Кружит принцесса в коробке из злата

В сырых подземельях, вдали от света свечей, она касалась его белой гривы — осторожно, почти благоговейно, вплетая в неё драгоценные камни. Нежность, которую мир счёл бы запретной. Она кормила его с рук, отдавая ту пищу, от которой самой становилось дурно, и шептала ему о привязанности — связывая их невидимыми, тугими узами.