Часть 32

      После монотонного повторения, где вы работаете на отдалённой дистанции, лежа в сугробе, а Гоуст находится в 200 метрах от вас, чуть выше по склону, Прайс, сидя в кресле, потягивая чай, подводит итог: - Всех кладем нахрен. Живым или мёртвым нам нужен только Шепард. Так или иначе, ему на трибунале ничего хорошего не светит. С нашим компроматом его даже мёртвым линчуют. Николай завтра будет в 7 часов. Всем выспаться. Идти нам 20 километров от опушки. Будет нелегко, даже несмотря на то, что база относительно хлипкая... Он думал, что небольшой домик отведет подозрение. Аиша, - капитан обернулся на вас - отдыхаешь сегодня, собираешься с мыслями. Мы на тебя рассчитываем. Как ты кстати? Он смотрел потухшим, чуть уставшим взглядом, с ноткой отеческой ласки, привычными движениями расправил скрученный край бородки. - А... Все супер. Не берите в голову. - Ну смотри мне... Я в тебя верю... Вы все свободны. Соуп что-то шепнул ему перед уходом, пока Газ ждал его у двери, на что капитан лишь кивнул: - Я знаю. Все решим по мере поступления. Давай, сынок, иди. Время уже... "Странно это..." - подумалось вам. Казалось, что секретов от группы быть не должно, хотя какой там... Вы с Гоустом первые нарушили запрет. То малое произошедшее под бархатом ночи - уже большая кладезь тайн, часть из которых вам самой хотелось бы понять и разгадать! - Ладно. Все на потом. Жестко констатируете факт, скорее подводя итог для себя самой, несмотря на то, что ноги сами ведут ко вчерашнему месту встречи. Тень за полосой растительности. Предгрозовой перевал тишины - сейчас сезон дождей - , и невольно вспоминается дом, как бабушка в саду смотрит на пионы и ждёт, пока ливень напоит их корни сполна. Тоска накатывает волной, но пришлось содержать себя в руках, чтобы не разреветься в порыве настольгических чувств. Гоуст пока не на месте. А где же он? Вот-вот начнут падать первые капли. Ламинарно тянется время. Ласточек, летающий так низко, что казалось, совьют гнезда прямо в волосах, уже не видать. Пришлось ждать. Минута - пять - пятнадцать, помноженные на два. Его все нет. "Неужели забыл!? Или..." - догадки давили - "Просто решил не приходить?"