***

— Смотрите, кого я нашёл!       Рука сама собой потянулась к волосам, чтобы пригладить кудри, спутавшиеся после того, как он снял шляпу.       «Веду себя, как глупый неуверенный юнец!» — С досадой подумал Том, проходя через слишком низкий дверной проём. — Том, я рада, что вы смогли к нам присоединиться! — Миссис Гардинер наградила Тома ласковой улыбкой, которая немного уняла его нервозность.       Тому пришлось приложить некоторое усилие, чтобы не впиться взглядом в мисс Беннет, сидящую рядом с миссис Гардинер. — Надеюсь, я не помешал, — Том радовался тому, что хотя бы голос не подвел его в этот момент. — Нет-нет! — Заверила его миссис Гардинер. — Нет, конечно. — Подтвердил слова жены мистер Гардинер. — Мы рады вас видеть.       Том позволил себе на мгновение скользнуть взглядом в сторону мисс Беннет. Ему едва удалось сдержать улыбку, когда он увидел, как она поспешно дожевывала свой завтрак. Она умудрялась умилять его даже в такие обычные моменты. — Я долго размышлял о ваших словах. — Я сказала, что он слишком много работает и что ему стоит иногда позволять себе отдохнуть. — Том вновь отвлекся от миссис Гардинер и нашел взглядом лицо мисс Беннет. Ему почудилось, что в её чудесных сине-зеленых глазах мелькнула радость. Том поспешно отвел взгляд от неё, не желая вновь поддаваться бессмысленной надежде. Миссис Гардинер тем временем легонько толкнула локтем своего супруга, хитро улыбнувшись. — Как приятно, что хоть кто-то меня слушает. — Дорогая, мы прислушиваемся к каждому твоему слову, — поддразнил супругу мистер Гардинер. Он перевел взгляд на Тома. — Не присоединишься к нам? — Я уже позавтракал, — ответил Том. — Может, в таком случае, вам двоим стоит выйти и подышать воздухом перед тем, как мы отправимся к озеру? — Предложила миссис Гардинер, переводя взгляд с него на мисс Беннет.       Том замер.       «Сейчас она вежливо откажет. Ведь она помолвлена с мистером Райдером, и теперь ей не следует оставаться наедине с другими мужчинами», — думал он, сминая в руках ни в чем не повинную шляпу.       «Тогда зачем бы миссис Гардинер предлагать своей помолвленной племяннице прогуляться с мужчиной, не являющимся ее супругом?» — Возразил голос надежды, который он так и не смог полностью заглушить.       Мэри повернулась к нему. Легкая улыбка тронула её губы, цвет которых идеально повторял нежный румянец, украшавший её щеки. Том почувствовал, как краснеют его уши от подобных мыслей.       «Она покраснела, потому что ей неловко будет отказать мне в прогулке», — размышлял он, ожидая ответа девушки. — Хорошая идея, — с улыбкой отозвалась мисс Беннет. — Да, — выдохнул Том, не веря своим ушам.       Мэри встала из-за стола и, замявшись на мгновение, подошла к нему. — Я… — Да…       Заговорив одновременно, они смущенно замолчали. Том жестом предложил ей пройти вперед. Он предпочел не глазеть на то, как мисс Беннет надевает верхнюю одежду, потому что был не уверен в том, что сможет оторвать взгляд от её рук, не скрытых рукавами строгого платья, которые она предпочитала носить в обычное время.       Совсем некстати ему вспомнился приём, на котором он танцевал с ней. Когда его бывшая невеста расхваливала внешний вид Мэри, а он не слышал ни слова, упиваясь видом её изящной шеи и тонких хрупких ключиц, не скрытых воротом платья. А когда они танцевали, он мог думать только о том, как ему хотелось, чтобы их руки не были разделены плотной тканью шелковых перчаток, и он мог прикоснуться к её ладони по-настоящему. От этих воспоминаний ему стало так душно, что он был готов выбежать с постоялого двора, только бы прохладный воздух мог спасти его от жара, родившегося внутри него.       К его счастью, мисс Беннет уже оделась, и они смогли выйти наружу. Они шли совсем рядом. Если бы том захотел, он мог бы коснуться локтем её локтя. Но вместо этого он потянулся к карману и достал книгу, которую он выбрал специально для Мэри. Решившись, он открыл рот: — Я хотел бы… — Такой свежий воздух!       Они вновь заговорили одновременно и замолчали, избегая взглядов друг друга. — Простите меня. — Ничего страшного. Продолжайте.       Том отчаянно хотел, чтобы она подняла на него взгляд. Но Мэри упрямо смотрела куда-то ему за спину. Вздохнув, он протянул ей книгу. — Мисс Беннет, возможно, это вам пригодится. Путеводитель по Озерам мистера Вордсворта. География, переплетенная с поэзией. — Оу… Спасибо. — Мэри взяла книгу из его рук, едва задев его палец своим.       Тому показалось, что это прикосновение обожгло его. Он обхватил палец другой рукой, словно это могло подольше удержать на его коже прикосновение мисс Беннет. Сама же виновница его столь отчаянного положения даже не подозревала о том, как она влияла на своего собеседника.       Она смотрела на книгу, легонько поглаживая её обложку. Её улыбка стала шире, и она, наконец, взглянула на Тома.       «Я так и знал. Вдали от серого Лондона, в окружении цветов и зеленой травы, её глаза еще ярче и прекраснее», — думал Том, упиваясь бирюзой её взгляда. — Нам очень повезло, что вы присоединились к нам, — произнесла она, прижимая к себе книгу.       