Парень из 57

      Она остановилась. Рука сама потянулась к дверной ручке, но в последний момент Кристин замерла. Сердце колотилось так сильно, что казалось, его слышно на весь коридор. А если это не он? Если за этой дверью окажется совершенно незнакомый человек, а она только выставит себя сумасшедшей? А вдруг он будет не рад её приходу? Несколько секунд она просто стояла, глядя на цифры «57» на двери. Сделав глубокий вдох и выдох, девушка постучалась. Из палаты послышался голос. — Да отстаньте вы уже от меня. Хриплый, раздражённый и усталый. Но до боли знакомый. Кристин будто перестала дышать. Она медленно приоткрыла дверь. Палата была почти такой же, как и её собственная. Белые стены, капельница, тумбочка, зашторенное окно. На кровати, отвернувшись к окну, сидел парень. Тёмные волосы были растрёпаны, на руках виднелись садины, а лица видно не было. Он даже не посмотрел в её сторону. — Я же сказал, мне ничего не нужно. Кристин сглотнула. — Джекс... Парень резко замер. В палате повисла тишина. Медленно, очень медленно он повернул голову в её сторону. Их взгляды встретились. Несколько секунд царила гробовая тишина. Он смотрел на неё так, будто увидел привидение. Парень резко поднялся с кровати, но тут же поморщился от боли и схватился за бок. — Ты... Помни? — Это правда ты... Кристин сама не заметила, как сделала шаг вперёд. В глазах у неё поступили слёзы, которые она так долго пыталась сдержать. Джекс смотрел на неё широко раскрытыми глазами. В них впервые не было ни насмешки, ни привычной раздражённости. Скорее, он был в замешательстве. — Ты же тоже помнишь всё то, что произошло с нами?..— тихо спросила она. Он нервно усмехнулся и отвёл взгляд. Кристин заёрзала на месте. Но Джекс вдруг снова посмотрел на неё, и его взгляд стал каким-то тяжёлым. — Лучше бы ты сюда не приходила. Кристин замерла. Сердце будто на мгновение перестало биться. По спине пробежали неприятные мурашки, внезапно стало холодно и душно одновременно. — Ты не можешь так говорить... Джекс, мы в реальном мире, где больше не нужно натягивать на себя маски своих персонажей, пойми это. Разве ты не рад, что всё это не было сном? Не рад тому, что не сошёл с ума? Джекс посмотрел на неё с усталостью в глазах. — Я был бы безмерно счастлив, если бы всё это оказалось сном. Был бы рад, если бы узнал, что просто сошёл с ума. Всё это время я пытался убедить себя, что мне всё приснилось. Что ничего этого не было. А потом пришла ты. Пришла и всё испортила. Кристин замерла. Нет, она готовила себя ко всему. Но, услышав это в реальности, поняла, что всё равно не ожидала подобного. Она так хотела, чтобы всё это не оказалось сном. Ведь там у неё были люди, с которыми она хотя бы могла поговорить. Там она не была одна. Да и если бы всё это оказалось лишь плодом её воображения, ей бы пришлось всю жизнь считать себя сумасшедшей. Но парень, которого она так долго не могла выкинуть из головы, думал совершенно иначе. «Пришла ты и всё испортила». Эта фраза эхом отдавалась в голове. Мысли путались, каждая из них болезненно повторялась снова и снова. Кристин стояла посреди палаты, будто вкопанная, не в силах пошевелиться. Она посмотрела ему в глаза. В них не было ни сожаления, ни страха, который она так хотела увидеть. Только злость и боль. От этого ей стало ещё хуже. Даже здесь, в реальном мире, где рядом наконец оказался человек, способный понять её, она всё равно осталась одна. Дыхание участилось, сердце билось так сильно, что шум от него отдавался в ушах. — Я поняла... — едва слышно произнесла она. С трудом заставив себя сдвинуться с места, Кристин направилась к выходу. — Больше никогда сюда не приходи, — бросил он ей вслед.