Часть 1

Он приходил каждую ночь. В половине десятого, когда голос от длительного пения начинал звучать надрывно. Ты запомнила его. Трудно не запомнить характерную для авгина внешность, особенно глаза. Но даже так для захудалого бара он выглядел слишком... роскошно. Почти нелепо. Девочки шептались, будто бы, завидовали белой завистью тому, что этот загадочный аристократ, кажется, уделял тебе особое внимание. Но тебе это совсем не нравилось. И вовсе не потому что ты старалась выпендриться или сыграть в недотрогу, просто было в нём что-то... жуткое. Настолько, что возвращаться ночью домой в одиночестве было не по себе. Долгое время он просто наблюдал. Улыбался загадочно, не сводя с тебя глаз, и ты не была уверена, нравилось ли ему твоё пение или что-то ещё. После в ход пошли подарки. Цветы, украшения. Загадочный мужчина представился Авантюрином. Странное имя, как ни посмотри. Ты всё ещё не уверена, настоящее ли оно. Подарки приходилось принимать. Отнекиваться было бы утомительно, а ты не то чтобы горела желанием растягивать ваше общение дольше, чем нужно. В любом случае, его украшения ты никогда не надевала. Уж больно они выглядели дорого. Несоизмеримо дорого для официантки и певицы на полставки, одиноко снимающей крошечную квартирку в тихом районе Пасадены. По приходу домой, заперев окна и двери, ты ложилась в постель, но даже так не чувствовала себя в безопасности. Словно эта маленькая коробочка, именуемая квартирой, не смогла бы тебя защитить от странного нечто, обитающего в темноте. И ты даже не знала, чего боялась, но точно знала, что бояться стоило. От тебя неудачей несло за версту. Авантюрин ни дня не пожалел, что решил заявиться в тот злополучный бар одним вечером. Поначалу, конечно. Начинающая певичка, жалкая, неуклюжая, но до боли забавная. Маленький рыжий шарик в очаровательном платьишке, мигрирующий между столиками либо в направлении сцены. Прелесть, как ни погляди. Ты совершенно не привлекла его как женщина. Слишком несуразная и милая. И всё же по какой-то причине он не мог отвести от тебя глаз. Твой голос был слишком тихим для исполнительницы, но было в нём что-то, что Авантюрина притягивало. Хотелось слышать больше, чаще, но ты то и дело сбегала, увиливая от разговора. Может, дело в том, что он авгин? Таких как он не жаловали в обществе, но и ты сама не была похожа на расистку (что, впрочем, было бы даже забавно, учитывая твой невинный вид). Должно быть, ты просто... чувствовала. Опасность, исходящую от него. И голод, который нарастал в нём из раза в раз всё сильнее, когда текучим взглядом он очерчивал твой пышный стан. Да, ты совершенно не привлекала Авантюрина как женщина. Первые пару ночей. Ключ в замке повернулся оглушительно громко в ночной тишине. Даже шумные соседи сегодня были, на удивление, молчаливы. Ты вздрогнула, ощутив движение сбоку от себя, и стремительно влетела в квартиру, едва успев запереть за собой дверь. Сердце, готовое пробить грудную клетку, казалось, остановилось, когда следом послышался тихий, вежливый стук. — Мисс Освин? Я вас напугал? Ты задохнулась, услышав знакомый голос. Это и правда он? Но как? Как он узнал, где ты живёшь? Неужели... — А... Авантюрин? Вы следили за мной? Мужчина за дверью усмехнулся. Опустил голову, задумчиво проведя пальцем по ровной поверхности двери. Разумеется следил, как бы ещё он нашёл эту дыру? Что важнее... — Ха-ха, конечно нет, — протянул дружелюбно, и всё же от его сладкого голоса у тебя по спине пробежали мурашки, — просто я купил квартиру в этом доме и случайно увидел знакомое лицо. Хотел поздороваться. Ты почувствовала, как волоски на теле встали дыбом. Купил квартиру? Здесь? У тебя... под боком? — Вы... правда? Зачем? На кой чёрт богачу вроде него покупать дешёвую квартиру на окраине? Как ни крути, это подозрительно и странно. — Тише едешь — дальше будешь. Если сорить деньгами, они рано