Глава 5. Клятва

Прошло лишь пару секунд, как Рекс очнулся. Всё произошло так быстро, что он даже хвостом не успел пошевелить. Раздался щелчок и всё будто перед глазами перевернулось. – М! – вздрогнул ушастый, в этот же момент ощущая, как тугая и толстая верёвка сдавливает ему руки и ноги. Взгляд упал на завязанный морской узел возле икр и гнев всплыл, как налитое масло на воду. При попытке сдвинуться хоть на метр, тело пронзала жгучая боль из давления троса на мышцы. Видимо Зу связала его, дабы не мешал проводить опыты. А кому от этого лучше? Явно никому. Руки за спиной, колени направлены в пол, ну и позу выбрала ему конструкторша. Такое чувство, будто не с живым существом обращается, а с предметом. В какой-то момент за дверью кабинета послышались шаги. – Зу, выпусти меня! – прокряхтел он. Девушка мигом остановилась, как услышала знакомый голос. Вздыхая, она лишь сжала губы и промолчала, хотя пёс всё ещё чувствовал ей присутствие. – Ты это специально, да? – Это для твоего же блага. – Какого ещё блага?! Вы собираетесь пытать Прайм! Думаешь я позволю этому случится?! – Откуда к ней такое дружелюбие? Ты что, влюбился? – прыснула Зу. – А..э.. Парень опешил. – Мам, не прикидывайся дурой, умоляю, – Рекс упал спиной на дверь почти что без сил. – Ты прекрасно знаешь, как я неравнодушен к людям. – Собака – друг человека. – Отстань. – фыркнул он. Конструктор слабо улыбнулась. – Я тебя тоже очень люблю. Ушастый опустил уши и пробормотал: – Если вы с ней что-то сделайте, я вас прибью обоих. – Уверен, что встанешь против меня? Мимолётная тишина. – Ты наказан, Рекс. Подумай над поведением, – голос начал отдаляться. – А потом я подумаю: выпускать тебе или нет! – Я настолько плохо себя веду? – Да. – Ну мам! – отчаянно возгласил пёс. – Не мамкай. Я всё сказала. Парень промычал от обиды. Понимая, что выхода у него нет – оставалось только терпеливо ждать, когда же всё кончится. За то можно было...рассмотреть кабинет. Хоть и чужой, но по внешне он явно выглядел интересно. Под ногами всё те же провода, вокруг всякая выключенная электроника и экран. Включенный экран. – А?.. – пёс прищурился. Имена. Статьи. Фото. До боли знакомые фото. Сердце как будто иглой пронзило при одном лишь взгляде на них. – Риббит...  Он увидел как чужие тёмные локоны падали на плечи, а взгляд тускнел с каждой секундой просмотра. Будто жабка давно отчаялась. Будто...давно искала выход отсюда. – Каумфо.. Его светлая улыбка дарила надежду. Прямо как зажённую спичку вокруг тьмы. Но Рекс уже вряд ли увидит эти черты.  – Мне так жаль... – шептал пёс, опуская глаза. Парень вновь свалился спиной об дверь, отдаваясь грохотом. В душу отдал горький осадок.  – Я защищу Прайм, – тихо клялся он себе. – Защищу любой ценой.. Слёзы давили. Щёки медленно розовели, уже собираясь выпускать волну ненастья и усугубить ситуацию, но Рекс втянул в себя это и лишь шмыгнул носом. Хвост упал ему на пояс и он погрузился в раздумья, как можно выбраться. В глаза попадалось много чего, но ничего полезного для того, чтобы освободить себя. – Зу явно знает, что делает. Пф. А есть ли всё таки выход из этого тесного пространства? Тут пошевелишься и получишь чуть ли не удушающий эффект. что уж про развязывание морского узла говорить. – Блять...проклятье. Просто проклятье. М-м. Пока из лаборатории раздавались чужие голоса, звенели колбы с жидкостями и спирт витал в воздухе, отдавая ужасающих запах, Зу отдалилась от кабинета Гэнзы и медленно направилась по коридору прямо в кладовую. Рука упала на дверь, сделанную из старого дуба и та отворившись, скрипнула. Пыль вознеслась в воздух. Девушка ощутила, как эта грязь упала ей прямо на сделанную кожу и тут же содрала целый кусок, оставляя кровавый след у себя на эндоскелете. Хоть и не ощущая боли, всё равно было неприятное чувство. Искусственная плоть упала на пол. Поднимая глаза, конструктор увидела перед собой явно не себя. Зеркало, что стояло возле открытого входа отражало всю её сущность. Невозможно смотреть на себя в таком виде. Механизмы, пластиковые глаза, постоянно работающий моторчик