Тому стало стыдно от того, насколько сильно он желал оказаться на месте этой книжонки, поэтому отошел в сторону, чтобы обойти клумбу, обнесенную каменным заборчиком, и дать себе короткую передышку. — Как вам понравилось в Пемберли, мисс Беннет? — О, в Пемберли было… — Мэри замялась на секунду. — Напряженно. — Я рад слышать, что ваша матушка в добром здравии. — Не сумев ничего с собой поделать, Том вновь повернулся к Мэри. Ему хотелось смотреть на нее всегда, даже если она не желала встречаться с его взглядом. — О да, матушка… — Мисс Беннет поморщилась, словно воспоминания о матери доставляли ей неудобства, — снова стала прежней. — Это ведь хорошо, да? — Том подозревал, что ответ будет отрицательным, но он хотел узнать об этом от самой Мэри. Ему нравилось, когда она раскрывала ему свои мысли. — Ну… Нет, то есть да… Но теперь, когда ей стало лучше, я думаю, что она еще больше разочаровалась во мне, чем когда бы то ни было. — Мэри улыбнулась ему так, словно ничего не произошло, но Том не мог не услышать печаль в её голосе. — Я весьма удивлен, — искренне отозвался Том. — О, вы не видели моих сестер, мистер Хейворд. — Мэри снисходительно ухмыльнулась и двинулась вперед, обходя ту же самую клумбу с другой стороны. — Они все красивые, образованные. Я не так хороша на их фоне, как не устает напоминать мне матушка.       Сказав это, она села на край каменного заборчика и опустила взгляд на свои руки, сжимавшие книжку. Тому же в этот момент хотелось найти миссис Беннет и хорошенько потрясти её за то, что она посмела уверить собственную дочь, что она недостаточно хороша в сравнении со своими сестрами. — Мисс Беннет.       Мэри подняла взгляд. Том позволил себе на краткий миг, равный стуку сердца, утонуть в её открытом, печальном взгляде, а затем взял себя в руки. — Мне жаль слышать, что кто-либо заставлял вас разочаровываться в себе.       Он не заслуживал благодарности, которой наполнился её взгляд. И вместе с тем он радовался тому, что смог хотя бы немного приободрить мисс Беннет. Он сел рядом с ней, не зная, куда сбежать от чувств, переполнивших его сердце. Некоторое время они молчали, не зная, как продолжить разговор. Первой молчание нарушила Мэри: — По пути сюда я встретилась с Энн Бакстер. Совершенно случайно, на постоялом дворе. — Голос мисс Беннет был полон искреннего сочувствия. — Мне жаль, мистер Хейворд. Я понимаю, вы, должно быть, ужасно страдаете. — Ну, я…       Том хотел возразить. Хотел сказать правду. Хотел выразить свое облегчение от того, что он больше не связан клятвами с той, которая не понимала его и которую не понимал он. Что он почувствовал себя самым счастливым мужчиной, когда Энн сказала ему, что её симпатии теперь принадлежат другому мужчине. Ведь это означало, что он был свободен. Что он мог полностью отдаться чувствам к той, кто ворвался в его жизнь так неожиданно, перевернув его отношение к любви с ног на голову. Что он мог не стыдиться больше своей любви к мисс Беннет, ведь теперь он не был женихом мисс Бакстер. Но взглянув на Мэри, он понял, что сейчас было не время для таких признаний. Он не хотел выглядеть легкомысленным человеком, не испытывавшим глубоких чувств. — Спасибо, — только и смог ответить Том.       Мэри кивнула ему и отвернулась. Том в это же мгновение пожалел о том, что сдержал свой порыв. Он не хотел, чтобы мисс Беннет думала, будто бы его огорчил разрыв помолвки с Энн. Совсем некстати ему вспомнились слова мистера Гардинера. — Я слышал, в Пемберли вас навещал наш друг, мистер Райдер, — Том слышал стук собственного сердца в ушах, ожидая реакции Мэри. — О, да, да, это… — Мэри, Том! — Голос мистера Гардинера прервал Мэри. — Нам пора! — Да… — Выдохнул Том, разочарованный тем, что мисс Беннет ничего не успела рассказать. — Мы ведь поговорим еще? — Да, наверняка, конечно, — ответила Мэри, нервно поправляя очки. ***       Том никогда не подумал бы, что будет радоваться полному отсутствию у себя способностей к рыбалке. Потому что благодаря этому он мог стоять совсем рядом с мисс Беннет, которая то и дело тянулась к его рукам, желая поправить его хватку на удочке. — Вы слишком туго держите леску, мистер Хейворд. И ни в коем случае не переполняйте катушку.       Тому было плевать на то, как он держит леску, но ему безумно нравилось исправлять эти ошибки под командованием Мэри, ведь наградой за его правильные действия была ее широкая улыбка. И он даже почти не обращал внимания на многозначительные взгляды, которые бросала на них миссис Гардинер. — Слегка ослабьте хватку, — велела ему мисс Беннет, вновь протягивая руку к его руке. — Да, подождите, — отозвался Том, чувствуя, как болят его щеки от того, как широко он улыбался, глядя на мисс Беннет. — Так? — Да, — усмехнулась Мэри. — А теперь — забрасывайте.       