Часть 1

Глава 1. Рождённая ночью Зима, северо-запад будущей России, XIV век Ночь была долгой. Ветер выл в темноте, поднимая с земли снежную крошку и бросая её в стены деревянного дома. Внутри было тепло, пахло хвойными смолами, сушёными травами и воском свечей. Пламя дрожало, отбрасывая пляшущие тени на стены. В комнате, среди полумрака, лежала молодая женщина. Она дышала тяжело, сквозь стиснутые зубы. Лицо её, обычно спокойное и ясное, исказилось от боли. Длинные чёрные волосы прилипли к влажной коже. Она почти не слышала голос сестры. — Терпи, Марэль… Уже скоро, — Юлиана склонилась над ней, вытирая пот с её лба. Марэль чувствовала, как схватки сжимают её тело, как жизнь внутри неё требует выйти наружу. Её пальцы вцепились в простыню. Она была сильной. Не должна была показывать слабость. Но эта боль… — Дыши, сестра, — голос Юлианы был мягким, но настойчивым. Марэль из последних сил вдохнула. А затем — крик. Детский, пронзительный, разрывающий ночь. Юлиана осторожно подняла младенца. Крошечное существо, тёплое, скользкое, живое. — Девочка, — прошептала она. Марэль, ещё не открывая глаз, улыбнулась. — Покажи её мне… Юлиана завернула малышку в чистую ткань и поднесла к матери. Марэль дрожащей рукой коснулась крохотного личика. Девочка была такой маленькой, такой хрупкой. Но глаза… Янтарные, сверкающие, как осколки застывшего солнца. — Никулина… — едва слышно прошептала Марэль. Но в этот момент дверь в дом с треском распахнулась. Ветер ворвался внутрь, задул одну из свечей. В проёме стоял высокий мужчина. Тяжёлый дорожный плащ был покрыт снегом, капюшон скрывал часть лица, но его взгляд — холодный, пронзительный — был направлен прямо на Марэль. — Ты предала меня, — тихо сказал он. Юлиана тут же закрыла собой сестру и ребёнка. — Уходи. Но мужчина уже сделал шаг вперёд. — Я знал, что ты ведьма, — его голос был тяжёлым. — Ты солгала мне. Ты утаила её от меня. Он посмотрел на младенца. В глазах мелькнуло что-то похожее на страх, когда янтарные глаза ребёнка встретились с его взглядом. — Это не ребёнок, — выдохнул он. Марэль крепче прижала дочь к груди. — Она моя. — Она проклята. Он говорил спокойно. Будто просто констатировал факт. — Я скажу, что она умерла, — голос стал мягче, почти утешительным. — Так будет лучше для всех. Марэль закрыла глаза. — Юлиана… — прошептала она. — Нет! — сестра резко развернулась. — Ты не позволишь ему забрать её! — Сделай, что он хочет. Юлиана замерла. — Ты не понимаешь… — Понимаю. Но я не смогу её спасти. Ты сможешь. Юлиана сжала зубы. — Хорошо. Мужчина кивнул. — Завтра её похоронят. И вышел в ночь. --- Две недели спустя Ночь была такой же холодной. Юлиана стояла перед каменным склепом, сжимая в руках холодный железный ключ. Она глубоко вдохнула, вставила его в замок и толкнула тяжёлую дверь. Внутри было тихо. Она зажгла свечу и увидела. На каменном постаменте, среди белых тканей, лежала девочка. Она была жива. Юлиана едва не вскрикнула. Младенец спал. Её дыхание было ровным, крошечные пальчики шевельнулись, коснувшись воздуха. — Боги… — Юлиана быстро схватила её на руки, завернула в плащ. — Держись, малышка… Снаружи её ждала Зурайда. Высокая, закутанная в тёмный плащ, с пронзительными глазами. — Она? — спросила она. Юлиана кивнула, прижимая девочку к груди. — Едем. Они растворились в ночи. И никто больше не слышал имени Никулина. --- Мысли Марэль: Когда её уводили, она не плакала. Не умоляла его передумать. Она знала, что так будет. Знала, что он не примет ребёнка. Но почему так больно? Почему сердце разрывается, будто его вырывают из груди? Она не успела запомнить её запах, её дыхание. Успела лишь коснуться кожи, ощутить крошечное тепло, и вот оно уже ускользало. «Никулина…» Имя эхом звучало в сознании, сливаясь с воем ветра. Она не знала, увидит ли её снова. Но она верила: сестра не оставит её. --- Мысли Юлианы: Юлиана смотрела, как её сестру увозят в санях, как белый мех на её плечах исчезает в снежной темноте. Ребёнок спал в склепе. Её крошечное сердце билось тихо, но уверенно. Юлиана не могла дышать. Он не убил её. Он никогда бы не смог. Он не настолько жесток. Но он обрёк её. Каждая минута ожидания была пыткой. А когда она, наконец, пробралась в склеп, сердце билось так громко, что, казалось, его могли услышать даже мёртвые. Жива… жива… жива… Она схватила её, закутала, прижала к себе. «Ты моя. Ты наша. Мы тебя защитим». Она уже знала, куда ехать. Зурайда ждала. Теперь они втроём будут защищать эту девочку. Ведь никто не должен знать, что она выжила. --- Мысли Саида Ветер гнал снег, забивая тропу, но Саид не чувствовал холода. Всё произошло слишком быстро. Он любил Марэль. Всем сердцем, всей душой. Любил её смех, её тёмные глаза, её лёгкую походку. Любил даже её тайны. Он знал, кем она была. Знал, что её сестра — ведьма. Что её семья веками хранила магию в крови. И знал, что его дочь унаследует этот дар. Он видел её глаза. Янтарные. Слишком похожие на глаза Марэль. Он любил её. Но если люди узнают — их ждёт смерть. Пришлось лгать, пришлось отдать её смерти, чтобы спасти. «Они не должны знать…» Он хотел взять её на руки. Хотел увидеть, как она растёт. Но не увидит. Потому что он сам похоронил её для мира. И только ночью, когда никто не слышит, он будет шептать её имя в пустоту: — Никулина…