или поздно закончатся, не так ли? Сорить деньгами... Он дарил тебе дорогущие украшения, это не считается? — Может, откроешь дверь? Ты замерла, отойдя на шаг. Пускать его не было никакого желания. Да и разговаривать... тоже. По крайней мере сейчас. — Извините, но я устала. Собиралась пойти спать, — отвечаешь. Он ведь не станет ломиться, верно? Пусть он и странный, но не похож на бандита. Некоторое время снаружи было тихо. Ты уж понадеялась, что мужчина ушёл, но до ушей донёсся усталый вздох. Он уж точно не собирался тебя пугать, пусть твой страх и пах крайне заманчиво, а сердцебиение становилось маняще громким. Не это ему было нужно. Что именно, впрочем, он и сам не понимал. — Конечно. Прошу прощения за беспокойство. Ещё увидимся... соседка. Прачечная на первом этаже походила на издевательство: всё в этом доме пахло отвратной застарелой бедностью, от которой авгин успел отвыкнуть. Авантюрин не привык заливать одежду кровью без надобности, но стирать её, так или иначе, приходилось. Впрочем, у прачечной были и свои плюсы. Чтобы спуститься сюда, ему не требовалось приглашение. Тебя же всё устраивало. Из-за постоянных ночных смен твой график сильно сместился, оттого дела свои ты привыкла решать по вечерам, а то и по ночам. В случае со стиркой это было удобно: мал шанс наткнуться на шумных соседей с детьми, да и все машинки оказывались неизменно свободны. Тем страннее было неожиданно наткнуться здесь на Авантюрина. Ночью. На мужчину. В прачечной. Ты вздрогнула, сделав испуганный шаг назад, к пожухлой вывеске с правилами эксплуатации стиральных машин. Низ живота неприятно скрутило тянущей болью — месячные. — Мистер... Авантюрин? Вы тоже пришли постирать? Если он холостяк (а это почти наверняка так), то стирать ему наверняка приходится самому, верно? Тогда в его здесь присутствии нет ничего странного, он всего лишь... милый сосед. Авантюрин нахмурился едва заметно — невооружённым глазом эту перемену в его лице заметить было трудно. И всё же внутри него скреблись голодные волки. Успокойся. Ты ел два дня назад. Но то был голод иного рода. Стоило только учуять маняще приторный аромат знакомого тела... Тебе было больно, он видел это. И опасался сделать больнее. — Кто-то ведь должен этим заниматься, — ответил, и губы его медленно растянулись в восковой улыбке. Он не предусмотрел этого, но, боже, ты не единственная в мире женщина, испускающая кровь раз в месяц. Почему же он подобным образом реагировал именно на тебя? Нервно мужчина поставил на ветхий табурет корзину для белья. Он, конечно, намеревался встретиться с тобой, но не при таких обстоятельствах. Запах крови ударил в нос ещё на лестничной клетке, но отступать было бы странно и поздно. Сладковатый, тяжёлый, живой — этот запах невозможно спутать ни с чем. Менструальная кровь отличалась от той, что текла из ран: гуще, насыщеннее, слаще. Дыши. Считай до десяти. Он разжал хватку. Вдох, выдох. Ещё раз. Ты не животное, Авантюрин. Прекрати. — Понятно... Вздохнув, ты неловко отвернулась к своей стиральной машинке. Возможно, открывать ему спину было опрометчиво... с другой стороны, что он мог сделать в общественном месте? Хотел убить — вломился бы в квартиру, идти недалеко. Авантюрин вздохнул. Устало помассировал переносицу, возвращая себе привычное самообладание. Вышло, пусть то и оставалось, по-прежнему, шатким. — Всё ещё боитесь меня, мисс Освин? — протянул, медленным шагом подойдя к соседней машинке, — выглядите неважно. Вам нужны таблетки? Грелка? Внимание? Ты вздрогнула, медленно повернув голову к мужчине. Он ведь имел в виду то самое? Или решил, что ты просто приболела? Нет, в таком случае он не стал бы предлагать грелку... наверное. — Как вы поняли? — твой голос звучит тихо и растерянно, и тебя это бесит. Когда-нибудь ты перестанешь быть мямлей, но, видимо, не в этой жизни. Авантюрин усмехнулся. Изящным движением закинул