Том послушно закинул удочку в воду. Мисс Беннет едва слышно похлопала ему, словно он совершил какой-то подвиг. — Как называется эта гора? — Спросила у супруга миссис Гардинер. — По-моему, это Скофелл, — ответил мистер Гардинер. — Сестра мистера Водсворта, Дороти, покоряла Скофелл, — тут же отозвалась Мэри. — Да, — подтвердил Том, глядя на ту самую гору, о которой говорила мисс Беннет. — Она говорила, что с вершины видно всё вплоть до моря, — продолжила сыпать фактами девушка. — О, как чудесно, — с интересом ответила миссис Гардинер. — Вы бы согласились покорить её со мной?       Слова сорвались с его языка до того, как он успел подумать. Словно сердце Тома стремилось добиться своего в обход его разума. Мэри замерла, а затем радостно выдохнула, повернувшись к Гардинерам. — Правда? Думаете, сможем? — С удовольствием, — улыбнулась миссис Гардинер. — Вы искусны в физических упражнениях, мисс Беннет? — Спросил Том. Его рациональная часть не желала, чтобы Мэри слишком утомилась, согласившись на его предложение покорить вершину. — Увы, нет, — ответила Мэри. — Мне кажется, клюет! — Воскликнула миссис Гардинер. — Но я думаю, что мой энтузиазм поможет мне выдержать путь до вершины, — продолжила миссис Беннет с улыбкой, полной надежды. — И хорошие сапоги, — пошутил Том. — Я возьму сетку!       Мистер и миссис Гардинер принялись вытягивать из воды свою добычу. — Как думаете, что там?       Том не обращал внимания на суету супругов. Его переполняло предвкушение от предстоящего покорения горы вместе с мисс Беннет.       Внезапные воспоминания о мистере Райдере уменьшили радость, охватившую его. Он так и не узнал, была ли Мэри помолвлена с ним. Вздохнув, он решился намекнуть: — Надеюсь, мои слова о визите мистера Райдера не были неуместны… — О нет-нет, вовсе нет, — Мэри принялась нервно поправлять очки. — Я…Я лишь надеялась, что мое упоминание мисс Бакстер не было неуместным. — О нет, вовсе нет, — повторил ее слова Том, не желая оставлять Мэри ни единой возможности усомнится в том, что он свободен. — Ни в коем случае. — Визит мистера Райдера был кратким и пустым на события. — Мы с мисс Бакстер решили, что будет лучше, если… — Что-то явно тянет леску! — Там что-то тяжелое!       Они оба перестали говорить одновременно, радуясь тому, что можно было отвлечься на Гардинеров. — Тяните на себя, — предложил Том. — Нет, нет, — прервала его Мэри, сразу сменив тон на тот, которым она обращалась к своим маленьким кузенам Гардинерам, — удилище все сделает за вас. Подсекайте и наматывайте на катушку. Подсекайте и наматывайте. — Возможно, это будет наш сегодняшний ужин, — пошутил Том, и мисс Беннет наградила его краткой улыбкой.       Громкий смех миссис Гардинер разнесся эхом над озером, когда мистер Гардинер вытянул из воды спутавшуюся кучку водорослей. — Я не стану это есть, — объявила миссис Гардинер.       Мистер Гардинер пожал плечами и с улыбкой кивнул супруге. Мэри же смеялась так легко и заразительно, словно маленький ребенок, что Тому пришлось еще крепче вцепиться в удочку, чтобы не сорваться и не прижать к себе мисс Беннет. — Оно двигалось! — Шутливо оправдывался мистер Гардинер.       Закончив с рыбалкой, компания быстро перекусила сэндвичами с ветчиной и сыром. Мистер Гардинер устроил голову на толстом корне дерева и совсем скоро засопел. Миссис Гардинер нашла себе место на груди супруга и принялась читать книгу. Том нашел себе место на упавшем дереве чуть дальше от берега. Он надеялся, что мисс Беннет присоединится к нему, но она выбрала для отдыха небольшой пенек впереди него и принялась зарисовывать в блокноте пейзаж, открывавшийся их взорам. Том подавил разочарование и решил последовать ее примеру. Достав блокнот и карандаш, он решил зарисовать утку, расхаживавшую по берегу. Увидев результаты своих стараний, Том усмехнулся. Существо, изображенное им, было чем угодно, только не уткой. Не желая больше быть вдали от Мэри, он встал и подошел к ней. Увидев его, она тут же закрыла блокнот. — О нет, мистер Хейворд, простите. Мои эскизы — оскорбление как для озера, так и для искусства как такового, — пробормотала она, пытаясь спрятать блокнот в складках своего платья.       Том был уверен в том, что она преувеличивает, но не стал давить на нее. Вместо этого он сел на соседний пенек. — Я поражен, мисс Беннет. И чтобы поднять ваш дух, я покажу вам свои ужасные рисунки. — Он наклонился к ней, желая быть как можно ближе. — Но прошу вас, не говорите никому, что вы видели. — Если вы говорите это из скромности, не надо. Будет неловко, если ваши работы хороши. — Вовсе нет. И должен вас предупредить: увидев их, вы вряд ли будете видеть во мне утонченного человека. У меня нет таланта в живописи. Совсем.       