Глава 15

Прижав её спиной к двери, он впивается в её губы, а она стонет ему в рот. Его руки упираются в стену по обе стороны от её головы, а её руки обвивают его шею. Он опускает руки, чтобы схватить её за ягодицы, и приподнимает — так, что брюнетка может обхватить его талию ногами. Лоррейн задыхается, почувствовав его возбуждение напротив своего пульсирующего, разгорячённого лона. Вцепившись пальцами в его волосы и откинув его голову назад, она покусывает и посасывает кожу на его шее, заставляя мужчину постарше стонать. Он сжимает её ягодицы и держит её на весу, пока несёт в спальню, осторожно поднимаясь по лестнице, — а она продолжает покусывать его горло. Добравшись до спальни, он ставит её на ноги, поднимает руки и обхватывает её лицо, слегка запрокидывая её голову, чтобы удобнее было целовать. — Ты такая красивая, — бормочет он, не отрываясь от её губ. Одна его рука скользит к затылку, и он тянет её за волосы назад — она стонет. Он прикусывает место, где шея переходит в плечо, а затем высовывает язык и облизывает покрасневшее место. — Пожалуйста, — всхлипывает она, проводя руками вверх по его груди, ощупывая мускулистые грудные мышцы и широкие плечи. Эд мычит, уткнувшись ей в горло: — Что «пожалуйста», детка? — Сделай что‑нибудь. Он ухмыляется и отрывается от её кожи — онастонет от разочарования. Схватив её за талию, он бросает её на кровать, а она хихикает. Он подходит к краю кровати, а она подползает к нему — он снова стонет. Она — само воплощение греха: облизывает губы, а взгляд скользит вниз по его груди к выпуклости в джинсах. Лоррейн встаёт на колени и задирает его рубашку, целует пресс, посасывает и облизывает его. — Чёрт, Лоррейн, — выдыхает он. Она смеётся, уткнувшись ему в кожу, и смотритна него из‑под ресниц. Лоррейн уговаривает его поднять руки, чтобы снять с него рубашку. Она мычит, целует его в губы, покусывает нижнюю губу — он улыбается. Он подхватывает её подбородок пальцем и проводит большим пальцем по её пухлым губам. — Ты прекрасна, знаешь об этом? — Ммм, ты просто так говоришь, потому что собираешься меня трахнуть? — поддразнивает брюнетка, заставляя его рассмеяться. Он толкает её на спину и наваливается сверху, задирает её рубашку и ощупывает её нежную кожу. — О нет, милая. Я так говорю, потому что это правда. Ты самая прекрасная, — он целует её живот, — самая красивая, — задирая рубашку выше, он целует одну грудь, — самая сексуальная, — целует другую грудь, — женщина, которую я когда‑либо видел. Она хихикает, когда он целует её в губы, окончательно стянув рубашку через голову. Его рука скользит вдоль её бока и опускается к пуговицам на джинсах. — Должно быть, это ложь. Эд приподнимает бровь: — Ты мне не веришь? Она качает головой, и он мычит в ответ: — Тогда придётся доказать. — О, да? — спрашивает она со смешком, наблюдая, как он опускается и устраивается между её ног. — Как? — Я тебе покажу, — он подмигивает ей, стягивая с неё джинсы и обнажая длинные, подтянутые ноги. Он отбрасывает джинсы куда‑то в угол комнаты, наклоняется и целует её бёдра, затем— внутреннюю поверхность бёдер. Она прикусывает нижнюю губу. Эд подхватывает одну её ногу и закидывает себе на плечо, целует внутреннюю сторону бедра — она вздрагивает. — Эд, — стонет она, когда он не делает того, чего ей хочется больше всего. Он смеётся и целует внутреннюю сторону другого бедра. — Пожалуйста, мне нужно… — она задыхается, когда он целует её сквозь трусики. — Чёрт, — бормочет он, вдыхая её сладкий аромат. — Интересно, такая же ты на вкус, как и на запах? «О чёрт». Поддев пальцем край её трусиков, он стягивает их вниз, комкает и засовывает в карман. Он смотрит на неё тёмными, полными вожделения глазами, а она — на него, приподнявшись на локтях. Ухмыльнувшись, он проводит языком вдоль её обнажённой, влажной плоти — она стонет, выкрикивая его имя, и откидывает голову назад. «Чёрт, она и правда такая же сладкая на вкус, как и аромат». Он делает это снова — она содрогается, и её рука опускается, чтобы впиться пальцами в его волосы. Эд проводит языком по её набухшему бутону — она извивается и возбуждается ещё сильнее. Он удерживает её бедро, шире раздвигая ногу, а