монетку в автомат, запустил цикл стирки. Удивительно, но даже для такого, как он, существовала повседневная рутина. И это было хорошо. Позволяло не терять человечность окончательно. — Я рос со старшей сестрой. Признаки менструальной боли мне знакомы. Ты вздрогнула, ощутив, как щёки залились краской. Обсуждать такое с мужчиной... кто бы тебя увидел, точно не назвал бы леди. Впрочем, леди не работают официантками за гроши. Они заводят семьи, воспитывают детей, но не мечтают петь на Бродвее. Ты же даже лазанью приготовить не можешь. Поджав губы, неловко отводишь взгляд, замявшись. Сейчас сосед казался почти что похожим на человека, пусть неприятное чувство и не покидало тебя. — Внимания... точно не нужно, — отвечаешь, выдохнув, — его, с вашей стороны, в последнее время и так было слишком много. Все эти дорогие подарки... Авантюрин усмехнулся. Сощурился хитро, переведя на тебя цепкий взгляд. — Подарки — это… привычка. Я не умею иначе. Люди любят подарки. Ты не любишь. Мужчина вздохнул. — Можешь выбросить, если хочешь. Мне всё равно. — Дело не в этом! — всплеснув руками, ты хмуришься, — я люблю подарки. Просто вы… ну… перебарщиваете… с ценником, — лампочка в прачечной мигнула, и ты на миг напряглась, словно это могло бы предрекать что-то плохое, — если женщина моего положения наденет украшение, которое стоит дороже, чем всё её имущество вместе взятое — как это будет выглядеть? Авантюрин задумался. Впервые, пожалуй, за долгое время посмотрел на ситуацию с твоей стороны. И правда. Если вещь не по карману — она выглядит украденной. Он должен знать это, как никто другой. Мужчина кивнул. Улыбнулся натянуто. — Ты права, — ответил уже без былого лукавства, — я это учту. В следующий раз. — В следующий раз... Ты закатываешь глаза. Вздыхаешь тяжело, поморщившись от боли. И почему он к тебе пристал вообще? — Что вам нужно от меня? — спрашиваешь прямо, медленно обернувшись к мужчине лицом к лицу, — хотите поиздеваться? Типа весь такой из себя красавец решил подкатить к простушке, чтобы потом прилюдно бросить? Ты знала об этом, потому и говорила. Ты проживала это, а потому ни на что не надеялась. Ещё в школе ты лишилась популярности тогда же, когда лишилась родительских денег. Авантюрин замер. Сощурился недоверчиво, осматривая тебя так, словно впервые видел. Простушка? Эта рыжая девчонка с глазами цвета весеннего неба, которая двигалась между столиками как солнечный зайчик? Мужчина хмыкнул, приподнял брови и тихо засмеялся. Как долго он спал, раз стандарты красоты настолько исказились? Или это ты была настолько слепа к себе? — Напрашиваешься на комплименты, глупый кролик? — усмехнулся, и ты возмущённо задохнулась от такой наглости, сделав смелый шаг вперёд. Комплименты от него — последнее, что тебе сейчас было нужно, но ты не собиралась что-то ему доказывать. — Вы не ответили. Чего вы хотите? Чего он хотел от тебя? Он и сам не знал, а хотел бы. Потому что постоянство твоего присутствия в его мыслях начинало раздражать. — Это не тот вопрос, на который я могу ответить, мисс Освин. Разговор замолк неловко. Однако у двери квартиры Авантюрин перехватил тебя, протянув нечто маленькое, зажатое между пальцами. Таблетки. Обезболивающие. Всего пятьдесят центов, и это, пожалуй, первый его подарок, который пришёлся тебе очень кстати. Авантюрин внушал необъяснимый страх, но, по крайней мере, никогда не пытался вломиться тебе в квартиру. Не то чтобы это накидывало ему баллов симпатии с твоей стороны, но, по крайней мере, не играло против него. Ты по-прежнему видела его довольно часто, но теперь чувствовала себя в относительной безопасности в родных стенах. Ощущение пристального взгляда покидало, стоило двери захлопнуться за твоей спиной, а липкий холодок постепенно сменялся теплом. Будто бы твоё тело осознало что-то, что понять ты сама никак не могла. Нередко тебя посещали мысли, что ты