сзади на поясе и глаз. Бардовый. С постоянным всплеском неописуемых эмоций. Стоило Зу лишь коснуться, как он начинал анализировать всё вокруг почти что безконтрольно. Девушка сразу в панике пыталась угомонить это устройство, но оно было таким непослушным, что ей казалось, будто следит за ещё одним ребёнком. Ударяя по механизму, тот кажется угомонился и девушка могла спокойно выдохнуть и надеть на себя свой аватар, что сделала ей Гэнза. Приятно, когда о тебе заботятся, правда? Волосы стриженные, локоны крашенные в розовый, а зрачки полные пустоты. – Никогда не привыкну к новому телу... – шептала она про себя, поглаживая по мягкой щеке. Натягивая на себя слой кожи и одежду, можно было наконец выйти наружу и закрыть кладовку. Всё позади. Кроме вины, которая продолжала сидеть колом где-то внутри. – "Сына заперла, Помни обманула..." – опускала она брови к переносице и хлопала дверью, вставая к выходу спиной. – "Когда меня здесь начнут любить вообще? Ради чего я вообще стараюсь? Ради "спасибо", которое мне даже не говорят!?" Тяжело вздыхая, Зу молча отправилась в лабораторию.  – Гэн... – тихо, почти шёпотом позвала её девушка. Но та кажется была слишком занята диагностикой новенькой. – Гэ-э-энза. Гуманоид прервалась полу слове и раскрывая глаза, повернула голову на знакомый голос. – Ты долго ещё болтать с ней будешь? – продолжила конструктор. – Нет-нет! Скоро закончу... – масочка ласково улыбнулась. Робот хмыкнула и удалилась с помещения. Девушка повернулась обратно к подопытной, что лежала под одеялом и жалостно смотрела на ту. – Расслабься, милая, – пыталась успокоить её Гэнза. – Я не хочу тебе вредить. Мы все..не хотим тебе вредить. – А как же Рекс и Зу? – Они рады тебе, поверь. Помни тихо шмыгнула носом и отвернулась, смотря на стену. Холодную, томную и отдающую напряжение. Масочка сжала губы и потянулась за шприцом, полным непонятной жидкости. Стукая по стеклу, взгляд упал на шута, кажется уже не пытавшеюся сбежать. Было стыдно. Но что поделать. А затем между локонами показалась дырка. В прямом смысле дырка. Гэнза в ужасе застыла, сжимая основу шприца. – Почему у тебя дырка на виске..? – она потянулась к чужим каштановым волосам и только коснувшись краем локона, сразу отдёрнула. Девушка, витая в своих мыслях, повернула голову обратно: – Что? – переспросила Помни, дёргая бровями. Гуманоид неловко отвела взгляд, думая, стоит ли говорить ей об этой дыре... За дверьми лаборатории же кипела тягучая тишина. Рекс уныло лежал спиной на двери, ощущая как с каждой секундой чёрствая верёвка будто впивается ему в кожу, оставляя красный след и не давая ни единого шанса двинуться с места. Вместе с этим ныли и его плечи. Ему кое-как удалось усесться на пол, а не стоять на коленях, но ситуацию это будто и не изменило. Стены давали, трос чуть кисти не отрубал, а ненависть прожигала тупо насквозь. С появлением Помни тут видимо отношения к друг другу вообще перевернулись. Гэнза не могла понять, как совладать с новенькой, Зу чуть ли не зверела за то что её никто не благодарит за заботу, а пёс не мог вообще поверить, что тут, среди зомби, явится человек.  – Они же не станут ставить над опыты, правда? – тихо с горечью проговаривал ушастый, пытаясь себя успокоить.  В один момент раздался глухой удар. Негромкий, но вполне знакомый, чтобы понять, что кто-то закрыл дверь лаборатории. Парень повернул голову в бок и поднял голову, а затем услышал шаги. Тяжёлые, понуренные и совсем медленные. Кажется кто-то шёл вдоль коридора прямо на кухню. – Мам? – дёрнул ушами Рекс. – Это ты? Но Зу лишь на секунду замолкая, кинула: – Ну а кто же ещё. – Развяжешь? – Даже и не подумаю. – А если поклянусь не мешать? – Мне твои жалкие клятвы не нужны. Я не вижу смысла в пустых словах. – Жаль, а я думал у нас нормальные взаимоотношения. – То как ты относишься ко мне отражается и на тебе. Только не обижайся, а то я подумаю, что вырастила девочку, а не мужчину. Ушастый прохрипел от злости и в итоге замолк. Девушка фыркнула и напряглась в плечах, уходя дальше на кухню. Отворяя дверь, пустота мигом заполнилась запахом масла и ржавчины. В глаза упал стол, полных тарелок и полупустой кружки с чаем. – Рекс! – позвала его конструкторша, опуская руку на дверной проём и поворачивая голову к пустому коридору. – Ты ел сегодня? А то я погляжу тарелки почти не тронутые. Рекс дёргая бровями и вздыхая отрезал: – Я? Ел...