другой рукой обхватывает вторую ногу, которую она закинула ему на плечо. Он начинает ласкать её так, словно у него больше никогда не будет такого шанса. Эд сосёт, покусывает и лижет, а Лоррейн содрогается и издаёт высокие стоны, умоляя его позволить ей кончить. — Эд, пожалуйста, — вскрикивает она, отчаянно нуждаясь в нём, вцепившись пальцами в его волосы, отчего он стонет. Когда её ноги начинают дрожать у него на шее, он даёт ей то, чего она хочет. Эд проводит языком по её набухшему клитору, пока она не кончает — её спина отрывается от кровати, она выгибается. Он слизывает её соки, словно измученная жаждой собака, не пившая несколько дней. — О боже, — тяжело дышит она, когда мужчина смеётся, садится, вытирает рот тыльной стороной ладони и глубоко вздыхает. Он забирается на неё и целует в губы, позволяя ей ощутить собственный вкус — она стонет. — Чёрт возьми, милая, это было самое возбуждающее, что я когда‑либо видел, — говорит он низким, глубоким голосом. Она всхлипывает, глядя на него затуманенным взглядом. — Пожалуйста, — Лоррейн обвивает ногой его бёдра, прижимает его к себе и трётся о его член, скрытый джинсовой тканью, — он стонет. — Не заставляй меня ждать. Мне нужен ты. Эд мычит, убирая волосы с её лица, и целует её раскрасневшиеся щёки. — Знаешь… у меня были планы на тебя. Я собирался уложить тебя на свою кровать и заставить кончать, — он целует её в нос, — снова и снова, — целует в лоб, — и ещё раз, пока я буду любить твою прелестную киску языком. «Господи, его рот…» — А потом я собирался медленно заняться с тобой любовью, слушая твои сладкие стоны… но… — он мычит и смотрит на неё, его зрачки расширены и стали ещё темнее. — Но теперь, милая… я хочу тебя трахнуть. Хочу трахать тебя, пока ты не задрожишь в моих руках, умоляя меня остановиться, пока я не разрушу тебя, разорву на части. А потом я займусь с тобой любовью, соберу тебя воедино и расцелую всё твоё идеальное тело. «Чёрт…» Лоррейн всхлипывает — её влажная плоть пульсирует в ожидании. Она прикусывает губу и шепчет: — Тогда сделай это, — её голос становится низким, соблазнительным. — Разрушь меня. Что‑то в нём ломается. Он прижимается губами к её губам, заставляя её стонать, её тонкие пальцы стремительно опускаются вниз, чтобы расстегнуть его штаны. Она стягивает с него джинсы и стонет, когда его губы отрываются от её, а он отстраняется. Его член пульсирует в трусах, когда она шире раздвигает ноги для него, её лоно блестит от влаги и спермы. Когда он достаёт свой твёрдый член и сжимает его в кулаке, у неё перехватывает дыхание, а глаза расширяются. — Чёрт, он огромный. — Ты уверена? — спрашивает он, приподняв бровь, но взгляд его смягчается. Она кивает, закусывая губу, а он нависает над ней и касается губами её лба. Лоррейн задыхается от внезапного ощущения его члена у своего входа — он пульсирует, требуя войти. — Готова? — Ммм, — кивает она, отчаянно желая, чтобы он уже оказался внутри. Её глаза встречаются с его — в них обоих читается страсть, любовь и желание. Он выравнивается напротив неё и медленно входит, и они оба ахают. «Чёрт возьми, она чертовски узкая». — С тобой всё в порядке? — она уже задыхается, хотя внутри только головка его члена. На первый взгляд она поняла, что он крупный, но, чёрт возьми, он действительно огромный. Лоррейн с трудом сглатывает и кивает, а он продвигается ещё на дюйм внутрь, отчего она крепче сжимает его плечи и морщится от боли и удовольствия. Она была такой узкой, что почти душила его член, заставляя его стонать. Эд хотел продолжить, но не хотел причинять ей боль. — Лоррейн, если… — Продолжай. Чёрт, продолжай, — умоляет она. Эд кивает, прикусывая нижнюю губу, и продолжает медленно входить в неё. Она чувствует, как растягивается, принимая его длинный, толстый член. Прошло много времени с тех пор, как у неё был кто‑то. Слишком много — два года, и никто даже близко не мог сравниться с размерами её горячего босса. Как только он полностью вошёл в неё, они оба уже задыхались, и он опустил лоб на её лоб. — С тобой всё хорошо? Лоррейн закрывает глаза и глубоко вздыхает: — Да… Просто… — ей нужно мгновение, чтобы привыкнуть к его толщине. Через секунду