С недоверием во взгляде, мисс Беннет забрала из его рук блокнот. Увидев на первой странице ту самую «утку», она взглянула на него, и в глубине ее глаз Том мог отчетливо прочесть вопрос: «Это шутка?» Мэри тихо рассмеялась. Том же, как и в случае с рыбалкой, поблагодарил небеса за отсутствие таланта в рисовании. Стоило нарисовать эту утку ради того, чтобы иметь возможность любоваться улыбающейся мисс Беннет. — Оу… — Выдохнула девушка, переворачивая страницы, чтобы увидеть другие, не менее нелепые рисунки Тома. — Они весьма ужасны. Я даже не пойму, что это такое. — Это? — Том ткнул пальцем в рисунок. — Это утка, мисс Беннет. — У нее слишком много лап, мистер Хейворд, — мягко ответила она. — А, может, к ее ноге прицепилось какое-то растение? — Предложил Том. — Не думаю, — сочувствующе покачала головой Мэри. — Нет, — согласился Том. — Может, стоить насладиться видом, а не пытаться его скопировать? — Предположила мисс Беннет. — Ну, я бы не отказался, — ответил Том.       На самом деле ему хотелось сказать, что он уже любуется видом. Он почти не обращал внимания на окружающую их красоту. Том не видел ни озер, ни гор, ни леса. Всё его существо было сосредоточено на одной мисс Беннет. На том, как солнце запутывалось в её каштановых волосах, к которым он так хотел прикоснуться. На том, как её сине-зеленые глаза вспыхивали каждый раз, когда она видела незнакомую ей птицу или цветок. На том, как её лицо освещалось мягкой улыбкой, когда она наслаждалась открывавшимися перед ней видами. — Может, прокатимся верхом? — Предложил Том, желая провести с Мэри время наедине. — Вы ездите верхом, мисс Беннет? — Нет, увы, этого я тоже не умею, — пожала плечами Мэри. — В Пемберли я ездила… — Она замялась на секунду и, бросив на него короткий взгляд, продолжила: — Вместе с мистером Райдером. — О да, мистер Райдер…       Тому захотелось, чтобы мистер Райдер оказался здесь, чтобы он мог придушить его собственными руками. Злость, охватившая его, удивила его своей силой.       «Сейчас она скажет, что она помолвлена с ним, и поэтому не может ездить верхом со мной», — с досадой думал Том, сжав руки в кулаки. — Мы с мистером Райдером не помолвлены, если вы подумали об этом.       Злость, сжимавшая его горло, ушла так же быстро, как охватила его. Облегчение, затопившее его в этот момент, было таким сильным, что остаток дня Том провел как в тумане. Последующий их разговор с Мэри он помнил лишь урывками. Он понимал, что вел себя глупо, пытаясь неловко намекнуть мисс Беннет на то, что она могла бы искать пару в другом месте, раз она не помолвлена с мистером Райдером. Еще более глупо он вел себя, пародируя звуки птиц, но он решил, что если его глупости могли вызвать у Мэри улыбку, значит, в этом был смысл.       «Она не помолвлена. Боже, она свободна, и я смогу просить её руки», — с этими мыслями он засыпал в тот день, полный надежд на счастливый исход. ***       Тома переполняли злость и досада. На всех вокруг. На Уильяма, который появился так некстати, не позволив ему признаться в своих чувствах Мэри. На Гардинеров, которые предложили мистеру Райдеру, мисс Бингли и Хёрстам присоединиться к их восхождению на Скофелл. Но больше всего он злился на себя. За то, что не признался мисс Беннет раньше. За то, что он боялся, что его признание разрушит хрупкую дружбу между ним и Мэри.       «Если бы я любил её меньше, я бы уже давно признался. Но ведь я знаю, чего я лишусь, если она не ответит на мои чувства. Отсутствие её любви я переживу, но если я лишусь и её дружбы… Это сломает меня». — Эти мысли заполняли голову Тома, не позволяя ему спать.       Ночь перед предстоящим восхождением на гору не стала исключением. Том проснулся в отвратительном настроении. Впрочем, увидев Мэри, он тут же почувствовал себя лучше. Он знал, что нельзя столь откровенно глазеть на девушку, не являющуюся его невестой, но он ничего не мог с собой поделать. Она была исключительно хороша в этом бирюзовом платье, от которого её глаза приобретали столь яркий голубой цвет, что они могли соперничать по красоте с чистотой летнего неба над их головами.       Том пытался не смотреть на мисс Беннет слишком долго. Он не желал смущать её, особенно в компании мисс Бингли, которая то и дело цеплялась к ней из-за того, что мистер Райдер проявлял к Мэри интерес. Но именно этим утром мисс Беннет сияла. Её волосы обрамляли её лицо по-особенному, придавая ее чертам хрупкости и беззащитности. Тому приходилось крепко сжимать руки под столом, дабы не потянуться к её лицу, чтобы отвести прядь от её глаз и заправить ее за аккуратное ушко. Её бледная кожа от постоянного пребывания на солнце теперь была покрыта легким загаром, от которого её глаза казались еще ярче и выразительнее. А её румянец, который Том раньше сравнивал с яркой малиной на контрасте с её бледной кожей, теперь напоминал ему о спелых персиках, полных сочной спелости лета.       На губы мисс Беннет Том старался не заглядываться. Ему хватало беспокойных снов, в которых он прикасался к ним, пробуя на ощупь их мягкость и нежность; в которых он вкушал их вкус и тепло. Том вновь почувствовал распирающий его жар. Он выдохнул с облегчением, когда Мэри встала из-за стола и вышла на улицу. Подождав несколько минут и убедившись в том, что мисс Бингли вцепилась в мистера Райдера достаточно крепко, чтобы удерживать его рядом с собой, Том последовал за Мэри.       