~

      Яна лежала на боку, едва заметно улыбаясь во сне. Тепло, разливающееся внутри, было таким спокойным и уютным, что не хотелось ни шевелиться, ни просыпаться. Кровать чуть прогнулась, Павел Владимирович тихо лёг рядом. Яна довольно придвинулась ближе и положила ладонь на его грудь поверх мягкого халата. Зуев приобнял её за плечо, поглаживая. От его прикосновения по коже прошла приятная волна, от которой захотелось прижаться ещё ближе.       — Как хорошо, что ты у меня есть, — промурлыкала Яна, вдыхая мужской парфюм.       Павел Владимирович коснулся подбородком её макушки, на мгновение прикрыл глаза и тихо ответил:       — Ты мой котёночек…       Яна резко распахнула глаза и села на кровати, махая руками.       — Павел Владимирович, не надо!!!       Мария, до этого мирно нанося крем на лицо, замерла и медленно повернула голову в сторону Яны.       — Опять Зуев?       Яна судорожно вздохнула, сбросила одеяло и пересела к Беловой на кровать. Она растерянно уставилась на свою постель и дрожащей рукой указала на неё:       — Мы с ним… лежали. Прямо здесь…       — Офигеть, — Мария расплылась в улыбке, даже не скрывая интереса. — Ну и как он?       — Что «как он»?! — вспыхнула Яна. — Ничего не было, слава богу! Я успела проснуться!       — Угу, — протянула подруга с хитрой ухмылкой. — Значит, сегодня ночью вы точно переспите.       — С чего это?! — Семакина резко повернулась к ней.       Мария спокойно посмотрела на неё, будто объясняла очевидное:       — Сколько он тебе уже снится?       — Неделю…       — Ну вот, — довольно кивнула она. — В первом сне вы сидели в ресторане. Во втором он повёл тебя в кино. Потом провожал до дома. Сегодня вы уже лежали в одной постели…       Мария положила ладонь Яне на плечо и, слегка сжав, торжественно произнесла:       — Всё, значит. Пора!       — Блин… — Яна закрыла лицо руками. — Почему мне вообще это снится?!       — Потому что тебе тупо не хватает секса, — спокойно, почти буднично ответила Белова.       — Я не хочу секса! — Яна замерла, потом тут же сбилась: — Ой… то есть хочу… но не с Зуевым же! И вообще, почему именно он?!       — Да всё просто, — она пожала плечами. — Вы с ним постоянно видитесь. И, — она прищурилась, — тебя всегда на начальников тянуло.       Мария мечтательно улыбнулась.       — Поскорее бы наступило следующее утро.       — Зачем? — насторожилась Яна.       Белова повернула к ней голову и широко улыбнулась:       — Как зачем? Моя подруга с ректором переспит! И ты мне потом всё-всё расскажешь. Я хочу знать каждую деталь!       — Маша, блин! ***       Этим же днём Белова вышла из женской спальни в общую комнату и застала свою подругу на беговой дорожке. Яна бежала с таким сосредоточенным лицом, будто от этого зависела её жизнь.       — Как ни старайся, от себя не убежишь! — усмехнулась блондинка, облокотившись о дверной косяк.       — Ничего подобного! — выдохнула Яна, не сбавляя темпа. — Я даю организму то, что ему нужно. Эндорфины!       — Янчик! — Мария закатила глаза. — Эти эндорфины не сравнятся с теми, которые получишь от секса!       — Маш, отстань! — Яна ускорилась ещё сильнее.       В течение дня Семакина с маниакальным упорством пыталась «перебить» свою потребность: изнуряла себя тренировками, заедала стресс сладким.       В какой-то момент Яна решила перевести дух. Она устроилась на кресле и не заметила, как быстро задремала. Вдруг большие и тёплые ладони мягко легли ей на плечи. Яна едва заметно улыбнулась во сне.       — Отдыхай, Яночка… — тихо прозвучал знакомый баритон.       Пальцы медленно прошлись по её плечам, разминая напряжение в мышцах.       — Этой ночью ты мне нужна.       Яна резко дёрнулась и распахнула глаза.       — Нет! — выдохнула она, вскакивая с кресла. — Да сколько можно?!       Она нервно заходила по комнате.       — Всё, хватит! Значит, будем действовать по-другому. Как там сказала Маша? Мне нужен секс...       Спустя час Семакина уже стояла перед зеркалом в чёрном коктейльном платье, настроенная «решить проблему» радикально. Но попытка познакомиться в кафе закончилась полным провалом. Ни один парень не выдержал её странных вопросов и нервозности. А один из потенциальных кавалеров узнал в ней председателя профкома, из-за чего она чуть не провалилась под землю от стыда.       Вернувшись ни с чем, Яна сделала единственный, как ей казалось, логичный вывод: остаётся просто не засыпать этой ночью.       Когда все в блоке уснули, она всё ещё смотрела телевизор. В голове до сих пор звучал низкий голос ректора:       «Этой ночью ты мне нужна…»       — Этому не бывать! — девушка тихо прыснула себе под нос.       На кухонном столе одна за другой появились выпитые кружки кофе. Через полчаса Яну уже слегка трясло, но глаза всё равно норовили закрыться. Тогда она схватила первую попавшуюся книгу и попыталась сосредоточиться на чтении.       Ночь тянулась мучительно долго. Семакина к утру следующего дня поняла, что проиграла бой ещё до начала.       