17. Грань

Глава 1: Снег и предчувствие За окном медленно, почти лениво, падал снег, превращая вечерний город в размытое белое пятно. Лиам вернулся домой поздно. Плечи ныли от холода, а куртка насквозь пропиталась сыростью. Стряхивая капли с волос, он надеялся на тихий вечер, но едва дверь закрылась, из кухни донесся голос Широ: — Ты вовремя. Я приготовил ужин. Лиам замер, не сняв даже один ботинок. В этом «приготовил» послышалось что-то звенящее, как натянутая струна. Широ редко подходил к плите, предпочитая доставку или готовую еду. Что-то было не так. Проходя на кухню, Лиам увидел на столе тарелку. В центре лежало нечто бесформенное, серое, источающее резкий, почти химический запах подгоревшего масла и каких-то специй. — Ну… пробуй, — Широ стоял у окна, скрестив руки на груди. Его взгляд впился в Лиама, ожидая вердикта. Лиам взял вилку, чувствуя, как внутри растет напряжение. Один укус — и горло перехватило. Вкус был тошнотворным: смесь сырого мяса и пережженной корки. Он не выдержал и тут же выплюнул это обратно. — Это невозможно есть, Широ. Он встал, стараясь сохранить спокойствие, подошел к холодильнику и достал вчерашнее пирожное. Он просто хотел заглушить этот вкус, не подозревая, что этот жест Широ воспримет как объявление войны. Глава 2: Точка кипения — Сядь. Голос Широ изменился. Он стал низким, вибрирующим от скрытой ярости. Лиам обернулся с куском пирожного в руке, нахмурившись: — Что? — Я сказал: сядь и съешь то, что я приготовил. Лиам почувствовал, как по спине пробежал холодок. Это была не просьба и даже не каприз. Это был приказ. — Я не буду это есть, Широ. Это несъедобно, — отчеканил он. — Если ты хотел сделать приятное, то спасибо, но я не собираюсь травиться. Лиам развернулся, чтобы уйти в комнату, но в этот момент тишину кухни взорвал оглушительный грохот. Он резко обернулся. Тарелка, над которой Широ «старался», разлетелась вдребезги о стену. Осколки и остатки месива разлетелись по кафелю. — Ты вообще ценишь, что я для тебя делаю?! — Широ сорвался на крик, его лицо исказилось. — Я стоял здесь, я ждал тебя! А ты просто выплевываешь это мне в лицо?! — Перестань говорить со мной таким тоном! — Лиам подошел ближе, его собственная злость начала закипать. — Мы в отношениях, Широ. А не ты хозяин, а я твоя собака. Я не обязан исполнять твои прихоти только потому, что у тебя плохое настроение! Глава 3: Тень Акиры Но Широ уже не слышал. В его глазах вспыхнуло то самое безумие, которое Лиам видел лишь мельком в прошлые разы. — Ты не понимаешь! Ты ни черта не понимаешь! — Широ кричал так сильно, что на шее вздулись вены. Он схватил Лиама за запястье, сжимая его до синяков. — Ты должен быть благодарен! Ты должен быть со мной! Лиам почувствовал, как мир вокруг начал сжиматься. Слишком громко. Слишком резко. Его охватил первобытный, парализующий страх. Ноги подкосились, и он медленно осел на пол прямо среди осколков. Он закрыл уши руками, вцепился пальцами в собственные волосы, пытаясь отгородиться от этого звукового насилия. Широ продолжал что-то выкрикивать, но вдруг осекся. Он увидел Лиама — не дерзкого партнера, а сломленного, дрожащего человека, который пытался спрятаться от него самого. Ярость Широ испарилась мгновенно, оставив после себя ледяную пустоту. — Лиам… — его голос дрогнул. Он увидел красные следы от своих пальцев на руке Лиама. — Прости… боже, прости, я… Он опустился перед ним на колени, пытаясь коснуться плеча, но Лиам вздрогнул и отпрянул. По щекам Лиама катились слезы, но он молчал. Это молчание было страшнее любого крика. — Я не хотел… я просто… — лепетал Широ. Лиам медленно поднялся. Его взгляд был пустым. — Убери этот бардак, — бросил он холодно и вышел, оставив Широ одного в луже соуса и обломках керамики. Глава 4: Раскол Ту ночь они провели по разные стороны закрытых дверей. Лиам лежал на диване, глядя в потолок. Каждый звук в квартире заставлял его вздрагивать. Широ на кухне ползал по полу, собирая осколки руками. Он не включал свет. Он просто собирал острые кусочки, чувствуя, как они режут кожу, но эта физическая боль была ничем по сравнению с осознанием того, что он натворил. Он лег в их общую кровать, но она казалась ледяной пустыней. Впервые он понял, что его любовь превратилась в удавку. Глава 5: Уход Утром Широ проснулся от шороха ткани. Он выскочил в коридор и замер. Лиам стоял у двери с дорожной сумкой. — Ты… куда? — голос Широ сорвался. — К родителям. На пару дней. Мне нужно подышать, Широ. Без тебя. Сердце Широ пропустило удар. Страх потери, тот самый, что грыз его годами, впился в горло. — Ты уходишь насовсем? Лиам посмотрел на него. В его глазах не было ненависти, только безграничная усталость. — Я записал тебя к психологу. На тумбочке адрес и время. Если ты действительно хочешь, чтобы у нас было будущее — ты пойдешь. Потому что то, что произошло вчера… это не нормально. Это не любовь. Лиам взял сумку и вышел, не оглядываясь. Глава 6: Работа над обломками Первые сеансы были адом. Широ сидел в кожаном кресле, скрестив руки, и сверлил врача взглядом. — Я просто вспыльчивый, — бросал он. — И он меня спровоцировал. Но на четвертой встрече плотину прорвало. — Я боюсь потерять его, — прошептал он, глядя в окно. — Я уже потерял Акиру. Он просто ушел, и мой мир рухнул. Я думал, если я буду контролировать каждый шаг Лиама, если я заставлю его нуждаться во мне, он никогда не сможет уйти. — Контроль — это не страховка от потери, — мягко ответил врач. — Контроль — это самый быстрый способ прогнать человека. Глава 7: Возвращение Лиам вернулся через неделю. Он вошел осторожно, как входят в клетку к хищнику. Но Широ не бросился к нему. Он просто встал с дивана и кивнул. — Я хожу на сеансы, Лиам. Три раза в неделю. Лиам остановился, внимательно вглядываясь в его лицо. Широ выглядел осунувшимся, но в его взгляде появилось что-то новое — смирение. — И как? — тихо спросил Лиам. — Тяжело. Я учусь дышать до того, как начну кричать. И я учусь понимать, что ты — не Акира. И ты имеешь право не любить мой ужин. Между ними всё еще стояла стена из разбитых тарелок, но теперь в ней появилась маленькая трещина, сквозь которую пробивался свет. Они начали заново. Долго, болезненно, спотыкаясь о старые привычки, но теперь у них был шанс. Ради себя. И ради того, чтобы больше никогда не видеть страх в глазах любимого человека.