пытался точнее поесть. – Доешь. Ты мне больным не нужен! – Как я доем по-твоему, мам? – угрюмо бурчал он. – Ты меня связала и кинула хер пойми куда! – Та-а-ак, – робот мотая головой поплелась обратно к кабинету, где находился пёс и схватилась за ручку, – Тебя что с ложечки кормить как в 17 годиков? – её насмешливая улыбка расплылась по лицу. Парень, пытаясь не выдавать своё раздражение, лишь ощутил подёргивание в левом веке. А затем ничего не подозревая, услышал щелчок. Лицо его сразу поменялось, шок накрыл быстрее, чем он успел оказаться на полу и удариться об пол. Перед глазами сразу всё поплыло, за то спустя пару секунд картинка прояснилась яркими красками: Прямо над ним стояла Зу, кажется будучи довольном содеянным. – Прости, сынок. Не знала, что ты улёгся на дверь. – её тихий смешок заставлял пса чуть ли не сходить с ума от бешенства. – Не называй меня сыном, умоляю...ты же знаешь, что мы друг другу не родные.  Девушка всё ещё обнажая свои острые зубы, будто на зло, лишь хмыкнула в ответ, а затем молча наклонилась, чтобы усадить на пол и наконец развязывать. – Ну ты же называешь меня мамой. – Я..просто благодарен тебе за то что ты меня спасла в тот день. – его понуренные глаза упали в пол. – И обречён жить с такой, как я.  – Пытаюсь всё ещё привыкнуть к твоему стилю общения. – Привыкай-привыкай, я уже вряд ли смогу вести себя иначе. – А как же Гэнза? Ты же к ней так ласково относишься. – И что? Это разве меняет сути? Верёвка в миг спала с кистей. Рекс молча вынул руки из-за спины и посмотрел на свои ладони так, что казалось, будто там какой-то текст написан. Девушка припустила уголки губ и слегка прикусила, промычав, будто чего-то дожидаясь. – Ладно, давай не об этом. Пошли, покушаешь хотя бы нормально. Ушастый замялся, но выбора у него явно не было. Пришлось идти с ней на кухню. Кожа всё ещё ощущала те лезвия, режущие кисти пополам. Она пекла, разгоняя кровь по венам и оставляла следы, словно от ожога. Пальцы лишь слегка подрагивали, кажется пытаясь успокоиться после такой удушающей терапии. Чувства смешались в одну кашу. Не каждый день тебя связывает собственная мать и кидает в закрытый кабинет. От каждого шага, ноги гудели, отдавая сильное напряжение в области икр. Пёс хрипел от боли, идя хвостиком за Зу и всматриваясь в лампы, которые по пути на кухню начинали мигать. щёлк.. – пауза – щёлк... пауза.. щёлк-щёлк.. – пауза – щёлк-щёлк-щёлк... Они будто говорили ему: "Она в опасности, Рекс". – А?.. – ещё раз тихо простонал парень от жгучей боли, останавливаясь прямо над источником проблемы. – Что с лампами? Зу остановилась в пару метрах от сына и вопросительно хмыкнула, переводя взгляд на потолок. – Поменять надо, ясно ж. Не один год светят уже. Когда та удалилась из поле зрения, Рекс в последний раз снова посмотрел на мигающий свет. У него был такой странный ритм, словно это не случайность. Лампа говорит со мной? Что это значит? Почему сейчас? По вискам прошлась холодная волна пота. Пёс застыл, как каменная статуя, вглядываясь в несуществующие слова от неживого предмета на потолке. Всё размывается, мысли заполняются тягучим и тёмным туманом, сознание начинает плыть от попытки выйти из состояния пьянки. Левое веко пульсирует, дёргается, рот кривиться, кажется пытаясь создать какую-то эмоцию на лице. Вздохи у парня выходят с такой тяжестью, будто Зу перевязывала ему ещё и дыхательные пути. Тело ломит от паники. Паника. Холодно. Холодно. Почему? Почему? Почему? – Рекс! – чужой крик пронзил сознание пса. Перед глазами словно что-то вспыхнуло. Девчячий визг...когда последний раз он слышал такое? В один момент кто-то обнял его. Так крепко. Так..