Ночной эфир

Они планировали отпуск вдвоем. Представляли себе море и солнце. Дни, свободные от Петиных тренировок, соревнований и прыжков. Но тут появился Влад. — Ребята, а можно с вами? — спросил он, зайдя к ним на кухню, открыв холодильник, намереваясь спереть кусок шоколадного торта. — Я буду тихим, как мышка. — Ты? Как мышка? — Петя поднял бровь. — Ты как слон в посудной лавке. — Зато милый, — Влад улыбнулся. — И вообще, я могу быть полезным. Полотенца носить, коктейли заказывать, назойливых поклонников отгонять. — Каких поклонников? — спросила Лера. — Ну, вдруг появятся, — Влад развёл руками. — А я тут как тут. Вести дальнейший спор с Дикиджи не имело смысла. Влад — ходячая катастрофа, обладающая виртуозным даром убеждения. Так они оказались в небольшом отеле на берегу моря. Петя и Лера в одном номере, а Влад — в соседнем. Первые три дня отпуска прошли на удивление спокойно. Дикиджи рано просыпался, уходил на пляж, загорал, купался, фотографировал пейзажи, ходил в бар. Лера и Петя выбирались из номера после обеда, шли купаться, а затем гуляли вдоль моря. На четвертый день, за совместным ужином, Влад выглядел подозрительно довольным. — Что с тобой? — спросил Петя, заметив его улыбку. — Ничего, — Влад пожал плечами, но улыбка не сходила с его лица. — Просто хороший день. Море, солнце, красота. — Ты кого-то встретил? Сияешь, словно звезда на ночном небе, — включилась в разговор Лера. На щеках Влада появился легкий румянец. — Не знаю, о чём вы двое, — он сделал вид, что очень заинтересован блюдом. — Я просто наслаждаюсь отдыхом. После ужина Влад сказал, что хочет ещё немного погулять, и потопал в сторону бара. Петя и Лера отправились на пляж, сидели на песке, смотрели на звёзды. — Думаешь, у него кто-то есть? — спросила она. — Похоже на то, — Петя обнял девушку. — Это хорошо. Ему нужно кого-то любить. — Ему нужен кто-то, кто будет его терпеть, — усмехнулся Петя. — Это намного сложнее. Пара вернулась в номер ближе к полуночи. — Наверное, Влад ещё гуляет. — сказала она. — Или спит, — Петя открыл дверь их номера. — Идём, я хочу тебя обнимать. Ребята легли в постель, и она уткнулась носом в его плечо, чувствуя, как его дыхание становится ровным. — Петь. — М? — Ты счастлив? — С тобой — всегда, — он поцеловал её в макушку. Закрыв глаза, девушка почувствовала, как её обволакивает тишина — спокойная, уютная, дарящая ощущение защищённости. Вдруг из-за стены донесся звук. Ребята не придали этому значения. Но звук повторился — громкий, отчетливый женский смех, а затем знакомый мужской голос. — Это… — начала она. — Влад, — закончил Петя. Из-за стены донеслось: «Ты такая смешная!» — голос Влада, весёлый, чуть пьяный. И женский смех: «А ты такой красивый!» — Он привёл девушку в свой номер, — прошептал Петя. — В номер, который находится рядом с нашим. — В номер, у которого стены сделаны из картона. И тут донеслось: «Осторожнее, ты сейчас нас уронишь!» — и почти сразу раздался глухой стук. — Уронил, — констатировал Петя. Смех за стеной стал громче. Лера была уверена, что их заливистый хохот доносился до пляжа. — Одно я знаю точно — мы не выспимся, — страдальчески произнесла Лера. «Иди сюда, я покажу тебе кое-что». — О боже, — Лера закрыла лицо руками. — Он показывает ей кое-что. — Может, это его медали, — предположил Петя. — Может, это его… «Ой, а это что?» — голос незнакомки. «Это моя любимая часть» — самодовольно ответил Влад. — Я не хочу знать, какая у него любимая часть. — Я тоже. — сказал Петя. — Но мы, кажется, узнаем. И они узнали. Потому что через минуту из-за стены стали слышны звуки поцелуев. Громких, влажных, с причмокиванием. И голос Влада: «Ммм, ты вкусная». — Он сказал, что она вкусная, — прошептала девушка. — Лер, я слышал, — Петя закрыл глаза. — Я теперь буду слышать это всегда. Даже в тишине. — У нас будет посттравматическое стрессовое расстройство. Кровать за стеной заскрипела в такт каким-то движениям, которые Лера с Петей предпочитали не представлять. Из-за стены доносилось: «О, да, вот так!» — голос Дикиджи. «Да, да, да!» — голос девушки. — Это похоже на оперный дуэт — хихикнула Лера. — Это пение китов в период размножения. Тем временем реплики из соседнего номера становились все более абсурдными: «ты такая мягкая», «а ты такой твёрдый», «ты мой космос», «а ты моя Луна». — О боже, — прошептала Лера, давясь от смеха. — Их диалоги напоминают сцены из дешёвого романа. — В дешёвом романе было бы лучше. Из-за стены донеслось громкое «Да!», и все стихло. Лера и Петя сначала не поверили своим ушам. — Думаешь, они уснули? — Очень на это надеюсь, — ответил Петя. — Попробуем и мы уснуть. Они оба с облегчением закрыли глаза, наслаждаясь долгожданной тишиной. И в этой тишине из-за стены донеслось: — Влад, ты невероятный. — Я знаю, детка. Лера уткнулась лицом в подушку, Петя сделал то же самое. Они лежали, задыхаясь от смеха, который не могли сдержать. — Он знает, — прошептал Петя, вытирая слёзы. — Гений скромности, — она тоже вытирала слёзы. — Давно я так не смеялась. — Больше никогда не поедем в отпуск с Владом. — Петь, ты говорил это уже три раза. — Знаю. И мы едем с ним снова. — Потому что мы его любим? — Потому что мы идиоты.