несправедлива к нему, но они испарялись, стоило мужчине появиться на горизонте. Впрочем, хотя бы к его присутствию в баре ты уже успела привыкнуть. Как ни посмотри, таких преданных зрителей у тебя не было никогда. Ему нравилась We’ll Meet Again, пусть он и считал, что голос Веры Линн тебе совершенно не подходит. Тем не менее, слушал и продолжал дарить цветы. И странным образом тебе подумалось, что это, вероятно, высший пик популярности, которого ты могла бы достичь. — Мистер Авантюрин, вы снова собираетесь сидеть до закрытия? — спрашиваешь, сделав глоток чаю с лимоном. Мужчина улыбается расслабленно. Опускает подбородок на сплетённые пальцы и чуть подаётся вперёд, изучая пристально. Уставшая, румяная, чуть потная. И есть в этом какое-то своё очарование, ему недоступное. — Как всегда, мисс Освин. Если вы, конечно, не желаете спровадить меня раньше времени. — Нет. Как раз наоборот. Поставив чашку на стол, вздыхаешь. Не пожалеешь ли ты о своём решении? — Вы... не против пойти домой вместе? — спрашиваешь неловко, заламывая пальцы, — мы ведь живём поблизости. Вдвоём ночью добираться не так страшно. Авантюрин тебя не понимает искренне. Настолько добра, что решила дать ему шанс таким образом, или темнота тебя в действительности пугает больше, чем он сам? — Да, конечно. Я не против, — улыбается, кивнув легонько, — если не сбежишь. — Не сбегу, — обещаешь. — И всё же, что за резкая смена настроения? Неужели потеплела, кролик? Ты хмуришься, ровно вышагивая по асфальту в аккуратных голубых туфельках. То мисс Освин, то кролик... больно резко он переключается. — Просто сосед из триста восьмой слишком много пьёт. И пристаёт... ко всем. Не хочу на него наткнуться, — отвечаешь, остановившись, — это ваша машина? Изумрудный кадиллак Eldorado Biarritz одиноко покоился на парковке и, по ощущениям, не мог принадлежать никому больше, кроме Авантюрина. Ты не заходила на стоянку около своего дома, но в твоём представлении такая машина сильно выделялась на фоне вашего скромного района. И что у этого мужчины на уме? — Да, прошу. Галантно Авантюрин открыл перед тобой дверь, позволив опуститься на гладкую кожу сиденья. Эта машина — очередная вещь, которую ты никогда не сможешь себе позволить. Обойдя кабриолет, Авантюрин плавно опустился на водительское сиденье, повернул ключ. — Значит, тебя доставал сосед. — Он всех доставал. А вы его не видели? Громила такой. — Видел, — кивнул мужчина. Машина тронулась, и твои волосы легонько взметнулись, подхватываемые ночным воздухом. — И он к вам не приставал? — Возможно. Короткие ответы тебя смущали. Обычно Авантюрину даже не требовалось отвечать, чтобы он продолжал говорить, а сейчас из него было и слова не вытянуть. — Он совсем рядом со мной живёт. Я чаще его вижу, чем другие... — говоришь тихо, косясь на мужчину, стараясь считать реакцию. Но он всё молчал, — а в какую квартиру заселились вы... мистер Авантюрин? Мужчина хмыкнул. Пробежался длинными пальцами по рулю, как по клавишам пианино. — В триста восьмую. Ты даже не слышала о том, что соседа убили. Возможно, потому что твоя активность приходилась на вечернее время и сплетничать тебе было совершенно некогда. И всё же эта новость повергла тебя в шок. Он был огромным, агрессивным и явно не в себе ветераном Второй мировой, кто вообще мог убить его вот так просто? Поджав ноги, ты обняла колени, уставившись на дверь. Авантюрин жил в его квартире. До чего... жуткое совпадение. Он же не мог..? Нет. Хлопнув себя по щекам, ты тряхнула головой. Авантюрин совсем не походил на маньяка. С другой стороны, а кто вообще на него походил? Нервно ты прислонилась виском к стене. Он там. В соседней квартире... Ты этого даже не знала. Но ведь будь это он, полиция заподозрила бы, верно? Должно быть, у него было алиби. Или настоящего убийцу нашли. Бояться нечего, совсем. И всё же в воскресенье ты решила сходить в церковь.