Весь день она ощущала вес своей головы и едва ли не спала на месте. Яна сидела в профкоме, уткнувшись в бумаги, и из последних сил пыталась сосредоточиться. Буквы расплывались, мысли путались, а веки предательски опускались всё ниже. Её ресницы дрогнули, и она всё же провалилась в сладкий сон.       — Яночка, проснитесь… — она услышала знакомый баритон.       Яна едва заметно улыбнулась.       — Мм…       — Яна… — Мужская рука деликатно легла ей на плечо.       Она распахнула глаза. Перед ней стоял Павел Владимирович. Семакина замерла на секунду и изменилась в лице. Она вскочила с места, схватила с полки стоящий рядом кубок и, выставив его перед собой как щит, выпалила:       — Не подходите ко мне!!! Я не буду с вами спать!!!       В кабинете повисла тишина. Зуев медленно выпрямился. На его лице отразилось сначала недоумение, затем нарастающий гнев.       — Что, простите?!       В кабинет зашла девушка и обратилась к ректору, но Семакина пропустила её реплику мимо ушей и обратилась к незнакомке:       — А ты что здесь делаешь?! Вон из моего сна!       — Семакина! — твёрдо и громко произнёс мужчина. — Немедленно объяснитесь!       Яна замерла. Кубок в её руках дрогнул. Реальность начала доходить слишком резко.       — Я… — она побледнела. — Павел Владимирович, это… не… ***       Вечером того же дня Яна молча зашла в комнату, даже не глядя на Машу, и переоделась в пижаму.       — О-о-о, — сонно протянула Белова, приподнимаясь на кровати. — Кто-то сегодня решился сдаться?       Яна легла на свою кровать и укрылась одеялом.       — Ты чего? — Мария прищурилась. — А как же «я не буду спать», «я сильнее этого»?       Семакина устало повернула к ней голову.       — Маш, после того, что сегодня было… — она закрыла глаза. — Мне уже вообще всё равно.       — В смысле? — оживилась та. — Что случилось?       — Я в профкоме сказала Зуеву, что не буду с ним спать, — сонно произнесла Яна.       — Что-о?!       — Вот именно, — буркнула Яна и натянула одеяло повыше. — Так что пусть хоть апокалипсис, хоть сон… Мне уже нечего терять.       Белова медленно расплылась в широченной улыбке.       — Ты бы кружевное надела что ли… — лукаво протянула она. — Ректор всё-таки!       — Маш, пожалуйста… — пробормотала Яна, уже проваливаясь в сон. — Без комментариев…       Яна лежала на своей кровати, сжимая пальцами край одеяла. Сердце билось быстрее, чем обычно. Она с нетерпением взглянула на дверь и закусила нижнюю губу.       Через некоторое время дверь отворилась. Зуев вошёл в женскую спальню так уверено, будто имел полное право быть здесь. Яна затаила дыхание.       — А вот и я, милая, — тихо произнёс он.       — Я думала, что вы не придёте, — прошептала она, шумно выдыхая.       Мужчина остановился рядом с кроватью.       — Я же сказал, — спокойно ответил он. — Ты мне нужна.       От этих слов по спине пробежали мурашки. Яна опустила взгляд на его руки, потом снова подняла глаза. Павел Владимирович сел рядом, и она тут же услышала приятный парфюм.       Ей он всегда нравился. Яне даже нравилось идти по коридорам университета, словно по следу, и вдыхать его аромат.       Кровать едва заметно прогнулась под весом мужчины. Зуев нежно провёл рукой по щеке девушки. Тёплая ладонь скользнула по шее и ниже, заставляя Яну выгнуться навстречу.       — Павел Владимирович… — выдохнула она, сама не узнавая свой просящий голос.       — Тише, — он наклонился ближе, и его дыхание коснулось её губ. — Мы никуда не спешим.       Яна судорожно сглотнула. Сердце сбилось с ритма, будто не успевало за дыханием. Она неспешно потянулась к нему, запустила пальцы в волосы на затылке и притянула к себе.       Поцелуй вышел жадным, но Зуев мягко перехватил инициативу. Одной рукой он придержал её за талию. Ладонь остановилась у края футболки, и только потом медленно скользнула ниже.       — М-м… — Яна прикусила губу, когда он отстранился ровно на секунду, чтобы стянуть с неё футболку через голову.       Воздух комнаты стал вдруг обжигающе-холодным, но Павел Владимирович наклонился ближе, и прохлада исчезла. Он распахнул свой халат, под которым был деловой костюм.       — Вы всегда такой… — прошептала она, пытаясь справиться с дрожью в голосе, — одетый?       Павел Владимирович снисходительно улыбнулся.       — Терпение, Яночка.       Он отстранился лишь на миг, чтобы сбросить халат на пол. Павел Владимирович на секунду задержался, глядя на девушку, затем спокойно снял пиджак. Рубашка последовала за ним.       Яна смотрела, не в силах отвести взгляд, как серебристый свет луны пробежался по его телу. Она провела ладонями по крепкой груди и вздрогнула, когда он перехватил её запястья.       Мужчина накрыл её губы снова. Яна запуталась в простынях, когда его рука скользнула ниже пояса пижамных штанов. Она ахнула, когда большая ладонь легла на внутреннюю сторону её бедра. Пальцы скользнули выше, где уже всё горело от нетерпения.       — Павел Владимирович… — прошептала она, уже не понимая, о чём просила.       И, следуя её мольбе, он оградил Яну от реальности, которая исчезла за пределами его крепких рук.