Вступление - Начало и тяжелые мысли.

В мире полном хауса и неразберихи есть добро и зло. Все воспринимают его по разному, кто считает это непонятным явлением, кто верит в Бога и молится каждую ночь перед сном. Но рай и ад существуют, по крайней мере в этой вселенной точно. Его нельзя объяснить, нельзя понять, нужно лишь принять всем сердцем хотя бы существование. И смерть - ключ к познанию. Куда ты попадёшь не знает никто, ты можешь служить церкви всю жизнь и воровать на рынке от бедности. А можешь быть богатым, подкупным судьёй, однако любящим свою семью больше своей жизни... Идут секунды, минуты... Часы, дни... А потом и недели, месяцы, годы и века. Всё так изменилось. Что люди живущие в 20 веке никогда не смогли бы поверить в то что происходит в будущем, хоть и не самом близком как когда то казалось. Никто бы и не представлял что к тем годам почти не осталось жизни на Земле. Войны, страх и люди сами себя и уничтожили. ... V1 - робот, предназначенный для убийств, сам питается кровью и это его топливо. То на чем он живёт. У него нет понятий любви или гнева. Есть цель и инстинкт защиты. Никто не знает кто его воссоздал, был ли он для военных целей или вообще экспериментом. Всё это останется некой тайной, укрытой пылью, забытой надолго. В аду, спускаясь глубже и глубже оно зачищает местности, пробираясь словно из любопытства дальше, жажда крови заставляет идти дальше. Но и в аду остался тот кто следит за порядком, тот кто не мог пройти мимо столь массового уничтожения. Архангел Гавриил - он держит чертей в страхе, но и не хочет чтобы популяция вымирала под чистую. Ведь он судья ада. Его крылья с шумным взмахом предвещает правосудие, его звук золотого креста об пол приказ о молчании в зале суда, а еле слышное потрескивание его ангельского нимба его скребущая душа от ответственности. Совет после ухода Бога взвесил многое на плечи архангела что не могло не дать трещины в его красивых доспехах. Однако на что не отвлечься все равно в одних и тех же раздумьях наш ангел. И даже борьба с вечно жадующей крови машиной не может его утешить. Все то что он делал теперь казалось словно в белой пелене. И даже не понятно то в какой момент это случилось, может когда он вырезал весь этот высокомерный совет? Или когда он убил Сизифа... Нет, скорее Миноса. Кстати о нем. Этот тип успел заполонить его мысли тоже, слишком странно это въелось в чистый разум Воли Божьей. Невероятно конечно, никогда за всю его долгую жизнь он не чувствовал такого. А ведь так было хорошо когда-то давно... Дни тянулись быстрее, спокойнее, а справедливость которую он преподносил всем, теперь не имеет значение, будто ее и не было на самом деле. Ходя по развалинам, круга похоти, по костям и оставшимся кускам разорванной плоти, мяса, он придавался воспоминаниям которые наконец завладели головой над которой витает голубой, светящийся нимб. "-- Здесь был свой народ, свои законы и порядки, здесь была жизнь... " Думал тот кто стучит доспехами по холодному полу, тот кому даже жаль короля что хотел свободы и защиты своему народу, но настигла его карма свыше которая уже не имела веса в этом пустынном месте. Душа Миноса была заточена в тюрьме, похоть - страшный грех и повод задуматься - а что в этом плохого? Но Гавриил не может о таком размышлять. Мозг и тело от этого само тянется перекреститься да попросить прощения за грешные мысли, за богохульство людское, за срам принесенный в мир этот. И все равно никто бы это не увидел.