Найдя её разминающейся в саду, Том почувствовал прилив нежности. Мисс Беннет всегда удивляла его тем, как она сочетала в себе невероятную ранимость и в то же время заслуживающую уважения стойкость. Заметив смущение на ее лице, Том принялся повторять за ней упражнения. — И вот, наша маленькая компания увеличилась, — он не смог сдержать раздражения в голосе. — Да, — выдохнула Мэри, и Том обрадовался, увидев вспышку досады на ее лице. Он боялся, что она, в отличие от него, была рада присутствию мистера Райдера. — Это невежливо так говорить, но меня совсем не волнует мисс Бингли. — Как и меня, — с понимающей улыбкой ответила Мэри. — Бывает такое чувство, что она вот-вот велит мне принести её пальто или почистить ей обувь, — искренне признался Том. — Ну, нужно зарабатывать десять тысяч в год, чтобы понравиться Кэролайн Бингли. — Вы считаете, деньги так важны, мисс Беннет?       Легкость покинула Тома в момент, когда он произнес этот вопрос. Он оказался слишком серьезным, но он уже не мог забрать его обратно. Поэтому ему оставалось лишь смиренно ожидать ответа мисс Беннет. — Ну, Лиззи говорила, что, лишь увидев Пемберли, она поняла, как любит мистера Дарси, — посмеиваясь, ответила Мэри.       Сердце Тома упало. Он лишь сейчас вспомнил, что старшие сестры Мэри вышли замуж за состоятельных мужчин, которые могли обеспечить им лучшую жизнь. И он осознал, что он точно не смог бы сделать то же самое для Мэри. Он не мог вынести даже мысли о том, что выйдя за него, Мэри будет до конца дней размышлять о более удачных браках своих старших сестер, сравнивая свое скромное положение с их богатством.       «Я не могу так с ней поступить. Она заслуживает лучшего». — Мои родители жили в достатке, мистер Хейворд. — Спокойный и твердый голос мисс Беннет отвлек его от печальных размышлений. Том повернулся к ней и встретился с её взглядом. В их глубине он видел печаль, смешанную с какой-то застарелой тоской. — Да, мы не были также богаты, как мистер Дарси или мистер Бингли, но мы жили лучше многих в Харфордшире. У матушки не было недостатка в новых туалетах или украшениях. Как и у нас с сестрами. Но никакие деньги не могли залатать ту пропасть, которая была между моими родителями. — Мэри покачала головой. — Простите, мистер Хейворд, вам, наверное, не интересно. — Нет, мисс Беннет, прошу. Продолжайте, — Том был готов умолять её не останавливаться, ведь если она хотела сказать ему то, на что он не смел надеяться, он не мог позволить своей трусости всё испортить. — Мне нравится слушать ваши размышления. Ведь они так часто совпадают с моими собственными мыслями. — О, если так, то… — Мэри сделала глубокий вздох и продолжила. — Я говорю это не для того, чтобы показаться особенной или выделиться среди других девушек, которые обращают большое внимание на состояние своего избранника. Я говорю об этом, потому что искренне верю в это. — Во что вы верите, мисс Беннет? — Шепотом спросил Том, наклонившись к ней ближе, чем позволяли правила приличия. — Я верю в то, что деньги важны, мистер Хейворд. — Мисс Беннет смело встретилась с его взглядом, и Том в этот момент желал лишь одного: раствориться в синеве её прекрасных глаз. — Но они не важнее чувств между супругами. Не важнее уважение, взаимопонимания, преданности. Не важнее любви. — Не важнее любви, — повторил ее слова Том, борясь с охватившим его желанием прижать Мэри к себе и крепко поцеловать. — Моя хорошая знакомая говорила, что ее учили тому, что у женщины лишь два пути: брак или несчастье. Она призналась, что она не могла представить, что можно быть несчастной и в браке. Я бы не хотела повторить её судьбу, поставив материальные блага выше чувств и душевной близости. — Я думаю точно так же, мисс Беннет. Вы озвучили то, что я не мог сформулировать последнее время. — Вы? — Усмехнулась мисс Беннет. — И не смогли сформулировать? — Я могу цитировать мысли поэтов, мисс Беннет, но когда дело доходит до моих собственных чувств… Красноречие покидает меня, — ответил Том.       Мэри подняла на него глаза. Не сдержавшись, Том поднял руку и отвел прядь от её лица. В этот раз она не отшатнулась от его прикосновения как в прошлый раз. И даже не отвела взгляд. Лишь теплый румянец, появившийся на ее щеках, свидетельствовал о её смущении. А Том знал, что его уши сейчас горят ярче, чем небо в часы закаты. — Снова лишь лепесток? — Прошептала Мэри. — Нет, мисс Мэри. — Так же шепотом отозвался Том. — Мне просто захотелось это сделать.       «Вот он. Идеальный момент для признания», — подумал Том. — Мисс Беннет!       Крик мистера Хёрста заставил их вздрогнуть. Волшебство момента было потеряно, и Тому пришлось отступить, когда мистер Хёрст принялся рассказывать Мэри о предстоящих скачках. Но даже в этот момент он не запретил себе наблюдать за тем, как Мэри пыталась приободрить мужчину, к увлечениям которого не проявляла никакого интереса даже его собственная супруга.       «Слава Богу, мне не придется испытывать подобного, если Мэри осчастливит меня, став моей женой», — эта мысль заставила его улыбнуться. ***       Том чувствовал, как Райдер прожигает его спину взглядом. И он даже не стыдился чувства мстительного удовлетворения, заполнившего его после их весьма неприятного разговора.       Тому пришлось приложить титанические усилия для того, чтобы не вызвать Райдера на дуэль. То, как он беспардонно ворвался в их с Мэри разговор, не позволив ему признаться в чувствах к ней, разбудило в нём столь яркий гнев, что Том сам удивился его силе и мощи. А уж содержание последовавшей за всем этим беседы между ним и Уильямом и вовсе уничтожило остатки теплых чувств, которые он питал к мистеру Райдеру.       Его поразило то, насколько мистер Райдер был уверен в том, что мисс Беннет выберет именно его между ним и Томом. Неожиданное богатство, унаследованное им от тётки, возвело напыщенную самоуверенность Райдера в абсолют.       «И у него есть все поводы быть уверенным в своей победе. Многие женщины между мной и ним выбрали бы его. Но к моему счастью и к несчастью мистера Райдера Мэри отличается от других женщин», — последняя мысль была тем, что удерживало Тома от драки с надоедливым приятелем.       Тому было приятно вспоминать шок и удивление, проступившие на лице мистера Райдера после того, как он отказался отступить от своих намерений в отношении мисс Беннет. Сам Том был удивлен своей решимостью и твердостью.       «И даже здесь все лавры принадлежат Мэри. Если бы не её слова о важности любви и уважения между супругами, я бы как трус отступил, решив, что ей будет лучше с богатым мужем, чем со мной», — размышлял Том, благодаря небеса за утренний разговор, который состоялся между ним и мисс Беннет.       Когда их проводник предупредил их о приближении грозы, Том, увидев разочарование на лице Мэри, испугался того, что она могла настоять на продолжении восхождения. — Это может быть небезопасно, мисс Беннет. — Том надеялся на ее благоразумие, которым он всегда восхищался. — Нам нужно вернуться. — Я не хочу спускаться. — Заявила мисс Бингли, подойдя к мистеру Райдеру. Она крепко вцепилась в его предплечье и, бросив на них с Мэри презрительный взгляд, улыбнулась своему спутнику. — Мы ведь хотели взглянуть на вид, который описывал мистер Вордсворт в своем путеводителе, мистер Райдер. Вы ведь не лишите меня этого удовольствия? — Мисс Бингли, повторюсь, приближается гроза, — с едва слышным раздражением произнес их гид. — Я заплачу двойную цену, если вы сопроводите нас до вершины, сэр, — надменно отмахнулась мисс Бингли. — Вы ведь не оставите меня, мистер Райдер? — Нет, мисс Бингли, — обреченно отозвался мистер Райдер. Его взгляд нашел мисс Беннет. — А вы продолжите с нами путь, мисс Беннет?       Том застыл в ожидании ответа мисс Беннет. Что, если он неправильно истолковал слова Мэри? Что, если она симпатизировала мистеру Райдеру, а он сам слишком растворился в собственных фантазиях? Мисс Беннет перевела взгляд с Райдера на него и мягко улыбнулась. — Думаю, я слишком устала для того, чтобы продолжить восхождение, мистер Райдер. — Она сделала шаг в сторону Тома. — Мы с мистером Хейвордом вернемся обратно. Но мы надеемся, что вы расскажете нам о том, какие виды вам открылись с вершины Скофелла. — Конечно, мисс Беннет. — Ответила вместо своего спутника мисс Бингли. — Мы с мистером Райдером обязательно насладимся видами, а затем расскажем обо всем всей нашей компании.       Том был готов упасть на колени перед мисс Бингли и восхвалять её за то, как отчаянно она боролась за внимание и расположение Райдера. Да, мисс Бингли делала это назло мисс Беннет, в которой так явно был заинтересован объект её желаний, но это не умаляло благодарности, которую Том прямо сейчас испытывал к этой невыносимой чопорной даме.       Том предложил Мэри свою руку, за которую она с готовностью ухватилась. Он наслаждался ощущением ее ладони на своем локте. — Как только мы пройдем опасный участок дороги, мисс Беннет, я надеюсь, что вы будете не против продолжить наш разговор, который так некстати прервал мистер Райдер, — не сумев сдержать улыбки, сказал он ей. — Я не буду против, мистер Хейворд, — опустив взгляд, ответила мисс Беннет.       Дорога вниз оказалась сложнее, чем Том помнил. С каждым шагом небо темнело всё больше, а ветер, некогда ласковый и тёплый, теперь стал порывистым и холодным. Том то и дело поглядывал на Мэри, опасаясь, что она может оступиться на неровной тропе. — Мисс Беннет, быть может, нам стоит прибавить шагу? — предложил он, чувствуя, как первые капли дождя падают ему на лицо. — Боюсь, мы не успеем добраться до постоялого двора до того, как разразится настоящая буря, — ответила Мэри, придерживая одной рукой подол платья, который ветер так и норовил поднять вверх. Том со стыдом осознал, что даже в такой момент он желал, чтобы ветер справился со своей задачей, и он мог узреть хотя бы дюйм обнаженной кожи мисс Беннет. — Я видела вон там, у подножия холма, небольшую рощицу. Быть может, нам стоит укрыться там и переждать самый сильный ливень?       