептать сквозь Кулон, особенно тому, чей разум ещё не окреп. Поэтому кулон ему категорически не доверяли. Всё изменилось, когда Нилессо исполнилось двенадцать лет. Клан начал готовить его к клановым войнам — жестоким внутренним и внешним конфликтам, которые вели семьи заклинателей по всей Европе. Именно тогда раскрылся его огромный врождённый запас проклятой энергии, заметно превосходивший средний уровень семьи. А вместе с ним проявилась и семейная техника, которую назвали «Неполноценное Поглощение». Эта техника позволяла Нилессо поглощать проклятых духов или их остаточную энергию и использовать их способности — но лишь в ослабленной, неполной форме. Он мог временно призывать духа как шикигами для короткой атаки всего на несколько секунд, если тот был слишком слаб, чтобы отдать полноценную технику. Или же копировать одно из проявлений способности духа, но в сильно урезанном виде. Техника была универсальной но слабой по сравнению с другими проклятыми техниками. Первые потери контроля произошли, когда мальчику было четырнадцать. Во время одной из тренировок в старом подземном зале под семейным особняком Нилессо поглотил слабого проклятого духа которого специально поймали для него. В тот момент, когда он попытался использовать его как шикигами, тело мальчика внезапно перестало ему подчиняться. Руки задрожали, глаза закатились, а из горла вырвался низкий, нечеловеческий гул, похожий на шум морского прибоя. Вместо призыва проклятия из его ладоней вырвался мощный поток, смешанный с чёрной проклятой энергией, который разнёс каменную стену зала. Голос в голове зашептал громче обычного: «Твой контроль для меня нечего не значит сопляк». Тогда его едва успели остановить старейшины. После этого случая Нилессо на неделю заперли в изолированной комнате без окон, где он лежал, слушая, как голос Левиафана что насмехался над ним. Вторая потеря контроля случилась через полгода, уже во время настоящей битвы против небольшого проклятия в прибрежном городе. Нилессо должен был лишь поддерживать товарищей, но когда один из младших членов клана оказался в опасности, мальчик попытался поглотить духа что был ему не по зубам. Разум помутился почти мгновенно. Он упал на колени, а вокруг него начала собираться вода из луж и каналов, формируя огромные щупальца, которых в технике таких слабых проклятий никогда не было. Щупальца хватали всё подряд, ломая фонарные столбы и бросая машины в сторону. Нилессо кричал, умоляя голос замолчать, но тот лишь смеялся: «Ты слаб, отдай мне свое тело и я подарю тебе смерть». Только совместными усилиями трёх старших заклинателей его удалось успокоить и вывести из состояния. После этого случая старейшины клана всерьёз задумались, стоит ли вообще продолжать тренировки. Однако огромный потенциал Нилессо и давление со стороны других семей не позволили им отказаться от него. К восемнадцати годам Нилессо уже считался одним из самых перспективных молодых талантов клана, несмотря на все опасения. Именно тогда старейшины приняли решение отправить его в Токийский магический техникум в Японии. Официально — для обмена опытом и повышения мастерства. На деле же многие надеялись, что вдали от Венеции и Кулона Препятствия влияние Левиафана ослабнет… или, наоборот, что японские шаманы под защитой Годжо Сатору смогут наконец понять, что именно шепчет мальчику древнее морское проклятие. Но Нилессо уже чувствовал: чем сильнее он становился, тем громче звучал тот голос на дне его сознания. Голос, который называл его «сосудом» и обещал, что однажды «неполноценное» станет полноценным. И с каждым днём Нилессо всё меньше понимал, где заканчивается он сам и начинается Левиафан.