Часть 11

Внезапно все телефоны в магазине завибрировали одновременно. Я достала свой телефон. На экране высветилось сообщение, на нём было видео. На записи была Милдред. Обычная бабушка, которую я видела каждый день в очереди. Но она говорила странные слова. Она признавалась в том, что эти твари — её рук дело. Я смотрела на экран, и внутри всё переворачивалось. Не мог один человек провернуть такое. Это бред. Это какая-то постанова. Но кто этот аноним? Кто прислал это? И зачем? А потом меня накрыло другое чувство — холодный, липкий страх за Милдред. Её же эти шакалы сожрут. Они не будут разбираться. Им нужен козёл отпущения, и они его получили. Я подняла голову. Толпа уже окружила Милдред, сжимая в кольцо, как стая голодных псов. Голоса нарастали, превращаясь в сплошной гул. Крики, обвинения, истерика — всё смешалось. — Ты знаешь, что сделала, Милдред!? — голос Гвен перекрывал остальных. Она стояла в центре, раскинув руки, её лицо пылало праведной яростью. — У нас есть доказательства! Все видели видео! — Милдред ни в чём не виновата! — Говард стоял перед женой, раскинув руки, заслоняя её своим телом. — Она сама сказала, что виновата в появлении этих существ, — Сильвия скрестила руки на груди. — Какие ещё доказательства нужны? — А может, вы пересмотрите эти доказательства? — Лена шагнула вперёд, пытаясь достучаться до разума этих людей. — Что это за видео вообще? Кто его снял? Почему никто не спрашивает, откуда оно взялось? Я видела её отчаянные попытки. Но это было бесполезно. Им не нужна правда. Им нужен виноватый. — Это не важно! — Гвен повысила голос. — Важно то, что она сказала! Её слова: «Я виновата». — Да, это может вообще смонтировано! — рявкнула я, выходя вперёд. Мои кулаки сжались сами собой, ногти впились в ладони. — Вы хоть подумали? — Это не важно! — отмахнулся какой-то мужик. — А может, это вырвано из контекста? — решительно предположил Бобби. — Милдред могла сказать это в другом смысле. — Конечно, могла! — саркастично ответил тот же мужик. — Как насчёт: «Я виновата, что все мы тут помрём»? Отличный контекст, правда? — А ты хорош в передёргивании, приятель, — Чейз покачал головой, глядя на мужика. Его голос звучал спокойно. — Слушай, может, оставим драму и подумаем, кто такой этот аноним? И какую цель он преследует? — Неважно, кто это снял! — Сэдди вскинула руки, и её голос зазвенел на всю округу. — Важно, что Милдред опасна для нас всех! Я медленно повернула голову к ней. Я смотрела на неё с холодом и презрением. Сэдди сделала шаг назад. — А ты чего кудахчешь, курица? — спросила я, склонив голову набок. Голос мой был тихим, но холодным. — Тогда уж ты опасна. Очень людей подставлять любишь. Может, ты видео отправила? Расскажешь, как монтировала? В её глазах промелькнул страх. Она сделала ещё шаг назад. — Сэдди, милая, как ты можешь так говорить? — Милдред смотрела на неё с такой болью, с таким отчаянием, что у меня сердце разрывалось. — Я тебя ещё с пелёнок знаю... — Если бы я знала, что вы способны на такое, то держалась бы подальше, — Сэдди проигнорировала меня и отвернулась от Милдред, как от прокажённой. — Мы должны отдать её монстрам снаружи! — продолжала свою великую речь Гвен. — Да! — поддержал мужик из толпы, и его голос подхватили ещё несколько. — Уж кого и отдавать, то тебя, Гвен, — зло сказала Лена. — Ты комом в горле встанешь и спасёшь человечество. — Мы ничего не знаем наверняка, — Эван шагнул вперёд, вставая рядом с Милдред. — Выгнать её — это самое простое решение, но так нельзя! — Это единственное, что мы можем сделать! — крикнула Гвен. — Она привела их сюда! Эти твари появились из-за неё! — Это не так... — прошептала Милдред. Её голос был сдавленным, почти неживым, а глаза полны ужаса. — Я... Я не знала... — Да кто тебе поверит?! — изогнула бровь Сильвия. — А я верю, — твёрдо сказала Элли, и её голос прозвучал на удивление громко. — Милдред не способна на такое. — Я тоже верю! — поддержала Лена. — Да что вы за нелюди такие! — возмущённо крикнула я, вставая за спиной Милдред. — Её нельзя выгонять! — Ещё как можно! — не унималась Гвен. — Я знаю Милдред хорошо, и она точно не зло в этом змеином гнезде, — Лена пыталась защитить женщину, но её голос тонул в общем гаме. — Может, ты тоже с ней заодно? — спросила Сара, подружка Кэсси. — С меня хватит! — Говард выступил вперёд, его лицо побагровело от ярости. — Никто не тронет Милдред, пока я здесь! — Знаешь, старик, это уже не тебе решать, — мужик шагнул к Говарду, и в его руке блеснул какой-то предмет. — Ну так ты и не рыпайся на старика, — Чейз оказался между ними мгновенно. — Со мной говори. Мужик попытался сделать шаг назад, но толпа не пускала. — А вы уверены, что, убрав Милдред, спасёте себя? — спросил Брендан из-за кассы. — Это просто страх. Вы хотите обвинить кого-то, чтобы стало легче. — О, умник нашёлся! — усмехнулась Кэсси. — Мнение кассира забыли