Том проследил за направлением её взгляда. Действительно, в некотором отдалении от тропы темнела густая группа деревьев, обещавшая хоть какую-то защиту от непогоды. — Вы правы, — согласился он, увлекая её за собой.       Дождь усиливался с каждой минутой. То, что начиналось как редкие капли, быстро превратилось в настоящий ливень. Том снял с себя сюртук и накинул его на плечи Мэри, не спрашивая разрешения. Она бросила на него благодарный взгляд, но ничего не сказала — ветер и без того заглушил бы любые слова.       Они добежали до рощицы, когда дождь уже хлестал с такой силой, что видимость сократилась до нескольких ярдов. Укрывшись под густыми кронами старых дубов и вязов, они остановились, чтобы перевести дыхание.       Том прислонился спиной к шершавому стволу и перевёл взгляд на Мэри. Она стояла к нему вполоборота, пытаясь отжать подол своего намокшего платья. Её волосы выбились из прически, и несколько мокрых прядей лежали на её шее. Тому до скрипа зубов хотелось отвести эти пряди от её нежной кожи и прижаться к ней губами.       Стеклышки очков мисс Беннет покрылись каплями дождя, и она сняла их, чтобы протереть подолом платья. В этот самый обыденный, ничуть не романтичный момент Том понял, что любит её больше, чем когда-либо прежде. Что он хочет провести всю жизнь, наблюдая за ней. За тем, как она морщится, пытаясь найти скрытый смысл в строчках книги. За тем, как она поправляет съехавшие с носа очки, объясняя что-то своим непоседливым кузенам (и в будущем — их детям). За тем, как она улыбается, радуясь каждой маленькой победе — будь это разгаданная шарада или новый необычный факт. — Мисс Беннет, — начал он, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. — Мэри.       Она замерла, услышав, как он произнёс её имя впервые. Не «мисс Беннет», не «мисс Мэри». Просто её имя.       Она повернулась к нему. Её глаза, лишённые очков, казались беззащитными и огромными. Капли дождя стекали по её щекам, а затем — ниже, по шее, чтобы потом впитаться в безнадежно мокрую ткань его сюртука, прикрывавшего её плечи. Том покачал головой, отгоняя от себя эти опасные мысли. — Мистер Хейворд? — тихо произнесла она, и в её голосе смешались страх и надежда. — Том, — поправил он, делая шаг к ней. — Пожалуйста, зовите меня Томом.       Он протянул руку и осторожно коснулся её щеки, большим пальцем стирая каплю дождя с её скулы. Она не отстранилась. Напротив — её глаза распахнулись ещё шире, и она замерла, словно боясь спугнуть это мгновение. Том с трудом оторвал руку от её лица, не желая окончательно смутить её. — Когда мистер Райдер отвлек меня от нашей беседы, он рассказал мне о том, почему он искал меня. — Том увидел замешательство на лице Мэри и поспешил объясниться: — Знаю, это неожиданное начало для подобного разговора, но я хочу быть честен с вами от начала до конца. Я нужен был ему для того, чтобы помочь ему уладить юридическую сторону дела, связанного с тем, что он стал наследником состояния леди Кэтрин де Бёрг.       Том замолчал, давая Мэри осознать его слова. Он ожидал удивления, разочарования или радости, но её реакция на то, что ее поклонник теперь был очень богатым человеком, удивила Тома: — Я, конечно, рада за мистера Райдера, но всё еще не понимаю, почему мы говорим о нём, Томас.       Том улыбнулся, когда она назвала его полным именем. Даже в такие моменты Мэри Беннет оставалась собой. — Мы говорим о нем, потому что он целенаправленно прервал наш с вами разговор, так как он подозревал, с какой целью я его завёл. — Том сделал глубокий вдох и продолжил: — И он попросил меня дать ему возможность исправить ошибку, которую он совершил в Пемберли. Он решил, что теперь, когда он стал богатым джентльменом, у него больше шансов завоевать ваше расположение. И он предполагал, что эта информация сможет повлиять на меня и на мои намерения по отношению к вам, Мэри. — Вы ведь могли не рассказывать мне об этом, Томас. — Рассеянно пробормотала Мэри. — Я думала, что наш утренний разговор всё прояснил. — Я ведь сказал, что хочу быть с вами честен. — Том не желал произносить следующие слова, но он заставил себя это сделать, чтобы не лишать Мэри возможности выбирать. — Вы сказали, что ваша сестра полюбила мистера Дарси после того, как увидела Пемберли. Но вы не сказали, что состояние её супруга помешало им построить семью. Гардинеры часто рассказывали о том, как счастлива ваша сестра со своим мужем. И я хотел бы, чтобы вы сделали выбор, обладая полной информацией. — Выбор? — Тихо повторила Мэри. Её глаза смотрели на него с недоумением, причин которого Том понять был не в силах. — Какой выбор? — Между мной и мистером Райдером. — Том взял её ладони в свои и крепко сжал, впитывая в себя тепло и мягкость её кожи. — Я всего в своей жизни добивался трудом, Мэри. И я знаю, что не могу предложить вам дом, подобный Пемберли, или состояние, которое позволило бы вам ни в чём не знать отказа. Но я могу предложить вам сердце, которое бьётся только для вас. Я могу предложить вам уважение, которое никогда не померкнет. Я могу предложить вам верность до последнего моего вздоха.       