тепло.. – Ты в порядке, сынок? – чьи-то ладони уложились на щёки парня. Глаза полные пустоты поднялись на лицо матери. – Дыши, пожалуйста... *** Сидя за столом полным тарелок с едой, руки не могли коснуться приборов. Вдруг она опять что-то задумала против него? А если захочет тоже перерезать глотку как и она? Надо вести себя тихо. Надо быть примернее... – Когда последний раз ты спал, скажи? – её голос странно веял заботой. – Неделю...назад. – монотонно бормотал пёс. – Тебе надо перевести дух. Эта чистка территории тебя видимо сильно изматывает. – Нет. Я не устал. Мама. Зу упала щекой об сжатый кулак и рассеяно глянула на нетронутую тарелку с разогретым обедом, а после на его взгляд. Он уже без той искры, что была раньше. Лишь пустошь смешанная с горечью и отчаянием. – Переживаешь за неё? Это очень мило. – Я не могу допустить того, что сделал с Риббит и Каумфо. Они не должны были.. – Ты не виноват, Рекс. – перебила она пса. Тот затих, шмыгая носом. Глаза уже слипаются, щёки розовеют, ресницы кажется начинают подрагивать. Рекс опустил локти на скатерть, тут же прикрывая своё лицо и пытаясь успокоить наплыв слёз, но выходило только неровное дыхание и тихие всхлипы. – Рекс? – удивилась робот. – Ты что, плачешь? – Да, плачу! – резко огрызнулся он, падая ладонями прямо на стол. – Довольна?! Посуда аж звякнула, приборы перемешались, в горле всё высохло и тот аж покашлял. Тишина обволокла кухню, отдавая запах горячего пюре вместе с омлетом. Слышно было лишь плач. Явно не детский. Зу аж дёрнулась от чужой агрессии и сжимая зрачки, застыла, вжимаясь прямо в спинку стула. Тот проскрипел своим местом, вышел из-за стола и дабы не лить масла в огонь, решил уйти. Девушка лишь молча провожала его дрожащими зрачками. – "Ненавижу когда он так делает..." – фыркнула она, поворачивая голову на полные тарелки. – "Особенно эти чувства. Разве я, робот, должна что-то вообще чувствовать? А как я выдыхаю и..ох." Конструктор упала локтями на стол и закрыла лицо ладонями. – Мне так жаль, сынок... – бормотала шёпотом Зу. Рекс, останавливаясь в проходе, устремил глаза в пол, всхлипнул и угрюмо ответил: – Как тебе может быть жаль? Ты же не живое существо. Лишь пару механизмов с шестерёнками. Если бы ты и вправду мне сочувствовала, ты бы не отдаляла меня от Прайм. То что я сделал с Риббит и Каумфо, не означает то, что сделаю так же и с ней и... Пёс посмотрел на мать. – Ты меня слушаешь? Но та монотонно молчала. Парень закатил глаза и хлопнул дверью, направляясь в уборную. Лампы, что он видел до этого – почему-то молчали. Хотя свет стал ещё тусклее обычного. Приходилось жмуриться, чтобы что-то разглядеть. Медленно расхаживая по бункеру и проводя пальцами по стене, кажется полной пыли, в уши ударял скрип. Снова и снова. Каждый день Рекс слышал это. Словно за ним кто-то ходит сзади. Кто-то следит за его действиями не отрывая своих мерзких глаз. Псу приходилось иногда оборачиваться, дабы снова услышать тишину и запах чего-то холодного. Спирт, антисептик и даже элементы..снотворного. Видимо Гэнза не медлит, да? Хах. Слёзы продолжали течь рекой, поэтому лучшем решением было сейчас зайти в уборную и успокоиться. Умыть лицо и так ледяной водой и посмотреть на своё отражение. Жалкое отражение. Бушующая причёска, чёлка цвета цветущего каштана заправленная назад, глубоко посаженные с темными кругами глаза и взгляд на тысячу ярдов, кажется переживший явно не мало. Воздух, кажется, совсем не поступал в лёгкие, слёзы мешались с кашлем, а ноги подкашивались из-за усталости. Пальцы невыносимо дрожали и синели от поступающего холода в кровь, мышцы атрофировались чуть ли не на глазах. Из-за отвратительных мыслей об этом месте – сердце учащало свой ритм, ярость брала верх, всё казалось провоцирующим, движущимся прямо на него, хотелось сорваться, но... Парня что-то держало. Он чувствовал, как слабеет на глазах у команды. Видел, как разрушения приносит ненастье. Отвратительно. Отвратительно. Отвратительно! Рексу ничего не оставалось как смириться со своей жалкой участью и всё же успокоиться. Послушать в конце в концов Зу и поспать. Просто лечь в тёплую постель и забыться во снах. Может это всё таки поможет.