На губах

В комнате тишина и покой. Свет обеденного солнца плавно ложится на рядом стоящую застеленную кровать, а крошки-пылинки витали в пространстве комнаты, оседая и вновь взлетая от любого действия. Тишина немного съедала чертёнка в комнате девушки, от которой он постоянно ахал на уроках и получал подзатыльники от соседа по парте - Альфёдова, что сами остались одни в квартире, пока родителей нет. Джаст, сидевший на кровати Алфёши , упёршись руками об покрывало, немного опустив корпус вниз, иногда разрывал их молчание всякими вопросами, разъедая неловкие молчки. Опустив голову в бок, рассматривая свою девушку со спины, ещё раз спрашивая очередной вопрос. – Скажи мне ещё раз, для чего я здесь? – Я же раз десять тебе говорила, мне нужно опробовать новую помаду на стойкость – Говорит беловолосая девушка, стоя у зеркала, накрашивая губы ярко-синей помадой – А почему именно я? – Потому что! Не задавай глупых вопросов. По твоему я должна целовать абы кого, вместо своего любимого парня? – А чёрт лишь игрался с альбиноской, с этими вопросами, дожидаясь этих заветных слов, хихикнув у неё за спиной, пользуясь её невнимательностью сейчас. Альфушка, что будто слоями наносила помаду, крутясь перед зеркалом, раздувая губки, оставила синюю чертовку в покое, кладя её на рядом стоящий комод. Подходя к кровати, на которой его и так заждался Джаст, в глазах пробегает искра. – Готов? – Без ответа, она садится к парню на колени, прижимаясь к чужим устам. Чёрт обхватив её руками, проводит по спине, заползая под футболку. Их дыхание стало прерывистым, губы встретились — нежно, осторожно, будто в первый раз. Альфёша чувствовала тепло его искусных от стресса губ, мягкость прикосновения и лёгкий вкус помады. Поцелуй становился глубже, теряя свою первоначальную нежность. Их губы медленно разъединились, но руки чертилы все равно блуждали по телу, оставляя тёплые, горячие следы, будто прожигая, изучая строения и запоминая каждый сантиметр изученного только на половину тела. Отстраняясь, альбиноска начинает рассматривать его лицо, поворачивая из стороны в сторону, в особенности губы, что тоже окрасились в нежно синий цвет. Джаст уже и забыл, что они тестируют помаду. – Довольно не плохо – Оценивающе произносит та, вновь втягивая парня в поцелуй, притягивая за волосы. В этот раз поцелуй был более страстным, полным желания и решимости. Реальность лишь напоминала о себе тиканьем часов на стене, звучанию мотора машин, и щебетанием птиц за окном. Их сердца бились в унисон, а тело требовало большего. Когда они отстранились, их взгляды снова встретились. Помада немного размазалась на губах, а улыбка так и норовилась появиться на лице девушки. В скором у чёрта появились следы чужих губ на обоих щеках, носу, лбу, скуле, подбородку, продолжая на шее. Все поцелуи так и заводили парня, от чего даже сильная хватка на ягодицах, и Альфушка возмущённо смотрел на него. Хотя и сама она не просто так затеяла этот "эксперимент", всего лишь из-за лишних глаз школьной публики, девушка хотела показать всему свету что это её парень, собственность снеговиков, никому не трогать, но из-за разницы в один год ей пришлось смириться. Это могло длиться ещё дольше, но к сожалению их прерывает звук ключей, и крик родителей "Мы дома". После из своей комнаты, в прихожую выходит недовольная Альфёша с помадой на губах, а за ним зацелованный Джаст. Пока отец с Альфёдовым не понимающе смотрели на детей, мать лишь хихикала. Придётся объяснять всё родителям, хотя они и так без неё всё поняли.