Часть 12

Гарри вбегает в комнату Гермионы, он ищет её глазами. Девушка сидит на кровати, её трясёт, она сжимает покрывало так сильно, что костяшки белеют. Она даже не замечает, что Гарри уже сидит у её ног. — Ми, милая, ты слышишь меня? — с тревогой в глазах спрашивает он, опуская руки на её, чтобы успокоить. — Я рядом. — А-а, Гарри, это ты! — шепотом, еле слышно. — Что происходит? Чего ты боишься? Почему ты боишься? — Его, Гарри. Я должна тебе рассказать, но пообещай, что ты ничего не… — Гермиона не успевает договорить, дверь будто выбивают. Она сжимается, и Гарри это замечает. В комнату врывается, как торнадо, Рон. — Крошка, мы поговорим, и ты поймёшь, что ты не… — Рон орёт, он не замечает, что в комнате есть Гарри, но, заметив, замолкает. — Она что? — Гарри резко встаёт на ноги, закрывая девушку. — О-о, Гарри, что ты тут делаешь? — Рон явно силится говорить спокойно. — Зашёл к подруге, а что, нельзя? — спокойно спрашивает Гарри. — Нельзя? Ты же на ужине говорил, что у тебя какие-то дела… — фыркает Рон, проходя так, чтобы видеть девушку. — Я хочу поговорить со своей девушкой, на-е-ди-не. — последние слова говорит по слогам, пытаясь не кричать; его бесит, что она не одна. — Друг, кажется, ты взвинчен, может, вы поговорите позже? — всё так же спокойно, но Гарри следит за Роном, закрывая всё так же спиной названную сестру. — Пфф, тебе кажется. Просто я хочу поговорить с Гермионой и прошу тебя выйти. Или ты хочешь к нам присоединиться? — шипя и с ухмылкой говорит Рон. — Снова решила поиграть, крошка? — Прекрати, — сразу два голоса в унисон. — Как грубо. Разве ты не хочешь её? — Рон проходит дальше и облокачивается об стол. — Давай иди ко мне, крошка, пусть Гарри посмотрит. Тебе этого хочется? Гермиона встаёт с кровати. Старается не показывать свой страх. Она сжимает кулаки так, что ногти впиваются в мягкую кожу ладони. Там снова будут раны. — Гарри тут, потому что я попросила прийти, — чётко, спокойно и тихо, чтобы не показать, что её голос дрожит. — Гермиона, к чему этот спектакль? Я пришёл поговорить. Ты избегаешь меня три дня, — цедит Рон. — Я не избегаю. Я не готова с тобой вести диалог наедине, — её голос дрогнул, и Гермиона сжала руку сильнее. Это не скрылось от Рона и уж тем более от Гарри. Он всё это время крутил в голове фразу: «Его, Гарри, я должна тебе рассказать…» — Что, чёрт возьми, происходит? Рон? Что ты сказал или сделал, что Гермиона тебя боится? — Гарри явно старался быть спокойным. — Что? Что происходит? Спроси у своей лучшей подружки. Это же она с кем-то трахается. Тебе ли не знать, ты же трахал её. Тогда в том лесу. — злость так и хлещет из Рона. — Рон, что ты несёшь? Ничего не было. Я тебе говорила уже: ни с Гарри, ни с Малфоем, ни с Ноттом, ни с кем. — она говорит быстро, стараясь не заплакать. — Что-о? Я трахал Гермиону? Ты вообще слышишь, что ты несёшь? Она изменяет? Рон, ты совсем ебанулся? Ты поэтому ходишь такой злой в последнее время? — Гарри повышает голос на друга, он не верит своим ушам. — О-ой, давайте не будем. Гермиона бедная, несчастная, угнетённая ситуацией с родителями. Да-да… Вы же в Австралию укатили вдвоём, чтобы насладиться друг другом. Как тебе, друг? Понравилось трахать девушку лучшего друга? Как тебе? Нравится, как она сосёт? Как она стонет, когда твой член доходит до её глотки? — он чуть ли не смеётся. — Ты совсем ебанулся. Если ты считаешь, что я спал с Ми, она мне как сестра. Я никогда даже не смотрел на неё с этой точки зрения, — Гарри мерзко даже говорить о таком. — Гарри, уйди и дай мне поговорить с ней наедине! Я так поговорю с ней! — он достаёт палочку и накладывает заглушающее заклятие на комнату. — Я не оставлю её с тобой, когда ты в таком состоянии! — выпаливает Гарри и садится в кресло, о чём пожалеет через несколько минут. Рон, воспользовавшись тем, что друг решил присесть, за один шаг преодолевает расстояние между ним и Гермионой, хватая её за руку, и шепчет: — Сейчас же скажи ему уйти, иначе будет только хуже. — Нет, Рон. Я не хочу говорить, я не готова. Отпусти, пожалуйста, ты делаешь мне больно, — голос Гермионы дрожит. Гарри видит, что на глазах подруги выступили слёзы. «Ей больно». Вскакивает с кресла и оказывается рядом. Рон выше и сильнее, но Гарри быстрее. Гарри видит, что Рон сжимает предплечье девушки и пытается завести её за себя, но у него нет шансов. В руке Гарри палочка. — Рон, ты её отпускаешь и уходишь. Я тебя предупреждал: если ты причинишь ей вред, я не буду молчать, — спокойно, как хищник, говорит Гарри. Рон знает: он проиграет и никогда не сможет исправить, если сейчас что-то сделает. «Хорошо, крошка, хочешь поиграть, хорошо». Рон падает на колени, прижимается головой к бедру девушки, целует. — Сладкая, прости, прости меня! Прости за мои грубости, любовь моя! Я думал, ты хочешь поиграть, я переборщил, крошка, прости меня, пожалуйста, — жалостливо и идеально играя свою роль. — Рон, хватит, уйди! — Гермиона пытается высвободиться, но она чувствует, как он с силой сжимает её ногу. Ей больно. — Да, конечно, любовь моя, всё, что ты попросишь, лишь бы ты меня простила… Скажи — и я приползу к тебе, чтобы мы помирились. Гермиона, я не могу жить без тебя, пожалуйста! — чуть ли не плачет Рон. Он встаёт и выходит. Гермиона сразу запирает заклинанием дверь и падает на колени. — Дыши, Ми, пожалуйста, дыши! — Гарри сразу бросается к подруге, обнимает её и целует в макушку. — Дыши, маленькая, дыши! Понадобилось полчаса, чтобы Гермиона успокоилась и начала дышать. Гарри принёс ей чаю с успокаивающими травами, и они сели на кровать. — Ты не уйдёшь от разговора. Ты должна мне всё рассказать, — протирая глаза, спокойно говорит Гарри. — Всё началось, когда мы вернулись из Австралии, — ровным тоном, поднимая глаза на друга и снимая с себя чары.