Дождь барабанил по листьям над их головами, но Том слышал только собственное дыхание и тихие всхлипы, вырывавшиеся из груди Мэри. — Я не требую ответа сейчас, — поспешно добавил он, боясь, что она заговорит и разрушит хрупкую надежду, теплившуюся в его душе. — Если вам нужно время, то я готов… — Томас, — перебила его Мэри.       Её голос прозвучал твёрже, чем он ожидал. Она подняла на него свои глаза — сине-зелёные, как озеро в ясный летний день — и улыбнулась. Улыбка была робкой, неуверенной, но в ней было столько тепла, что у Тома перехватило дыхание. — Вы говорите, что не можете предложить мне Пемберли, — сказала она. — Но я никогда и не искала богатства и роскошного замка. Я искала дом. Я искала человека, с которым смогла бы разделить свои мысли, свои страхи, свои надежды. Человека, который не счел бы мою любовь к книгам чудачеством, а мою застенчивость — недостатком. Человека, который полюбил бы меня… — Последние слова она произнесла едва слышным шёпотом. — Я полюбила вас, Том. И я всегда любила только вас… — Я люблю вас, Мэри, — Том отбросил приличия и притянул её к себе, чтобы их лица были совсем близко. Чтобы он мог утонуть в глубине её глаз. — С того самого момента, как увидел вас, играющую в серсо, когда вы думали, что никого нет дома.       Они оба рассмеялись, вспомнив тот неловкий урок игры в серсо. Том наслаждался звуком её смеха, впитывая его в себя, запоминая, запирая в своих воспоминаниях навсегда. — Раньше жизнь обходила меня стороной. Но благодаря вам я оказался в её эпицентре.       Том переплел их пальцы. Улыбка, которую ему подарила Мэри, была столь нежной и мягкой, что страх, до сих пор ютившийся в его душе, растаял без следа. — Мэри Беннет, окажете ли вы мне честь стать моей супругой?       Мэри несколько мгновений молча вглядывалась в его лицо, словно она не могла поверить в его слова.       «Я сделаю всё, чтобы ты перестала сомневаться в себе, моя милая Мэри», — мысленно пообещал Том, ожидая её ответа. — Да, — губы Мэри задрожали, а по щеке покатилась слеза. Она зажмурилась и кивнула ему. — Да. Да.       Тому показалось, что у него в этот момент отросли крылья за спиной. Он сократил то ничтожное расстояние между ними и прижался к её губам. Поцелуй был солёным от их слёз и трепетным от долгожданного осознания. Мэри выдохнула ему в губы, её руки поднялись и легли ему на грудь, сжимая мокрую ткань его рубашки. Она не отстранялась — напротив, прижималась ближе, словно боялась, что он исчезнет, растворится в дождевой дымке.       Когда они наконец оторвались друг от друга, чтобы перевести дыхание, Том уткнулся лбом в её лоб и рассмеялся — тихо, счастливо. — Это было согласие, если вы вдруг не поняли, Томас, — пошутила Мэри. — Мэри, думаю, после поцелуя вы совершенно точно можете называть меня Томом, — улыбнулся он.       Мэри рассмеялась, и Том воспользовался этой возможностью, чтобы вновь поцеловать её. Он и представить не мог, как он теперь сможет когда-либо оторваться от её нежных мягких губ; как он вообще сможет думать о чем-либо, кроме как о Мэри и о том, как сильно он её любит. С трудом оторвавшись от ее губ, он поднял ее на руки и закружил, не обращая внимания ни на дождь, ни на холод, ни на то, что они оба промокли до нитки. Мэри вскрикнула от неожиданности, а затем рассмеялась — звонко и свободно, как никогда прежде. — Том, верните меня на место! — воскликнула она сквозь смех. — Вы меня уроните! — Ни за что, — ответил он, бережно опуская её на землю. Выпускать её из своих рук совершенно не хотелось. — Никогда в жизни. Я никогда вас не уроню. И никогда не отпущу.       Дождь постепенно стихал. Сквозь разрывы в тучах пробивались первые лучи солнца, и воздух наполнился свежестью и обещанием ясной погоды. — Нам, наверное, пора возвращаться, — неохотно произнесла Мэри, но отстраняться не стала. — Ещё минуту, — попросил Том, не разжимая объятий. — Всего одну минуту.       Она улыбнулась и, кивнув, осталась в его руках. — Хорошо. Одну минуту.       Они стояли под сенью рощицы, слушая, как капли дождя падают с листьев, не смея поверить в собственное счастье. Том знал, что он запомнит этот миг навсегда. Этот дождь, подаривший ему возможность урвать первый поцелуй без посторонних глаз. Эту рощицу. Глаза Мэри Беннет, смотрящие на него с любовью, в которую он не смел поверить. — Не знаю даже, как отблагодарить мистера и миссис Гардинер за то, что они пригласили меня присоединиться к вашей поездке, — искренне задумался Том, осознавая, сколь многим он был обязан им своим счастьем. — Думаю, приглашение на нашу свадьбу будет лучшей благодарностью, Томас, — усмехнулась Мэри, крепче прижимаясь щекой к его груди.       Том рассмеялся. Смех Мэри, тихий и мягкий, присоединился к его радостному смеху.