она кивает: — Ладно, ладно. Двигайся. От первого толчка она всхлипывает и морщится от боли, слёзы наворачиваются на глаза. Он останавливается и качает головой: — Дорогая… — Нет! Продолжай, пожалуйста, — умоляет она, глядя на него умоляющими глазами, и быстро целует его в губы, чтобы подбодрить. Пожилой мужчина кивает и начинает двигаться медленно, давая ей привыкнуть к своим размерам. Через пару толчков её всхлипывания превращаются в стоны — она наконец растянулась. — Быстрее, — выдыхает она, проводя ногтями по его спине. — Ты уверена? Она закатывает глаза: — Эд… Ради всего святого… Трахни меня. Эд смотрит на неё, приподняв бровь, а затем ухмыляется: — Осторожнее с желаниями, дорогая. «Чёрт возьми». Он останавливается и садится на колени, не желая терять времени, чтобы исполнить её просьбу. Приподняв её бёдра и подложив под них подушку для удобства, Эд притягивает её к себе и резко двигает бёдрами, заставляя её громко стонать. С каждым сильным толчком её стоны становятся громче. — Чёрт, Лоррейн, — стонет он, ощущая её влажность и тугую киску. — Чёрт… Ты такой большой, — выгибает она спину, а он сжимает одну из её грудей, пощипывая соски и возбуждая её ещё сильнее. — А посмотри на себя, — стонет он, наблюдая, как её глаза закатываются, а пальцы сжимают его руку. — Принимаешь мой большой член, как хорошая девочка. Лоррейн задыхается от его слов, её киска сжимает его, словно тиски. Его толчки становятся жёстче, он берёт одну её ногу и поднимает вверх, ещё шире раздвигая её для себя, а другой рукой подхватывает её за бедро. Её рука хватается за изголовье кровати, голова запрокидывается назад. Она чувствует его внутри — насколько глубоко он вошёл, каждую вену на его пульсирующем члене. С каждым движением его бёдер с её приоткрытых губ срывается высокий стон. — Не останавливайся. Не останавливайся, — кричит Лоррейн, а он стонет. Скоро она кончит на его члене, и он это знает. Он чувствует, как она сжимается вокруг него и как меняется звук её стонов. Рука Эда скользит вниз по её ноге к набухшему бугорку, и он касается его, заставляя её дыхание сбиваться. — Эд! Эд! — задыхается она, грудь её вздымается, дыхание учащается, когда он делает это снова, его член глубоко внутри неё. Жар нарастает в её животе, оргазм вот‑вот наступит, знакомое тянущее ощущение говорит ей, что она почти на грани. — Я… я… — Кончай, детка. Кончай на моём члене, малышка. Его прозвище для неё заставляет её издать гортанный стон его имени, когда она кончает, пульсируя вокруг его толстого члена. Сжимая его, она заставляет его рычать. Эд сохраняет ритм, понимая, что сам долго не продержится. Когда он чувствует, что она достигла пика, он стонет и снова сжимает её ноги. «Мне нужно выйти». Лоррейн смотрит на него, губы приоткрыты, с них срываются всхлипы. Она знает, что он сейчас кончит. — В меня. «Чёрт побери». — Лоррейн, — хрипит он напряжённым голосом. Собрав последние силы, она высвобождает ноги из его мёртвой хватки и обвивает ими его талию, когда он падает вперёд, опираясь руками по обе стороны от её головы. Она прижимается губами к его губам и говорит: — Наполни меня, милый. Кончи внутри меня. Он задыхается, когда она сжимает его член, а её ноги сжимаются вокруг его талии. Его голова падает ей на плечо, пока он изливается в неё. Он стонет от её непристойного стона в ухо и кусает её шею. Не желая всей тяжестью лечь на неё, он скатывается с неё и ложится рядом, оба тяжело дышат. — Чёрт возьми, — выдыхает она и хихикает, заставляя его глубоко рассмеяться. — Вау. Он мычит, пытаясь отдышаться, и смотрит в потолок, его рука ложится на её живот. Лоррейн закусывает губу и поворачивается набок: — Можем повторить? Эд смеётся, поворачивая голову к ней: — Конечно, дорогая. Она хихикает и хватает его за лицо, страстно целуя его губы со стоном: — В любое время, когда захочешь. — Ммм, как насчёт… Прямо сейчас? — она ухмыляется ему, заставляя его снова рассмеяться. Он обнимает её и притягивает к себе сверху. — Не можешь насытиться моим членом, да? — спрашивает Эд, приподняв бровь. Лоррейн качает головой, закусывая губу, когда садится, оседлав его бёдра. Он мычит, ухмыляясь, и кладёт руки на её