И он исчез.

Записи Наблюдателя. дата стерлась от времени. Если бы можно было повернуть время вспять… я бы вернулся в то время, когда дни были намного светлее, и служба Всевышнему не казалась мне чем-то… не тем. Если меня спросят, что или кого я вспомню при слове «счастье», это будет Паркин. По сей день не могу поверить: нам было напрочь запрещено даже пересекаться, но при этом мы завели общение. Можно ли считать, что уже тогда я начал свой путь отречения? Четко отпечатались в памяти дни, когда я врал коллегам о том, что хочу сообщить Всевышнему о наших достижениях. Пока они наблюдали за приютом, я уходил в ту самую долину мертвых подсолнухов. За мои крылья часто цеплялся репейник, который рос близко к краю поля. Когда приходил и сам Паркин, с опозданием минут так в 15, он помогал снять колючки с крыльев. Мы могли часами болтать обо всем, и я не беспокоился, что коллеги что-то заподозрят, ведь, чтобы попасть к Всевышнему, уходило много времени. Иногда можно было ждать неделями, чтобы ему о чем-то сообщить. Так проходили дни, недели, даже месяцы. Паркин был… не самой спокойной личностью, но это не мешало мне вести с ним дружеские диалоги. Хотя… если говорить честно, иногда он разговаривал со мной не совсем как с другом, а как с кем-то большим. Я не обращал на это внимания, да и по сей день думаю, что мне просто показалось. Помню еще… он помогал мне заплетать волосы. Я обладатель очень длинных волос, и иногда мне было трудно заплетать их самому, поэтому Паркин мне часто помогал. Он все время что-то недовольно бубнил, но не отказывался помочь. Это… одна из лучших его черт. Как бы я хотел вернуть то время… Закат, легкий, немного прохладный ветер. Паркин впервые пришел без опоздания. Мы сидели под деревом, как обычно, о чем-то болтая. Спустя пару минут он надел мне на голову венок, сплетенный из подсолнухов. — Это и так понятно. Ты каждый раз выбираешь для встречи ОДНО и то же место. Да и… ты сам на подсолнух похож. Было необычно слышать от него эти слова. На это я лишь усмехнулся. Поднявшись с места и отряхнув от пыли свои одеяния, я махнул рукой. — Пойдем. — Куда и на кой хер? — Просто пойдем, хочу кое-что показать. Шли мы недолго, от силы минут 5. И вот, мы пришли. Поле кристальных одуванчиков. Я бросил быстрый взгляд на Паркина. В его глазах читалось счастье, как у маленького ребенка, которому подарили долгожданную игрушку. — Это… — Поле одуванчиков, которое ты любишь, да. Пока он смотрел на поле, как заколдованный, я быстро сплел венок из одуванчиков и надел ему на голову. Я навсегда запомнил это счастье в его глазах. Паркин… надеюсь, ты скоро вернешься.