спросить. — Она ни в чём не виновата! — кричал Говард. — Хватит! — Генри наконец подал голос. Он стоял в стороне, и его лицо было бледным, но голос звучал твёрдо. — Заткнитесь! Мы все знаем Милдред и Говарда много лет. Они хорошие люди. — А Кэролайн? А Марси? — Гвен не сдавалась. — Они какие люди? Они заслужили того, что с ними произошло? — Не смейте трогать мою жену! — Говард рванул вперёд, расталкивая толпу. — Уберите его, — сказал тот же мужик, и двое других схватили Говарда за руки, оттаскивая его от Милдред. — Нет! Оставьте его! — закричала Милдред, глядя, как мужа уводят. Её голос сорвался на вой. Я дернулась в их сторону, но тут же чьи-то руки схватили меня за плечи. Два мужика схватили меня за плечи и заломили руки, не давая двинуться. — Пустите, блять, уёбки! — заорала я, пытаясь вырваться. Адреналин ударил в голову, застилая глаза красной пеленой. Я наступила одному на ногу со всей дури и он заорал. Его хватка ослабла, и я тут же врезала ему локтем в нос. Он отшатнулся, зажимая лицо. Не теряя ни секунды, я развернулась и коленом, со всей силы, ударила второго между ног. Он согнулся пополам, захрипел, и его руки разжались. — Милдред! Нет! Не выгоняйте её! — кричал Говард, пытаясь вырваться. Его голос был полон такой боли. — Умоляю... — Милдред обратилась к толпе, её глаза были мокрыми от слёз. — Пожалуйста... Я не виновата! Я не хочу умирать! — Ты привела их сюда, — холодно заключила Гвен. — Теперь твоя очередь выйти к ним. Я снова двинулась к Милдред. И в этот момент кто-то прыгнул на меня со спины. Я больно ударилась лицом о кафельный пол. В голове раздался звон, искры посыпались из глаз. Чьё-то тело придавило меня к земле, кто-то сидел на моей спине, придавливая своим весом к полу. Я с трудом повернула голову и глянула через плечо. Сверху на мне сидела Сэдди. Её лицо было перекошено злобой и страхом, она тяжело дышала, вцепившись мне в волосы. И в этот момент я вдруг почувствовала леденящую душу ярость. Всё, что она творила, вся моя неприязнь к ней, вся фальшь, все подставы — всё это скопилось во мне в одной точке, как пружина, которая наконец лопнула. В кровь прыснул адреналин, и мир сузился до её ненавистного лица. Я упёрлась ладонями в пол и резко приподняла торс — Сэдди от неожиданности разжала пальцы и отпустила мои волосы, не удержалась и скатилась с меня. Не теряя времени, тяжело дыша, с взглядом, полным ненависти, я развернулась на коленях, схватила её за волосы и со всей силы долбанула головой о кафель. Звук был глухой, мерзкий. Сэдди взвизгнула, но я уже не слышала. Те же самые мужики, которые меня хватали подбежали снова. Кто-то ещё присоединился. Меня повалили на пол, прижав голову к холодному кафелю, навалились всем телом, не давая ни пошевелиться, ни вздохнуть. Чья-то тяжесть давила на лопатки, чья-то рука вдавливала лицо в пол, и я чувствовала вкус крови и пыли на губах. — От...стите меня! — слышала я сквозь звон. — Д...ш, ты жалкий трус! Ты ударил Чейза со спины! Я дергалась, пыталась сбросить их с себя, но они были тяжелее, сильнее, их было больше. Я ничего не видела — только кафель залитый моей собственной  кровью. Я могла только слышать и пытаться сделать вдох. — Эван, успокойся, — раздался самодовольный голос Джоша. — Я щас вмажу кому-то, — прозвучал голос Лены, полный ярости. — Отпусти меня!!! Я услышала, как распахнулась дверь. Холодный, ледяной ветер ворвался в магазин, пробежал по полу, коснулся моего лица. По коже побежали мурашки. — Милдред! — закричал Говард. — Что вы делаете?! — в ужасе кричала Милдред. — Вы с ума сошли! По моему телу пробежал холодок ужаса. Я поняла, что сейчас произойдёт. И не могла ничего сделать. Меня держали. Меня прижимали к полу. Я была бессильна. И от этого было мерзко на душе. Было противно от собственного бессилия. Я была зла на себя. — Впустите её!!! — закричала Лена. — Тихо! Не вырывайся, — сказал Джош, и в его голосе прозвучало удовлетворение. — Господь решит твою судьбу, — произнесла Гвен, и её голос раздался, как приговор. — Пустите её обратно! Мы не дикари! — кричал Генри, но его голос тонул в общем гуле. — Помогите! Помогите мне! — в отчаянии и страхе закричала Милдред. Её голос разрывал сердце. У меня расширились глаза. Внутри пробежал холод осознания. Она сейчас умрёт. — Джош, сделай хорошее дело! — в отчаянии крикнула Лена. — Помоги ей! Пожалуйста! — Мы должны что-то сделать! — слышала я запыханный голос Бобби. — Забудь, — равнодушно сказал Джош. — Считай, она уже не жилец. Я не услышала даже крика. Только ужасный рык твари. Мокрый, чавкающий звук. И всё. Тишина. Такая тишина, что заложило уши. — Что вы наделали... — прошептал Говард. Его голос был полон неподдельной, чудовищной боли. Такой боли, которую я знала. Которую чувствовала сама. Когда ты теряешь всё. Самого дорогого человека. И мир рушится, превращаясь в чёрную дыру, из которой нет выхода.