кремовые голые бёдра. — Едь на мне. — Что? — Ты слышала меня, — снова требует он низким голосом. — Оседлай мой член, малышка. Лоррейн облизывает губы, её дыхание снова учащается. Она опускается ниже по его телу, встаёт на колени и обхватывает его толстый член своими маленькими руками. Он самодовольно ухмыляется, видя, насколько он велик в её изящной руке, того факта, что она не может полностью обхватить его толщину пальцами, достаточно, чтобы он стал твёрдым как камень. Брюнетка закусывает губу, смазывая его своей влагой, и всхлипывает, когда головка его члена входит в неё. Он сжимает её талию, помогая ей медленно опуститься на него. — О боже, — задыхается она, когда он полностью оказывается внутри неё снова, её тепло окутывает его, заставляя застонать. — Вот так, дорогая, — подбадривает он её, приподнимая за талию, пока она наклоняется вперёд. Её руки ложатся на его грудь, и она начинает подпрыгивать на нём вверх‑вниз. Лоррейн стонет, произнося его имя, её лоно сжимается вокруг него. — Чёрт, Эд, — стонет она, запрокидывая голову назад. Его рука поднимается, чтобы сжать её грудь в ладонях, слегка сжимая. Брюнетка задыхается, повторяя его имя как мантру, пока скачет на нём, вращая бёдрами по кругу. Эд не мог ею насытиться. Её руки скользили по её телу, пробегали по красивым длинным каштановым волосам. Губы были приоткрыты, стоны вырывались с каждым движением, её груди подпрыгивали в его ладонях. Ему казалось, что он во сне. Девушка его мечты скачет на его члене, стонет его имя, использует его в поисках удовольствия, а её рука опускается к клитору и начинает кружить по нему. Эд проводит большими пальцами по её затвердевшим соскам, и она сбивается с ритма, её грудь краснеет, а на лбу выступает капля пота. — Ты чертовски горяча, малышка, — её глаза дико вспыхивают, когда его член попадает точно в ту самую точку внутри неё, до которой ни один мужчина раньше не мог добраться. — О, чёрт! О боже мой! — кричит она. Жар в животе нарастает снова, и она начинает двигаться быстрее и интенсивнее. Её руки сжимают его крепкие бёдра, мышцы на шее напрягаются, пока она громко стонет. — Да, да, да! — Давай, красотка. Кончи для меня, — Лоррейн стонет, закусывая нижнюю губу, и оргазм накрывает её, заставляя содрогаться над ним. «Она чертовски идеальна». Брюнетка продолжает скакать на нём, стремясь продлить наслаждение и желая снова почувствовать, как он наполняет её. Он сжимает её ягодицы, помогая двигаться, когда ощущает тянущее чувство внизу живота. — Чёрт, малышка, — выдыхает он. — Давай, милый. Наполни меня, — задыхаясь, шепчет она, наклоняясь и целуя его в губы. Лоррейн кусает его нижнюю губу в тот момент, когда он кончает в неё. Они оба стонут в рот друг другу. Она целует его в челюсть и оставляет отметину на шее, желая, чтобы все знали — он принадлежит ей (зная, что он сделал то же самое с ней). Лоррейн соскальзывает с него, уже скучая по его толщине, и ложится рядом, тяжело дыша. Он закрывает лицо рукой, пытаясь отдышаться и прийти в себя после пика наслаждения. «Это было… Это было чертовски невероятно. Она была чертовски невероятна». Улыбка появляется на его лице, когда он чувствует, как её рука скользит вверх и вниз по его животу, а губы оставляют лёгкие поцелуи на груди. Когда он открывает глаза, она одаривает его той самой прекрасной улыбкой, в которую он когда‑то влюбился. — Ты был прав, — мурлычет она, положив подбородок ему на грудь, пока он подкладывает руку под голову, чтобы посмотреть на неё. Он в замешательстве приподнимает бровь, заставляя её хихикнуть. — Ты сказал, что у меня будет что‑то, чего я буду ждать с нетерпением, когда мы вернёмся домой. Эд усмехается и кивает, вспоминая свои слова, сказанные, когда они были в доме её матери. Он кладёт руку ей на спину и поглаживает нежную кожу. — Да? И было? — О, чёрт возьми, да, — улыбается Лоррейн, приподнимаясь и целуя его в губы. Она замолкает и проводит ногтем по его груди, погружаясь в мысли. — Что ты… — Хочешь ещё один раунд? Старший мужчина ухмыляется, притягивает её к себе и переворачивает так, что оказывается сверху. — О, чёрт возьми, да. Она хихикает и обвивает руками его шею, пока он целует её.